narcorik.ru



САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



ГЛАВА 5. ФЕДЕРАЛЬНОЕ СОБРАНИЕ. Статья 108

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Конституция РФ
Раздел I
Глава 5. Федеральное Собрание
Статья 108

1. Федеральные конституционные законы принимаются по вопросам, предусмотренным Конституцией Российской Федерации.
2. Федеральный конституционный закон считается принятым, если он одобрен большинством не менее трех четвертей голосов от общего числа членов Совета Федерации и не менее двух третей голосов от общего числа депутатов Государственной Думы. Принятый федеральный конституционный закон в течение четырнадцати дней подлежит подписанию Президентом Российской Федерации и обнародованию.

Подпись автора

Лойер Клуб - свежие новости с юридических полей !

0

2

Статья 108

1. В иерархии нормативно-правовых актов РФ после Конституции РФ - акта высшей юридической силы - следуют федеральные конституционные законы. В России за всю историю ее государственно-правового развития понятие "федеральный конституционный закон" впервые закреплено Конституцией РФ 1993 г.

2. Особая юридическая сила федеральных конституционных законов находит свое выражение в том, что им не должны противоречить обычные федеральные законы. Признание за федеральными конституционными законами принципа верховенства выражается также в том, что, будучи принятыми палатами Федерального Собрания, они, как и принятые поправки к Конституции, не могут быть отклонены Президентом и возвращены в парламент на новое рассмотрение, что возможно в отношении федеральных законов. Конституция обязывает Президента России независимо от того, имеются у него возражения по принятому конституционному закону или нет, подписать его в той редакции, в какой он принят Федеральным Собранием, и обнародовать (часть 2 статьи 108 Конституции).

3. Конституция РФ дает перечень вопросов, по которым принимаются федеральные конституционные законы. Это законы об условиях и порядке введения чрезвычайного положения на территории России или в ее отдельных местностях (статьи 56 и 88); о принятии в РФ и образовании в ее составе нового субъекта, а также об изменении конституционно-правового статуса Федерации (статьи 65, 66 и 137); о государственных флаге, гербе и гимне Российской Федерации, их описании и порядке официального использования (статья 70); о референдуме (статья 84); о режиме военного положения (статья 87); об Уполномоченном по правам человека (статья 103); о порядке деятельности Правительства РФ(статья 114); о судебной системе РФ (статья 118); о полномочиях, порядке образования и деятельности Конституционного Суда, Верховного Суда, Высшего Арбитражного Суда РФ и иных федеральных судов (статья 128); о Конституционном Собрании (статья 135). Федеральные конституционные законы не могут быть приняты за пределами этих четырнадцати вопросов.

4. Федеральный конституционный закон считается принятым, если он одобрен большинством не менее 3/4 (134 голоса) голосов от общего числа членов Совета Федерации и не менее 2/3 (как минимум 300 голосов) голосов от общего числа депутатов Государственной Думы (часть 2 статьи 108 Конституции), в то время как для принятия федеральных законов достаточно простого большинства. Проект федерального конституционного закона проходит три чтения в Государственной Думе, если Государственной Думой применительно к конкретному проекту не будет принято иное решение. Процедура прохождения проектов федеральных конституционных законов через чтения в Государственной Думе идентична процедуре прохождения проектов федеральных законов, за исключением того, что все решения принимаются установленным Конституцией квалифицированным большинством голосов.

0

3

Статья 108

1. Составители проекта Конституции РФ, первоначально представленного на Конституционное совещание 1993 г., считали его достоинством по сравнению с проектом, разработанным Конституционной комиссией Съезда народных депутатов РСФСР, среди прочего меньший объем. С этой целью часть конституционной материи должна регулироваться федеральными конституционными законами, которые по своей юридической силе находятся между Конституцией и обычными федеральными законами, что следует из ч. 3 ст. 76 Конституции (см. комм. к ней).

В ч. 1 ст. 76 Конституции установлено, что федеральные конституционные законы принимаются только по предметам ведения Российской Федерации, т.е. по перечисленным в ст. 71 Конституции. Кроме того, еще в 12 статьях Конституции указаны конкретные предметы ведения России, подлежащие регулированию федеральными конституционными законами. Это ст. 56, устанавливающая конституционные принципы режима чрезвычайного положения; ч. 2 ст. 65, регулирующая возникновение новых субъектов РФ; ч. 5 ст. 66, регулирующая изменение статуса субъекта РФ; ч. 1 ст. 70, посвященная государственным символам РФ; п. "в" ст. 84, посвященный назначению референдума; ч. 3 ст. 87, относящаяся к режиму военного положения; ст. 88 о полномочии Президента РФ вводить чрезвычайное положение; п. "д" ч. 1 ст. 103, относящийся к статусу Уполномоченного по правам человека; ч. 3 ст. 118, относящаяся к установлению судебной системы России; ч. 3 ст. 128, относящаяся к установлению полномочий, порядка образования и деятельности Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ и иных федеральных судов; ч. 2 ст. 135, относящаяся к созыву Конституционного Собрания; ч. 1 ст. 137, определяющая порядок изменения Конституции в связи с изменением состава РФ.

Как видно из приведенного перечня, предметов регулирования федеральным конституционным законом меньше, чем статей Конституции, в которых упоминаются федеральные конституционные законы, ибо в разных статьях Конституции, указывающих на необходимость принятия таких законов, речь подчас идет об одном и том же предмете. Правда, в ч. 3 ст. 128 Конституции сформулирован предмет для регулирования несколькими федеральными конституционными законами.

В литературе существует различное истолкование комментируемой части. Большинство авторов считают, что только указанные в приведенных статьях предметы могут и должны регулироваться федеральными конституционными законами. Есть, однако, и другая позиция, авторы которой исходят из того, что предметы, указанные в вышеприведенном перечне статей, составляют лишь обязательный минимум для регулирования федеральными конституционными законами, тогда как Федеральное Собрание может в такой форме регулировать и другие общественные отношения, если сочтет это необходимым.

Пока нет официального толкования, данного Конституционным Судом РФ, обе позиции имеют право на существование. Первая позиция обусловлена строго формальным подходом к проблеме. В пользу второй позиции имеются два аргумента - теоретический и практический.

Первый аргумент заключается в том, что приведенный перечень оставляет без внимания многие общественные отношения, имеющие по своему характеру конституционный характер. Урегулированы, например, обычным федеральным законом содержание и процедура заключения договоров о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и ее субъектов, предусмотренных частью 3 ст. 11 Конституции, а ведь данная статья принадлежит к основам конституционного строя, и, стало быть, эти договоры с очевидностью регулируют конституционную материю - распределение компетенции между обоими высшими уровнями управления. Нет сомнения в том, что данный институт нуждается в конституционном регулировании, которое должно осуществляться посредством хотя бы федерального конституционного закона. На практике же соответствующие нормы содержатся в ФЗ от 4 июля 2003 г. "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" (СЗ РФ. 2003. N 27. ч. 2. Ст. 2709; с изм.). Порядок принятия и вступления в силу поправок к Конституции РФ имеет конституционный характер по определению, но также урегулирован почему-то обычным ФЗ от 4 марта 1998 г. (СЗ РФ. 1998. N 10. Ст. 1146). Да и такой акт, как ГК РФ, который в публицистике называют конституцией рыночного хозяйства, должен был бы быть принят (если не целиком, то по крайней мере его часть первая) в форме федерального конституционного закона, тем более если есть намерение не допускать существования законодательных норм, ему противоречащих (согласно абз. 2 ч. 2 ст. 3 ГК, "нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать настоящему Кодексу"). Сейчас же юридическая ситуация такова, что федеральный закон, содержащий нормы гражданского права, не соответствующие ГК, должен получить преимущество перед ГК, если издан позднее.

Второй аргумент состоит в том, что на практике Федеральное Собрание уже вышло за рамки, содержащиеся в приведенном перечне. Например, ФКЗ от 28 июня 2004 г. "О референдуме Российской Федерации" (СЗ РФ. 2004. N 27. Ст. 2710; с изм.) регулирует институт федерального референдума целиком, а не только порядок его назначения, как следовало бы, если буквально придерживаться текста п. "в" ст. 84 Конституции РФ. Точно так же ФКЗ от 17 декабря 1997 г. "О Правительстве Российской Федерации" (СЗ РФ. 1997. N 51. Ст. 5712; с изм. и доп.) регулирует статус Правительства в целом, а не только порядок его деятельности, как это предписывает часть 2 ст. 114 Конституции. И этот подход Федерального Собрания единственно правильный, ибо иначе федеральные конституционные законы регулировали бы изолированные, притом не самые важные элементы соответствующих правовых институтов.

К сожалению, порой Федеральное Собрание идет на поводу у консервативно мыслящих теоретиков той или иной отрасли права и, определяя форму законодательного акта, игнорирует требования Конституции РФ. Так, весьма многие специалисты в области процессуального права не приемлют для судебно-процессуальных кодексов форму федерального конституционного закона, хотя, согласно ч. 3 ст. 128 Конституции (см. комм. к ней), порядок деятельности федеральных судов устанавливается федеральным конституционным законом. А этот порядок регулируется как раз процессуальными кодексами. В вопиющем противоречии с этим находится тот факт, что УПК РФ от 18 декабря 2001 г. (СЗ РФ. 2001. N 52. ч. 1. Ст. 4921; с изм. и доп.), АПК РФ от 22 июля 2002 г. (СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3012; с изм. и доп.), ГПК РФ от 14 ноября 2002 г. (СЗ РФ. 2002. N 46. Ст. 4532; с изм. и доп.) приняты в форме обычного федерального закона. Можно привести немало практических доводов в пользу этого, но ни одним из них нельзя обосновать несоблюдение конституционных положений.

В настоящее время действуют следующие федеральные конституционные законы:

ФКЗ от 21 июля 1994 г. "О Конституционном Суде Российской Федерации" (СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447; с изм. и доп.);

ФКЗ от 28 апреля 1995 г. "Об арбитражных судах в Российской Федерации" (СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1589; с изм. и доп.);

ФКЗ от 31 декабря 1996 г. "О судебной системе Российской Федерации" (СЗ РФ. 1997. N 1. Ст. 1; с изм. и доп.);

ФКЗ от 26 февраля 1997 г. "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" (СЗ РФ. 1997. N 9. Ст. 1011; изм. и доп.);

ФКЗ от 17 декабря 1997 г. "О Правительстве Российской Федерации" (СЗ РФ. 1997. N 51. Ст. 5712; с изм. и доп.);

ФКЗ от 23 июня 1999 г. "О военных судах Российской Федерации" (СЗ РФ. 1999. N 26. Ст. 3170; с изм. и доп.);

ФКЗ от 25 декабря 2000 г. "О Государственном флаге Российской Федерации" (СЗ РФ. 2000. N 52. Ч. 1. Ст. 5020; с изм. и доп.);

ФКЗ от 25 декабря 2000 г. "О Государственном гербе Российской Федерации" (СЗ РФ. 2000. N 52. Ч. 1. Ст. 5021; с изм. и доп.);

ФКЗ от 25 декабря 2000 г. "О Государственном гимне Российской Федерации" (СЗ РФ. 2000. N 52. Ч. 1. Ст. 5022; с изм. и доп.);

ФКЗ от 30 мая 2001 г. "О чрезвычайном положении" (СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2277; с изм. и доп.);

ФКЗ от 17 декабря 2001 г. "О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации" (СЗ РФ. 2001. N 52. Ч. 1. Ст. 4916; с изм. и доп.);

ФКЗ от 30 января 2002 г. "О военном положении" (СЗ РФ. 2002. N 5. Ст. 375);

ФКЗ от 25 марта 2004 г. "Об образовании в составе Российской Федерации нового субъекта Российской Федерации в результате объединения Пермской области и Коми-Пермяцкого автономного округа" (СЗ РФ. 2004. N 13. Ст. 1110; с изм. и доп.);

ФКЗ от 28 июня 2004 г. "О референдуме Российской Федерации" (СЗ РФ. 2004. N 27. Ст. 2710; с изм. и доп.);

ФКЗ от 14 октября 2005 г. "Об образовании в составе Российской Федерации нового субъекта Российской Федерации в результате объединения Красноярского края, Таймырского (Долгано-Ненецкого) автономного округа и Эвенкийского автономного округа" (СЗ РФ. 2005. N 42. Ст. 4212);

ФКЗ от 12 июля 2006 г. "Об образовании в составе Российской Федерации нового субъекта Российской Федерации в результате объединения Камчатской области и Корякского автономного округа" (СЗ РФ. 2006. N 29. Ст. 3119);

ФКЗ от 30 декабря 2006 г. "Об образовании в составе Российской Федерации нового субъекта Российской Федерации в результате объединения Иркутской области и Усть-Ордынского Бурятского автономного округа" (СЗ РФ. 2007. N 1. Ч. 1. Ст. 1).

Из предусмотренных Конституцией к обязательному принятию остался непринятым только ФКЗ о Конституционном Собрании.

2. Комментируемая часть определяет условия принятия федеральных конституционных законов.

Как следует из Постановления Конституционного Суда РФ от 12 апреля 1995 г. по делу о толковании ч. 3 ст. 103, ч. 2 и 5 ст. 105, ч. 3 ст. 107, ч. 2 ст. 108, ч. 3 ст. 117 и ч. 2 ст. 135 Конституции РФ (СЗ РФ. 1995. N 16. Ст. 1451), для принятия федерального конституционного закона требуется не менее 115 голосов в Совете Федерации (с 1 июля 2007 г. - 113, с 1 января 2008 г. - 112) и не менее 300 голосов в Государственной Думе.

Хотя, исходя из текста комментируемой части, можно было бы признать, что в отношении принятия федеральных конституционных законов палаты Федерального Собрания полностью равноправны, часть 2 ст. 104 Конституции РФ подлежит применению и здесь: проекты федеральных конституционных законов вносятся в Государственную Думу. Вообще, к порядку прохождения через палаты Федерального Собрания федеральных конституционных законов относятся все положения ст. 104 и 105 (кроме ее ч. 5 и кроме возможности молчаливого одобрения Советом Федерации, предусмотренного частью 4) Конституции (см. комм. к ним), и соответствующие положения Регламентов обеих палат. Разумеется, требования к большинству голосов в палатах иные, а именно те, которые установлены в ч. 2 комментируемой статьи (см. ниже).

Регламент Государственной Думы от 22 января 1998 г. (СЗ РФ. 1998. N 7. Ст. 801 - с изм. и доп.) специально процедуру принятия федеральных конституционных законов не регулирует. Зато Регламент Совета Федерации от 30 января 2002 г. (СЗ РФ. 2002. N 7. Ст. 635; с изм. и доп.) посвящает этой процедуре специальную главу 15. Следует сразу же отметить, что одобрение Государственной Думой проекта федерального конституционного закона не превращает его в такой закон. Это превращение происходит лишь с одобрением проекта Советом Федерации.

Одобренный Государственной Думой федеральный конституционный закон передается на рассмотрение Совета Федерации вместе с постановлением Государственной Думы об одобрении федерального конституционного закона, стенограммой ее заседания, документами и материалами, которые были представлены при внесении законопроекта в Государственную Думу. Если федеральный конституционный закон предусматривает расходы, покрываемые за счет федерального бюджета, в Совет Федерации должно быть направлено соответствующее заключение Правительства РФ. Отсутствие указанного заключения может служить основанием для отклонения федерального конституционного закона.

Поступивший из Государственной Думы федеральный конституционный закон, одобренный Государственной Думой, регистрируется в Совете Федерации в течение одного часа и в течение 24 часов вместе с сопровождающими его документами и материалами направляется всем членам Совета Федерации. Дополнительно поступившие из Государственной Думы документы и материалы, сопровождающие федеральный конституционный закон, регистрируются в Совете Федерации и рассматриваются на заседании палаты вместе с федеральным конституционным законом. Члены Совета Федерации вправе организовать обсуждение федерального конституционного закона в субъектах РФ и при наличии замечаний направить их в комитет (комиссию) Совета Федерации, ответственный за рассмотрение федерального конституционного закона.

Ответственный комитет (комиссия) Совета Федерации определяется Председателем Совета Федерации или по его поручению его заместителем. Председатель Совета Федерации или его заместитель вправе передать федеральный конституционный закон нескольким комитетам (комиссиям) Совета Федерации, определив ответственный комитет (комиссию). Подготовка заключения ответственного комитета (комиссии) Совета Федерации производится в порядке, установленном для федеральных законов (см. комм. к ч. 4 ст. 105). Официальный отзыв Правительства РФ о рассматриваемом Советом Федерации федеральном конституционном законе подлежит оглашению или распространению на заседании комитета (комиссии) Совета Федерации. Ответственный комитет (комиссия) Совета Федерации вправе рекомендовать Совету Федерации одобрить федеральный конституционный закон, одобренный Государственной Думой, или отклонить его.

Рассмотрение одобренного Государственной Думой федерального конституционного закона на заседании Совета Федерации начинается с оглашения докладчиком заключения ответственного комитета (комиссии), обобщенной позиции органов государственной власти субъектов РФ по рассматриваемому федеральному конституционному закону и проекта постановления палаты, внесенного комитетом (комиссией) палаты. Затем слово предоставляется представителю Правительства РФ для оглашения официального отзыва Правительства о рассматриваемом федеральном конституционном законе. Указанный официальный отзыв может не оглашаться на заседании палаты, если его текст был представлен ее членам в письменной форме. Заключение Правового управления Аппарата Совета Федерации по рассматриваемому федеральному конституционному закону представляется членам Совета Федерации также в письменной форме. На заседании Совета Федерации подлежит обязательному рассмотрению поступившее заключение Общественной палаты РФ по результатам общественной экспертизы проекта рассматриваемого федерального конституционного закона.

После выступления докладчика от ответственного комитета (комиссии) Совета Федерации слово для ответов на вопросы может быть предоставлено официальному представителю Президента РФ или официальному представителю Правительства РФ, поддерживающему в палатах Федерального Собрания этот федеральный конституционный закон.

По результатам рассмотрения одобренного Государственной Думой федерального конституционного закона председательствующий ставит на голосование вопрос о его одобрении. Одобренный Государственной Думой федеральный конституционный закон считается одобренным Советом Федерации, если за его одобрение проголосовало не менее трех четвертых общего числа членов палаты. Решение об одобрении федерального конституционного закона оформляется постановлением Совета Федерации. Федеральный конституционный закон считается принятым, если поступивший в Совет Федерации одобренный Государственной Думой федеральный конституционный закон одобрен большинством не менее чем в три четверти голосов общего числа членов Совета Федерации, о чем указывается в том же постановлении Совета Федерации.

Одобренный Государственной Думой федеральный конституционный закон считается отклоненным Советом Федерации, если за его одобрение не проголосовало необходимое число членов Совета Федерации. Решение об отклонении федерального конституционного закона оформляется постановлением Совета Федерации.

В случае недостаточной подготовленности вопроса Совет Федерации вправе принять решение о переносе его рассмотрения на следующее заседание палаты большинством голосов числа членов Совета Федерации, принявших участие в голосовании, но не менее чем голосами четвертью голосов общего их числа. Если указанное решение не принято, председательствующий обязан поставить на голосование вопрос об одобрении федерального конституционного закона. В случае принятия решения о переносе вопроса на следующее заседание Совета Федерации его рассмотрение должно быть завершено на очередном заседании Совета Федерации принятием решения об одобрении или отклонении этого федерального конституционного закона.

В постановлении Совета Федерации об отклонении одобренного Государственной Думой федерального конституционного закона могут содержаться:

а) перечень разделов, глав, статей, а также частей, пунктов статей и других структурных единиц этого федерального конституционного закона, по которым необходимо преодолеть возникшие разногласия между Советом Федерации и Государственной Думой;

б) обоснование решения об отклонении федерального конституционного закона;

в) предложение Государственной Думе согласовать способ и процедуру преодоления возникших разногласий.

Постановление Совета Федерации об отклонении одобренного Государственной Думой федерального конституционного закона может содержать предлагаемую этой палатой редакцию разделов, глав, статей, а также частей, пунктов статей и других структурных единиц федерального конституционного закона, по которым необходимо преодолеть возникшие разногласия между Советом Федерации и Государственной Думой.

Постановление Совета Федерации об отклонении одобренного Государственной Думой федерального конституционного закона вместе с федеральным конституционным законом направляется в Государственную Думу в пятидневный срок со дня принятия. Принятый федеральный конституционный закон вместе с постановлением Совета Федерации в пятидневный срок со дня принятия постановления направляется Председателем Совета Федерации Президенту РФ для подписания и официального опубликования.

Для преодоления возникших разногласий в связи с отклонением Советом Федерации одобренного Государственной Думой федерального конституционного закона может быть создана согласительная комиссия. Порядок создания согласительной комиссии, работы депутации от Совета Федерации в ее составе и принятия решений членами Совета Федерации, входящими в депутацию от палаты, соответствует порядку, установленному для разрешения разногласий по обычному федеральному закону (см. комм. к ч. 4 ст. 105). Федеральный конституционный закон, одобренный Государственной Думой с учетом предложений согласительной комиссии, рассматривается Советом Федерации в обычном порядке.

0

4

Статья 108

1. Комментируемой статьей на парламент возложена обязанность принимать федеральные конституционные законы, которые в иерархии нормативно-правовых актов Российской Федерации занимают следующее место после Конституции РФ и стоят перед обычными федеральными законами.

Федеральные конституционные законы, по существу, продолжают и развивают Конституцию РФ, персонифицируют субъектов властвования, учреждают государственные органы и определяют их компетенцию и порядок деятельности, устанавливают пределы государственной власти и гарантии единства и целостности государства, стабильности ее субъектного состава. Иначе говоря, федеральные конституционные законы являются органическими законами, дополняющими и развивающими Конституцию Российской Федерации*(605).

Конституция РФ предусматривает принятие федеральных конституционных законов по предметам ведения Российской Федерации, которые имеют прямое действие на всей территории Российской Федерации (ч. 1 ст. 76 Конституции РФ).

Кроме этого, в Конституции РФ указываются в отдельных статьях конкретные предметы ведения России, подлежащие регулированию федеральными конституционными законами:

чрезвычайное положение на всей территории Российской Федерации и в ее отдельных местностях может вводиться при наличии обстоятельств и в порядке, установленных федеральным конституционным законом (ч. 2 ст. 56);

принятие в Российскую Федерацию и образование в ее составе нового субъекта осуществляются в порядке, установленном федеральным конституционным законом (ч. 2 ст. 65);

статус субъекта Российской Федерации может быть изменен по взаимному согласию Российской Федерации и ее субъекта в соответствии с федеральным конституционным законом (ч. 5 ст. 66);

государственные флаг, герб и гимн Российской Федерации, их описание и порядок официального использования устанавливаются федеральным конституционным законом (ч. 1 ст. 70);

Президент РФ назначает референдум в порядке, установленном федеральным конституционным законом (п. "в" ст. 84);

режим военного положения определяется федеральным конституционным законом (ч. 3 ст. 87);

Президент Российской Федерации при обстоятельствах и в порядке, предусмотренных федеральным конституционным законом, вводит на территории Российской Федерации или в отдельных ее местностях чрезвычайное положение (ст. 88);

к ведению Государственной Думы относится назначение на должность и освобождение от должности уполномоченного по правам человека, действующего в соответствии с федеральным конституционным законом (п. "д" ч. 1 ст. 103);

порядок деятельности Правительства Российской Федерации определяется федеральным конституционным законом (ч. 2 ст. 114);

судебная система Российской Федерации устанавливается Конституцией Российской Федерации и федеральным конституционным законом (ч. 3 ст. 118);

полномочия, порядок образования и деятельности Конституционного, Верховного, Высшего Арбитражного судов Российской Федерации и иных федеральных судов устанавливаются федеральным конституционным законом (ч. 3 ст. 128);

если предложение о пересмотре положений гл. 1, 2 и 9 Конституции Российской Федерации будет поддержано тремя пятыми голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, то в соответствии с федеральным конституционным законом созывается Конституционное Собрание (ч. 2 ст. 135);

изменения в ст. 65 Конституции Российской Федерации, определяющую состав Российской Федерации, вносятся на основании федерального конституционного закона о принятии в Российскую Федерацию и образовании в ее составе нового субъекта Российской Федерации, об изменении конституционно-правового статуса субъекта Российской Федерации (ч. 1 ст. 137).

В настоящее время принято 13 федеральных конституционных законов:

от 28 июня 2004 г. N 5-ФКЗ "О референдуме Российской Федерации";

от 17 декабря 2001 г. N 6-ФКЗ "О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации";

от 30 мая 2001 г. N 3-ФКЗ "О чрезвычайном положении";

от 25 декабря 2000 г. N 2-ФКЗ "О Государственном гербе Российской Федерации";

от 25 декабря 2000 г. N 1-ФКЗ "О Государственном флаге Российской Федерации";

от 25 декабря 2000 г. N 3-ФКЗ "О Государственном гимне Российской Федерации";

от 23 июня 1999 г. N 1-ФКЗ "О военных судах Российской Федерации";

от 17 декабря 1997 г. N 2-ФКЗ "О Правительстве Российской Федерации";

от 26 февраля 1997 г. N 1-ФКЗ "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации";

от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации";

от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации";

от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации".

2. Процедура прохождения федеральных конституционных законов имеет свои особенности, обусловленные чрезвычайной важностью таких законов. Это федеральные конституционные законы о Конституционном Суде РФ, о референдуме РФ, о чрезвычайном положении, о Правительстве РФ, об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации и др.

Именно поэтому Конституцией РФ закреплен особый порядок и процедура принятия таких законов, предусматривающие объединение и согласие по рассматриваемому закону всех политических сил.

Федеральный конституционный закон рассматривается во всем мире как особая категория правовых актов и, являясь основой для регулирования глобальных вопросов жизненной важности, должен быть принят большинством субъектов интересов Федерации.

Главной особенностью рассмотрения федеральных конституционных законов является то, что Конституция РФ не содержит никаких ограничений (как, например, содержащиеся в ч. 4 и 5 ст. 105 Конституции РФ условия для принятия обычных законов) для их рассмотрения и принятия, за исключением требования квалифицированного большинства голосов. Так, федеральный конституционный закон считается принятым, если за него проголосовало не менее 3/4 членов от общего числа членов Совета Федерации (не менее 134 голоса) и не менее 2/3 от общего числа депутатов Госдумы (не менее 300 голосов). При выполнении этого условия закон считается принятым парламентом и отправляется на подписание и обнародование Президенту РФ.

Исходя из текста комментируемой части, можно заключить, что в отношении принятия федеральных конституционных законов палаты Федерального Собрания полностью равноправны, но, хотя об этом и не сказано в Конституции РФ напрямую, обычный порядок прохождения закона по палатам все же соблюдается. Так, Постановление Конституционного Суда РФ от 23 марта 1995 г. N 1-П по делу о толковании статей 103 (ч. 3), 105 (ч. 2 и 5), 107 (ч. 3), 108 (ч. 2), 117 (ч. 3) и 135 (ч. 2) Конституции РФ указывает, что федеральные конституционные законы принимаются палатами Федерального Собрания раздельно и в обычном порядке (сначала происходит рассмотрение Госдумой и только затем - Советом Федерации)*(606).

Однако, надо отметить, и в такой важной сфере, как принятие федеральных конституционных законов, не обходится без организационных проблем. Так, регламенты палат не учитывают особенностей прохождения федеральных конституционных законов, и в основном они рассматриваются по процедурам, которые установлены для обычных федеральных законов.

Другой особенностью статуса федеральных конституционных законов является то, что Президент РФ не вправе вернуть их в палаты Федерального Собрания РФ для доработки либо отклонить (использовать право "вето"). Конституция РФ обязывает его подписать и обнародовать принятый федеральный конституционный закон в течение 14 дней вне зависимости от того, имеются у него возражения по принятому Федеральным Собранием закону или нет. При этом обнародование федерального конституционного закона осуществляется путем его опубликования (см. комментарий к ч. 2 ст. 107 Конституции РФ) в тех же официальных изданиях, где публикуются обычные федеральные законы, т.е. в "Парламентской газете", в "Российской газете" и "Собрании законодательства Российской Федерации".

0

5

Статья 108

     1. Федеральные конституционные законы принимаются по вопросам, предусмотренным
Конституцией Российской Федерации.

О толковании части второй статьи 108 Конституции см. постановление Конституционного
Суда РФ от 12 апреля 1995 г. N 2-П

     2. Федеральный конституционный закон считается принятым, если он одобрен
большинством не менее трех четвертей голосов от общего числа членов Совета
Федерации и не менее двух третей голосов от общего числа депутатов Государственной
Думы. Принятый федеральный конституционный закон в течение четырнадцати дней
подлежит подписанию Президентом Российской Федерации и обнародованию.

     Комментарий к статье 108

     1. Составители первоначального проекта Конституции считали его достоинством
по сравнению с проектом, разработанным Конституционной комиссией Съезда народных
депутатов Российской Федерации, меньший объем. С этой целью часть конституционной
материи должна регулироваться федеральными конституционными законами, которые
по своей юридической силе находятся между Конституцией и обычными федеральными
законами, что следует из ч. 3 ст. 76 Конституции (см. комментарий к ней).
     В ч. 1 ст. 76 Конституции установлено, что федеральные конституционные
законы принимаются только по предметам ведения Российской Федерации, т.е.
перечисленным в ст. 71 Конституции. Кроме того, еще в 12 статьях Конституции
указаны конкретные предметы ведения России, подлежащие регулированию федеральными
конституционными законами. Это ст. 56, устанавливающая конституционные принципы
режима чрезвычайного положения; ч. 2 ст. 65, регулирующая возникновение новых
субъектов Российской Федерации; ч. 5 ст. 66, регулирующая изменение статуса
субъекта Российской Федерации; ч. 1 ст. 70, посвященная государственным символам
Российской Федерации; п. "в" ст. 84, посвященный назначению референдума; ч.
3 ст. 87, относящаяся к режиму военного положения; ст. 88 о полномочии Президента
Российской Федерации вводить чрезвычайное положение; п. "д" ч. 1 ст. 103,
относящийся к статусу Уполномоченного по правам человека; ч. 3 ст. 118, относящаяся
к установлению судебной системы России; ч. 3 ст. 128, относящаяся к установлению
полномочий, порядка образования и деятельности Конституционного Суда Российской
Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации и иных федеральных судов; ч. 2 ст. 135, относящаяся к
созыву Конституционного Собрания; ч. 1 ст. 137, определяющая порядок изменения
Конституции в связи с изменением состава Российской Федерации.
     Как видно из приведенного перечня, предметов регулирования федеральным
конституционным законом меньше, чем статей Конституции, ибо в разных статьях
Конституции, указывающих на необходимость принятия федеральных конституционных
законов, речь подчас идет об одном и том же предмете, хотя в ч. 3 ст. 128
Конституции сформулирован предмет для регулирования несколькими федеральными
конституционными законами.
     В литературе существует различное истолкование комментируемой части.
Большинство авторов считает, что только указанные в приведенных статьях предметы
могут и должны регулироваться федеральными конституционными законами. Есть,
однако, и другая позиция, которая исходит из того, что предметы, указанные
в вышеприведенном перечне статей, составляют лишь обязательный минимум для
регулирования федеральными конституционными законами, тогда как Федеральное
Собрание может в такой форме регулировать и другие общественные отношения,
если сочтет это необходимым.
     Пока нет официального толкования, данного Конституционным Судом Российской
Федерации, обе позиции имеют право на существование. В пользу второй позиции
имеются два аргумента - теоретический и практический.
     Первый аргумент заключается в том, что приведенный перечень оставляет
без внимания многие общественные отношения, имеющие по своему характеру конституционный
характер. Не урегулированы, например, содержание и процедура заключения договоров
о разграничении предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией
и ее субъектами, предусмотренных ч. 3 ст. 11 Конституции, а ведь эти договоры
изменяют установленное ст. 71 - 73 Конституции распределение компетенции между
обоими уровнями управления. Очевидно, что данный институт нуждается в конституционном
регулировании, которое может осуществляться посредством федерального конституционного
закона. Да и такой акт, как Гражданский кодекс от 21 октября 1994 г. и от
22 декабря 1995 г. (СЗ РФ, 1994, N 32, ст. 3301; 1996, N 5, ст. 410), который
в публицистике называют конституцией рыночного хозяйства, должен был быть
принят (если не целиком, то по крайней мере его часть первая) в форме федерального
конституционного закона, тем более если есть намерение не допускать существования
законодательных норм, ему противоречащих (согласно абзацу второму ч. 2 ст.
3 ГК, "нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать
настоящему Кодексу"). Сейчас же ситуация такова, что федеральный закон, содержащий
нормы гражданского права, не соответствующие ГК, должен получить преимущество
перед ГК, если издан позднее.
     Второй аргумент состоит в том, что на практике Федеральное Собрание уже
вышло за рамки, содержащиеся в приведенном перечне. Например, Федеральный
конституционный закон "О референдуме Российской Федерации" от 10 октября 1995
г. (СЗ РФ, 1995, N 42, ст. 3921) регулирует институт федерального референдума
целиком, а не только порядок его назначения, как следовало бы, если буквально
придерживаться текста п. "в" ст. 84 Конституции.

     2. Комментируемая часть определяет условия принятия федеральных конституционных
законов.
     Как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации
от 12 апреля 1995 г. по делу о толковании ч. 3 ст. 103, ч. 2 и 5 ст. 105,
ч. 3 ст. 107, ч. 2 ст. 108, ч. 3 ст. 117 и ч. 2 ст. 135 Конституции Российской
Федерации (ВКС, 1995, N 2 - 3), для принятия федерального конституционного
закона требуется не менее 134 голосов в Совете Федерации и не менее 300 голосов
в Государственной Думе.
     Хотя, исходя из текста комментируемой части, можно было бы признать,
что в отношении принятия федеральных конституционных законов палаты Федерального
Собрания полностью равноправны, ч. 2 ст. 104 Конституции подлежит применению
и здесь: проекты федеральных конституционных законов вносятся в Государственную
Думу. Регламент Государственной Думы, утвержденный ее постановлением от 25
марта 1994 г. N 80-I ГД "О Регламенте Государственной Думы Федерального Собрания
- парламента Российской Федерации" (ВФС, 1994, N 3, ст. 160), специально процедуру
принятия федеральных конституционных законов не регулирует. Зато Регламент
Совета Федерации, утвержденный его постановлением от 6 февраля 1996 г. N 42-СФ
"О Регламенте Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации"
(СЗ РФ, 1996, N 7, ст. 655), посвящает этой процедуре специальную 13-ю главу.
Следует сразу же отметить, что одобрение Государственной Думой проекта федерального
конституционного закона не превращает его в такой закон. Это превращение происходит
лишь с одобрением проекта Советом Федерации.
     Согласно Регламенту Совет Федерации рассматривает проект федерального
конституционного закона, который уже рассмотрен и одобрен Государственной
Думой. Вместе с проектом в Совет представляются стенограмма соответствующего
заседания Думы и сопровождающая проект документация. Если в проекте есть нормы,
предусматривающие расходы за счет федерального бюджета, к нему должно прилагаться
заключение Правительства Российской Федерации, отсутствие которого может служить
основанием для отклонения проекта (правильнее, наверно, было бы написать "для
возвращения"). Поступивший в Совет проект регистрируется и в течение 48 часов
с сопровождающими материалами и документами направляется членам Совета. Дополнительно
поступившие из Думы официальные документы, сопровождающие проект, регистрируются
и рассматриваются палатой вместе с проектом. Ответственный комитет или комитеты
определяются Председателем Совета или его заместителем. Члены Совета организуют
обсуждение проекта в субъектах Российской Федерации и при наличии замечаний
направляют их в ответственный комитет (комитеты).
     Ответственный комитет рекомендует Совету одно из следующих решений:
     - одобрить проект, одобренный Думой;
     - отклонить этот проект;
     - внести в одобренный Думой проект изменения и дополнения и одобрить
проект в редакции Совета. В последнем случае комитет представляет предлагаемую
редакцию проекта.
     Если комитет предложил одобрить проект, Совет решает, будет ли голосованию
предшествовать обсуждение. Если при голосовании необходимое число голосов
в пользу проекта не получено, он считается отклоненным, что оформляется постановлением
Совета. Совет может при этом предложить Думе согласовать разногласия и представить
желаемые формулировки отдельных частей или положений проекта. В течение пяти
дней постановление направляется в Думу. Если Дума с этим согласится, комитет
Совета Федерации вносит на заседание Совета предложение проголосовать проект
без обсуждения. Если же Дума примет только часть предложений Совета, поступившую
из нее редакцию проекта Совет рассматривает как новый проект.
     Если Совет одобрил установленным квалифицированным большинством проект,
то в течение пяти дней направляет его Президенту Российской Федерации для
подписания и обнародования.
     В случае представления комитетом новой редакции проекта обсуждение проводится
Советом обязательно. Одобрив эту редакцию, Совет принимает постановление с
предложением Думе также одобрить проект в редакции Совета. Если Дума это сделает,
повторное голосование проекта на заседании Совета не проводится.
     Для преодоления разногласий между палатами может быть создана согласительная
комиссия.
     Из текста второго предложения комментируемой части следует, что Президент
в данном случае правом вето не располагает. В течение четырнадцати дней (опять
же неизвестно, календарных или рабочих) он обязан подписать и обнародовать
федеральный конституционный закон.

0

6

Статья 108

     1. Федеральные конституционные законы принимаются по вопросам, предусмотренным
Конституцией Российской Федерации.
     2. Федеральный конституционный закон считается принятым, если он одобрен
большинством не менее трех четвертей голосов от общего числа членов Совета
Федерации и не менее двух третей голосов от общего числа депутатов Государственной
Думы. Принятый федеральный конституционный закон в течение четырнадцати дней
подлежит подписанию Президентом Российской Федерации и обнародованию.

     Комментарий к статье 108

     Конституционный закон рассматривается мировой законодательной практикой
как особая категория правовых актов (во Франции, Испании подобные акты именуются
органическими законами). В России за всю историю ее государственно-правового
развития понятие "федеральный конституционный закон" впервые закреплено Конституцией
Российской Федерации 1993 г. Федеральные конституционные законы занимают особое
место в российском законодательстве. Одно из предназначений таких законов
- обеспечить стабильность Конституции как Основного Закона государства, закрепляющего
устои его конституционного строя. Особая юридическая сила федеральных конституционных
законов находит свое выражение в том, что им не должны противоречить обычные
федеральные законы (см. комментарий к ст. 76).
     Конституция четко определяет круг вопросов, по которым принимаются федеральные
конституционные законы, давая их исчерпывающий перечень. Это законы об условиях
и порядке введения чрезвычайного положения на территории Российской Федерации
или в ее отдельных местностях (ст. 56 и 88); о принятии в Российскую Федерацию
и образовании в ее составе нового субъекта, а также об изменении конституционно-правового
статуса Федерации (ст. 65, 66 и 137); о государственных флаге, гербе и гимне
Российской Федерации, их описании и порядке официального использования (ст.
70); о референдуме (ст. 84); о режиме военного положения (ст. 87); об Уполномоченном
по правам человека (ст. 103); о порядке деятельности Правительства Российской
Федерации (ст. 114); о судебной системе Российской Федерации (ст. 118); о
полномочиях, порядке образования и деятельности Конституционного Суда, Верховного
Суда, Высшего Арбитражного Суда и иных федеральных судов (ст. 128); о Конституционном
Собрании (ст. 135).
     Верховенство федеральных конституционных законов по отношению ко всем
другим правовым актам, включая и федеральные законы, обусловливает особую,
более сложную процедуру их принятия.
     Федеральные конституционные законы принимаются так называемым квалифицированным
большинством в каждой из палат Федерального Собрания. Это означает, что конституционный
закон считается принятым только после того', как за него проголосовало не
менее 3/4 от общего числа членов Совета Федерации и не менее 2/3 от общего
числа депутатов Государственной Думы, в то время как для принятия федеральных
законов достаточно простого большинства (см. комментарий к ст. 105).
     Признание за федеральными конституционными законами принципа верховенства
выражается также в том, что, будучи принятыми палатами Федерального Собрания,
они, как и принятые поправки к Конституции, не могут быть отклонены Президентом
и возвращены в парламент на новое рассмотрение, что возможно в отношении федеральных
законов (см. комментарий к ст. 107). Конституция обязывает Президента России
независимо от того, имеются у него возражения по принятому конституционному
закону или нет, подписать его в той редакции, в какой он принят Федеральным
Собранием, и обнародовать (ч. 2 ст. 108). Подписание и обнародование должны
быть произведены не позднее чем по истечении 14 дней. Обнародование конституционного
закона осуществляется путем его опубликования в тех же официальных изданиях,
где публикуются федеральные законы.

0

7

Постановление Конституционного Суда РФ от 23 марта 1995 г. N 1-П
"По делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации"

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.А.Туманова, судей Э.М. Аметистова, М.В.Баглая, Н.Т. Ведерникова, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Т.Г. Морщаковой, В.И. Олейника, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева,

с участием И.М.Костоева и А.И. Коваленко - представителей Совета Федерации, направившего запрос в Конституционный Суд Российской Федерации, а также приглашенных в заседание представителей субъектов законодательного процесса, непосредственно заинтересованных в результатах толкования, М.А. Митюкова и В.Б.Исакова - представителей Государственной Думы, М.А.Краснова - представителя Президента Российской Федерации,

руководствуясь статьей 125 (часть 5) Конституции Российской Федерации, пунктом 4 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 2 части второй статьи 21 и статьей 105 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",

рассмотрел в открытом пленарном заседании дело о толковании части 4 статьи 105 в связи со статьей 106 Конституции Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела, согласно части первой статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явился запрос Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации.

Основанием к рассмотрению дела, согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании положений части 4 статьи 105 в связи с предписаниями статьи 106 Конституции Российской Федерации, вследствие чего требуется разъяснить, распространяется ли четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации для рассмотрения и одобрения федеральных законов в Совете Федерации, на федеральные законы по вопросам, перечень которых дан в статье 106 Конституции Российской Федерации.

Заслушав выступление судьи - докладчика В.Г.Стрекозова, объяснения представителей Совета Федерации, выступления приглашенных, изучив представленные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

Конституция Российской Федерации, регламентируя законодательный процесс, определяет, что законопроекты вносятся в Государственную Думу (статья 104, часть 2) и что федеральные законы принимает эта палата (статья 105, часть 1). Законы, принятые Государственной Думой, передаются на рассмотрение Совета Федерации (статья 105, часть 3), что призвано обеспечить учет его мнения в законодательном процессе и предоставляет ему возможность выразить свое согласие либо несогласие с Государственной Думой в отношении любого закона.

В соответствии со статьей 105 (часть 4) Конституции Российской Федерации федеральный закон считается одобренным Советом Федерации, если за него проголосовало более половины от общего числа членов этой палаты либо если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен Советом Федерации. Таким образом Совет Федерации решает сам, какие из принятых Государственной Думой законов подлежат рассмотрению на его заседании.

Исключение из этого общего правила установлено статьей 106 Конституции Российской Федерации, которая дает перечень федеральных законов, подлежащих обязательному рассмотрению в Совете Федерации.

В то же время статья 106 Конституции Российской Федерации не устанавливает особого срока для рассмотрения в Совете Федерации соответствующих законов. Начав рассмотрение закона в четырнадцатидневный срок, предусмотренный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации, Совет Федерации обязан путем голосования принять решение об одобрении либо отклонении закона. При этом истечение указанного срока не освобождает Совет Федерации от данной обязанности. Закон, принятый по любому из вопросов, перечисленных в статье 106, не может считаться одобренным, если Совет Федерации не завершил его рассмотрения. Соответственно, закон в этом случае не подлежит подписанию главой государства.

Если рассмотрение в Совете Федерации федеральных законов, принятых по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации, не завершено в установленный частью 4 статьи 105 срок, оно должно быть продолжено на следующем заседании Совета Федерации и завершено принятием решения.

На основании изложенного, по смыслу статей 105 и 106 Конституции Российской Федерации, а также с учетом сложившейся практики законодательного процесса, руководствуясь статьями 72, 74 и 75 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

1. Рассмотрение в Совете Федерации федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в этой палате, должно начаться согласно части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации.

2. Если Совет Федерации в течение четырнадцати дней не завершил рассмотрения принятого Государственной Думой федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в Совете Федерации, этот закон не считается одобренным, и его рассмотрение продолжается на следующем заседании Совета Федерации до вынесения решения о его одобрении либо отклонении.

3. Толкование, содержащееся в пунктах 1 и 2 резолютивной части настоящего Постановления, не распространяется на федеральные законы, признаваемые самим Советом Федерации подлежащими обязательному рассмотрению в Совете Федерации, если они приняты Государственной Думой по вопросам, не перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации.

4. Согласно статье 106 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" данное Конституционным Судом Российской Федерации толкование является официальным и обязательным для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

5. Согласно статье 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление является окончательным, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его провозглашения.

6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", а также иных официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации. Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

N 1-П



Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Г.А.Гаджиева по мотивировке постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Федеративный договор предусматривает, что органы власти субъектов Российской Федерации участвуют в осуществлении федеральных полномочий в пределах и формах, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Конституция Российской Федерации устанавливает, что субъекты Российской Федерации участвуют в осуществлении федеральных полномочий через деятельность своих депутатов в Федеральном Собрании. Его палаты в законодательном процессе осуществляют разные функции: законопроекты вносятся в Государственную Думу (статья 104, часть 2), которая и принимает федеральные законы (статья 105, часть 1); законы, принятые Государственной Думой, в течение пяти дней передаются на рассмотрение Совета Федерации (статья 105, часть 3).

При толковании предназначения четырнадцатидневного срока, установленного в части 4 статьи 105 Конституции, необходимо учитывать, что Совет Федерации играет в законодательном процессе иную, нежели Государственная Дума, роль. Необходимо также учитывать, что законодательные процедуры обсуждения двух разновидностей федеральных законов - законов, принимаемых по вопросам, относящимся к ведению Российской Федерации, и законов, относящихся к совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, различаются.

Учет федеративного устройства является одним из принципов правотворческого процесса наряду с демократизмом, законностью, непрерывностью.

Законопроекты по предметам совместного ведения, как это установлено Федеративным договором, подлежат направлению субъектам Российской Федерации, что позволяет учесть их мнения. В статье 102 Регламента Государственной Думы установлено, что законопроекты по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации направляются субъектам Российской Федерации для дачи предложений и замечаний.

В статье 106 Конституции речь идет о федеральных законах, относящихся согласно статье 71 Конституции к исключительному ведению Российской Федерации, но имеющих особую важность для ее субъектов. Поэтому Конституция предоставляет возможность субъектам Российской Федерации участвовать в осуществлении федеральных полномочий через Совет Федерации. Вот почему рассмотрение им законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции, носит обязательный характер. Содержание перечня обусловлено конституционной природой этой палаты парламента, являющейся не органом прямого представительства многонационального народа Российской Федерации, а органом, обеспечивающим представительство субъектов Российской Федерации.

Принцип учета федеративного устройства в законодательном процессе по-разному проявляется применительно к двум разновидностям федеральных законов, однако Конституция дает субъектам Российской Федерации возможность сформулировать свои предложения и замечания как в отношении федеральных законов, принимаемых в сфере совместного ведения, так и в отношении законов, принимаемых в сфере ведения Российской Федерации.

Различие законодательных процедур обсуждения двух разновидностей федеральных законов предполагает, что различно и предназначение для них четырнадцатидневного срока.

В статье 105 Конституции он выполняет пресекательную функцию, устраняя неопределенность в законодательном процессе в отношении федеральных законов, которые либо не были проголосованы, либо не были рассмотрены Советом Федерации в течение четырнадцати дней. Истечение этого срока означает, что закон "считается одобренным", т.е. имеет место одобрение в конклюдентной форме.

Иное предназначение имеет четырнадцатидневный срок в отношении федеральных законов, подлежащих в соответствии со статьей 106 Конституции обязательному рассмотрению в Совете Федерации. Рассмотрение такого закона должно начаться согласно части 4 статьи 105 Конституции не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации, т.е. этот срок имеет целью обеспечение непрерывности законодательного процесса. Одобрение закона Советом Федерации в данном случае может быть осуществлено только в активной форме - путем голосования.

Конституция исходит из того, что понятия "считается одобренным" (статья 105, часть 4) и "одобрен" (статья 108, часть 2) не совпадают.

Понятие "считается одобренным" предполагает две возможных формы рассмотрения Советом Федерации федерального закона - активную, когда за федеральный закон проголосовало более половины от общего числа членов этой палаты, и пассивную, когда в четырнадцатидневный срок закон не был рассмотрен (одобрение закона в конклюдентной форме).

Обязательность рассмотрения принятых Государственной Думой федеральных законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции, допускает только активную форму рассмотрения. Поэтому истечение четырнадцатидневного срока в отношении такого закона не освобождает Совет Федерации от обязанности путем голосования принять решение о его одобрении либо отклонении.

Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации В.О.Лучина по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Будучи несогласным с отдельными положениями постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации, руководствуясь статьей 76 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" и параграфом 38 Регламента Конституционного Суда Российской Федерации, считаю целесообразным высказать свое особое мнение по существу вопроса.

Поводом к рассмотрению дела, согласно части первой статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явился запрос Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации.

Основанием к рассмотрению дела, согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании положений части 4 статьи 105 в связи с предписаниями статьи 106 Конституции Российской Федерации, вследствие чего требуется разъяснить, распространяется ли четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации для рассмотрения федеральных законов в Совете Федерации, на федеральные законы по вопросам, перечень которых дан в статье 106 Конституции Российской Федерации, а также следует ли исходить из предположения о том, что срок на рассмотрение федеральных законов по вопросам, указанным в статье 106 Конституции Российской Федерации, как не определенный на конституционном уровне, подлежит самостоятельному определению Советом Федерации в Регламенте Совета Федерации первого созыва.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации исходит из единого срока рассмотрения федеральных законов в Совете Федерации, признавая одновременно различные правовые последствия его несоблюдения для разных категорий законов - тех, которые он, по своему усмотрению, рассматривает или не рассматривает, и тех, которые в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации подлежат его обязательному рассмотрению.

Четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации, на мой взгляд, распространяется на рассмотрение Советом Федерации не всех поступающих из Государственной Думы федеральных законов, а только тех из них, вопрос о рассмотрении или нерассмотрении которых решается самим Советом Федерации. Более того, часть 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации имеет своей целью установление не столько сроков рассмотрения, сколько условий, способов одобрения Советом Федерации таких законов. Она не связана органически со статьей 106 и никаким образом не может поколебать "обязательности рассмотрения" перечисленных в ней федеральных законов. Последние не могут считаться одобренными Советом Федерации, если они им не рассмотрены. Автоматическое одобрение исключается независимо от того, когда начато и когда завершено "обязательное рассмотрение".

Возложение на Совет Федерации обязанности начать рассмотрение федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в этой палате, "не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации", по моему мнению, не вытекает из части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации и не имеет в ней правовой опоры. Если, например, в силу необходимости дополнительного изучения такого закона либо иных причин указанное требование нарушено, наступают ли какие-то правовые последствия? Нет, и в данном случае закон не считается одобренным и не подлежит подписанию главой государства. Обязательность его рассмотрения не устраняется пропуском четырнадцатидневного срока, равно как и несовпадением заранее установленной и фактической продолжительности рассмотрения. "Обязательность" применительно к статье 106 Конституции Российской Федерации сформулирована вне конкретных временных координат, и игнорировать это обстоятельство нельзя.

Распространение четырнадцатидневного срока на федеральные законы, подлежащие согласно статье 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в Совете Федерации, пусть даже только на начало рассмотрения лишено смысла, коль скоро это не создает никаких юридических обязанностей для палаты, никак не влияет на правовое состояние соответствующих законов, не преодолевает их юридическую незавершенность. Истечение указанного срока не освобождает Совет Федерации от обязанности начать и завершить рассмотрение такого закона. Любой из перечисленных в статье 106 законов не может считаться одобренным, если Совет Федерации путем голосования не принял решения о его одобрении либо отклонении. Замечу также, что в части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации вообще не упоминается о "начале рассмотрения" каких-либо федеральных законов в Совете Федерации. В таком аспекте вопрос не ставился и в запросе Совета Федерации.

Конституционный Суд, по существу, уклонился от ответа на вопрос, может ли Совет Федерации первого созыва самостоятельно установить срок "обязательного рассмотрения" федеральных законов, как не определенный на конституционном уровне.

Исходя из добросовестности, ответственности Совета Федерации, уверенности, что он не станет искусственно затягивать законодательный процесс и будет стремиться с учетом реальных возможностей к ускоренному рассмотрению законов по вопросам, перечень которых установлен в статье 106 Конституции Российской Федерации, полагаю, что нет необходимости навязывать Совету Федерации какие-либо сроки рассмотрения этой категории федеральных законов. Поскольку сроки "обязательного рассмотрения" не определены в Конституции (не исключено, что это еще придется сделать), они могут быть установлены Советом Федерации самостоятельно в его Регламенте.

С учетом изложенного прихожу к следующим выводам:

1. Положение части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации о том, что федеральный закон считается одобренным Советом Федерации, "если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен", не распространяется на федеральные законы по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации. Это касается как начала, так и окончания их рассмотрения.

2. Совет Федерации первого созыва может самостоятельно установить в своем Регламенте сроки, обеспечивающие своевременное рассмотрение федеральных законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации.

Мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Т.Г.Морщаковой по мотивировке постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Данное Конституционным Судом толкование считаю необходимым дополнить мотивами, вытекающими из содержания понятия "нерассмотрение закона Советом Федерации". По смыслу части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации нерассмотрением закона следует признать ситуацию, когда Совет Федерации в течение четырнадцати дней не начинал его рассмотрение в заседании или когда начатое рассмотрение не было завершено в указанный срок. Таким образом, Конституция предполагает, что во всех случаях, когда Совет Федерации сочтет необходимым или обязан рассмотреть какой-либо закон, он должен начать такое рассмотрение в четырнадцати-дневный срок.

Это относится и к законам по вопросам, перечень которых дан в статье 106 Конституции, так как она не устанавливает никаких особых правил для их рассмотрения Советом Федерации. Цель данной нормы только в том, чтобы обязать Совет Федерации рассмотреть определенный федеральный закон и путем голосования принять решение о его одобрении либо отклонении. Обязательность обсуждения федерального закона в этой палате означает и необходимость начала его рассмотрения в заседании в течение четырнадцати дней. Было бы нелогичным предположить, что Конституция, требуя обязательного рассмотрения закона в Совете Федерации, предоставляет ему неограниченные возможности в выборе момента для начала такого рассмотрения. Нарушение четырнадцатидневного срока начала рассмотрения в заседании Совета Федерации федеральных законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции, является отступлением от конституционного требования об обязательности рассмотрения таких законов.

Характер вопросов, перечисленных в статье 106 Конституции, также подтверждает необходимость реального рассмотрения принятых по ним федеральных законов во многих случаях в максимально сжатые сроки,- иначе Совет Федерации не сможет выполнить возложенные на него задачи по защите интересов Российской Федерации и ее субъектов при решении вопросов войны и мира, по защите государственных границ либо по вопросам федерального бюджета, федеральных налогов и т.д.

Вместе с тем, поскольку федеральные законы, о которых идет речь, нельзя считать принятыми без проведения по ним голосования в Совете Федерации, их рассмотрение этой палатой Федерального Собрания должно быть продолжено и по истечении четырнадцатидневного срока, с тем чтобы решение об одобрении или отклонении закона состоялось. Однако это не означает, что Совет Федерации вправе неограниченно затягивать процесс рассмотрения таких законов и произвольно выбирать момент вынесения решения.

Обязательность рассмотрения федеральных законов, перечень которых установлен в статье 106 Конституции, означает невозможность оставить вопрос нерешенным по существу или отказаться от завершения его рассмотрения на какое-то время. Это было бы нарушением конституционных обязанностей Совета Федерации. Поэтому пролонгация срока рассмотрения такого закона оправдана и допустима лишь при условии, что процесс рассмотрения закона не прерывается вплоть до его завершения, хотя и может быть перенесен на следующее заседание Совета Федерации. В федеральном законе, а также в Регламенте Совета Федерации могут быть установлены и другие формальные ограничительные условия, которые определили бы момент принятия Советом Федерации решения по законам, подлежащим его обязательному рассмотрению.

Мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации В.И.Олейника по мотивировке постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Проголосовав за принятое решение по делу в целом, в ходе обсуждения отмечал и считаю необходимым изложить свое мнение по отдельным моментам исследовательской и резолютивной части Постановления КС РФ от 23.03.95 г. (по выводам толкования). Прежде всего в исследовательской части необходимо было, опираясь на выработанные наукой и практикой правила толкования правовых норм, указать на использованные судом приемы и способы толкования и их результаты, а именно:

1. Систематический. Т.е., что суд уяснял смысл части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции путем сравнения их с другими статьями глав Основного закона Российской Федерации, выявления их связи с другими нормами Конституции.

2. Логический. Путем использования средств формальной и диалектической логики для установления внутренних связей толкуемых норм с другими нормами Конституции, логической структуры ее правовых предписаний.

3. Историко-политический. Для выяснения смысла толкуемых норм через: а) исторические условия создания Конституции и социально-политические цели, которые преследовал законодатель, принимая Конституцию. Т.е. через обращение к условиям и истокам принятия Конституции и обращение этого смысла в языковой форме изложения толкуемых статей. Суд должен был и мог использовать в этих целях стенограммы заседаний Конституционного совещания, мнения авторов - разработчиков статей 105, 106 Конституции Российской Федерации.

4. Языковой способ толкования. Т.е. выяснение смысла нормы путем грамматического анализа текста.

Т.е. из языкового (грамматического), как и систематического, историко-политического, логического способов и приемов толкования пункта 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации следует смысловая определенность не только пункта 4 статьи 105, но и в целом статьи 105 Конституции РФ, которая не противоречит определенному смыслу статьи 106 Конституции Российской Федерации.

Использование этих приемов и способов толкования и особенно документов Конституционного совещания позволило мне прийти к убежденности в том, что с целью предотвращения имевшей место в прошлом затяжке сроков обсуждения и принятия парламентом законов, прежде всего по политическим и другим субъективным соображениям, законодателем в статьях 105 и 106 новой Конституции Российской Федерации, исходя из федеративного договора, из разграничения предметов ведения (в т.ч. в законотворческом процессе)между органами государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нашедших отображение в Конституции Российской Федерации 1993 года, статьей 105 и статьей 106, а также статьями 107, 108 Конституции в целом установлена и определена четкая регламентация (процедура) обсуждения и принятия законов в том числе с ограничением во времени на весь период действия этой Конституции, т. е. до внесения в нее изменений или принятия новой, исходя не только из того, что члены Совета Федерации лишь первого созыва осуществляют свои полномочия на непостоянной основе.

В то же время содержание последней части статьи 9 второго раздела Конституции Российской Федерации, ее смысл имеет неопределенность в силу отсутствия в нормах Конституции Российской Федерации прямого предписания о том, что формируемые в последующем Советы Федерации всех других созывов, кроме первого, осуществляют свои полномочия на постоянной основе. Такое положение, исходя из историко-политического системного приема толкования воли законодателя, выраженной в Конституции Российской Федерации, наиболее вероятно.

С учетом сложившегося обыкновения: непродолжительности работы сессии Совета Федерации первого созыва, когда его кворум на пределе, а его члены за исключением руководителей его комитетов и комиссий, а также Совета Федерации, осуществляют свои функции на непостоянной основе, в связи с чем не могут выполняться обязательные требования статьи 106 Конституции РФ, на основании выводов из всех названных видов и способов толкования, а также статьи 9 раздела второго ("Заключительные и переходные положения") Конституции Российской Федерации считаю, что принятое решение Конституционным судом Российской Федерации от 23.03.95 г. по толкованию части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации распространяется лишь на период работы и до истечения полномочий Совета Федерации первого созыва, что следовало оговорить в результативной части постановления Конституционного Суда.

В ином случае часть 4 статьи 105 изменяется в сути и утрачивает на будущее (в части 14-дневного срока) пресекательную функцию и нарушает волю законодателя, выраженную в конкретных исторических условиях, обстоятельствах и целях. Без этой оговорки, Конституционный Суд своим Постановлением фактически переходя на аутентичное толкование, превысил свои полномочия, т.е. внес поправку в Конституцию, что недопустимо по его природе.

Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Ю.Д.Рудкина по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

В пунктах 1 и 2 резолютивной части своего постановления по рассматриваемому вопросу Конституционный Суд Российской Федерации признал, что рассмотрение в Совете Федерации федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в этой палате, должно начаться согласно части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации. Если в течение этого срока рассмотрение Советом Федерации принятого Государственной Думой федерального закона не завершено, закон не считается одобренным, и его рассмотрение продолжается на следующем заседании Совета Федерации до вынесения решения о его одобрении либо отклонении.

В связи с данным постановлением, руководствуясь статьей 76 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", полагаю возможным высказать свое особое мнение.

Конституция Российской Федерации, принятая всенародным голосованием 12 декабря 1993 года, установила определенную иерархию федеральных законов, которые различаются не только по юридической силе, но и по порядку принятия: сама Конституция, которой должны соответствовать все другие законы и любые иные акты, федеральные конституционные законы, все прочие федеральные законы.

Порядок внесения поправок в действующую Конституцию, а также порядок разработки и принятия новой Конституции урегулированы главой 9 Конституции Российской Федерации. Особенности принятия федеральных конституционных законов регламентируются ее статьей 108. Что же касается порядка принятия федеральных законов, то он закреплен в статьях 105-107 Конституции Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 105 Конституции Российской Федерации федеральные законы, принятые Государственной Думой, в течение пяти дней передаются на рассмотрение Совета Федерации, который, как следует из части 4 той же статьи, обязан либо одобрить закон, либо его отклонить.

Одобрение федерального закона Советом Федерации может быть осуществлено как в активной форме, т.е. путем голосования членов Совета Федерации, так и в пассивной форме. В последнем случае закон считается одобренным (без рассмотрения Советом Федерации) по истечении четырнадцатидневного срока, установленного частью 4 статьи 105 Конституции.

Таким образом, Совет Федерации решает сам, какие из принятых Государственной Думой федеральных законов подлежат его рассмотрению, а какие - нет, за исключением законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции. Но, установив императивное требование одобрения или отклонения этих законов только путем голосования, законодатель вместе с тем не указал никакого иного срока помимо определенного частью 4 статьи 105 Конституции, т.е. четырнадцати дней.

Смысл установления такого срока заключается в том, чтобы обязать Совет Федерации оперативно реагировать на принятые Государственной Думой законы, необоснованно не затягивать их рассмотрение. Законодатель исходил из того, что четырнадцать дней - достаточный срок для изучения Советом Федерации любого закона, принятого Государственной Думой.

Сложности, возникающие в связи с тем, что деятельность Совета Федерации первого созыва не носит постоянного характера и в установленный срок ему трудно завершить рассмотрение законов по вопросам, к примеру, федерального бюджета или федеральных налогов и сборов, не могут служить основанием для изменения конституционной процедуры рассмотрения федеральных законов, предусмотренной частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации. Законодатель, исчерпывающе определив перечень законов, по которым голосование членов Совета Федерации необходимо, не установил какого-либо изъятия из этой процедуры, включая срок рассмотрения.

На основании изложенного полагаю, что четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации, в полной мере распространяется на федеральные законы, принимаемые по вопросам, указанным в статье 106 Конституции Российской Федерации. В течение этого срока Совет Федерации обязан вынести решение об одобрении или отклонении принятого Государственной Думой федерального закона. Нарушение этой обязанности аннулирует право Совета Федерации отклонить закон. В этом случае законодательный процесс продолжается в обычном порядке, т.е. наступают последствия, предусмотренные частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации.

0

8

Постановление Конституционного Суда РФ от 12.04.1995 N 2-П "По делу о толковании статей 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации"

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 12 апреля 1995 г. N 2-П

ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ СТАТЕЙ 103 (ЧАСТЬ 3),
105 (ЧАСТИ 2 И 5), 107 (ЧАСТЬ 3), 108 (ЧАСТЬ 2),
117 (ЧАСТЬ 3) И 135 (ЧАСТЬ 2) КОНСТИТУЦИИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.А. Туманова, судей Э.М. Аметистова, М.В. Баглая, Н.Т. Ведерникова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Т.Г. Морщаковой, В.И. Олейника, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

с участием представителей Государственной Думы, направившей запрос в Конституционный Суд Российской Федерации, - В.Г. Вишнякова, С.А. Зенкина, О.О. Миронова, а также приглашенных в заседание представителей: от Совета Федерации - Е.Б. Мизулиной, от Президента Российской Федерации - Е.К. Глушко, от Центральной избирательной комиссии Российской Федерации - О.К. Застрожной,

руководствуясь статьей 125 (часть 5) Конституции Российской Федерации, пунктом 4 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 2 части второй статьи 21 и статьей 105 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",

рассмотрел в открытом пленарном заседании дело о толковании статей 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела, согласно части первой статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явился запрос Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, направленный в Конституционный Суд Российской Федерации на основании Постановления Государственной Думы от 17 февраля 1995 г. N 538-1 ГД "Об обращении в Конституционный Суд Российской Федерации".

Основанием к рассмотрению дела, согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании названных статей Конституции Российской Федерации в связи с используемыми в них понятиями "общее число депутатов Государственной Думы" и "общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы". Вследствие этого требуется разъяснить, тождественно ли общее число депутатов Государственной Думы ее численному составу, установленному статьей 95 (часть 3) Конституции Российской Федерации, либо оно означает число фактически избранных депутатов, за исключением тех, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке, а также является ли указание на общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы основанием для принятия решений на базе суммы голосов членов обеих палат Федерального Собрания.

Заслушав выступление судьи - докладчика Б.С. Эбзеева, объяснения представителей Государственной Думы, выступления приглашенных, изучив представленные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Согласно Конституции Российской Федерации Государственная Дума принимает федеральные законы и постановления по вопросам, относящимся к ее ведению, простым или квалифицированным большинством голосов от общего числа депутатов (статья 103, часть 3; статья 105, части 2 и 5; статья 107, часть 3; статья 108, часть 2; статья 117, часть 3; статья 135, часть 2).

Давая разъяснение понятия "общее число депутатов Государственной Думы", следует исходить из того, что согласно статье 3 (часть 1) Конституции Российской Федерации носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Часть 2 этой статьи устанавливает, что народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления. В свою очередь, статья 32 (часть 1) Конституции Российской Федерации предусматривает, что граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей.

Представительным и законодательным органом Российской Федерации, представляющим весь многонациональный народ России и все субъекты Российской Федерации, является Федеральное Собрание, состоящее из Совета Федерации и Государственной Думы (статья 94 и часть 1 статьи 95 Конституции Российской Федерации).

Определяя численный состав Совета Федерации (по два представителя от каждого субъекта Российской Федерации) и Государственной Думы (450 депутатов), Конституция Российской Федерации одновременно возлагает на законодательную власть и главу государства обязанность создать условия для замещения мандатов представителей субъектов Российской Федерации в Совете Федерации и депутатских мандатов в Государственной Думе (пункт "а" статьи 84, часть 2 статьи 96 Конституции Российской Федерации). Конституционное требование о численном составе палат Федерального Собрания Российской Федерации должно быть обеспечено.

Конституционная характеристика Федерального Собрания как органа народного представительства предполагает, что возможная неполнота состава его палат не должна быть значительной, ибо в противном случае его представительный характер может быть поставлен под сомнение.

Цель установления в статье 95 Конституции Российской Федерации числа мандатов в Совете Федерации и Государственной Думе - обеспечение представительного характера высшего законодательного органа Российской Федерации. Отсюда следует, что принятие предложенной Государственной Думой интерпретации понятия "общее число депутатов" как числа только фактически избранных в Государственную Думу депутатов, за исключением тех, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке, может привести к тому, что Государственная Дума будет правомочна принимать федеральные законы и иные важные для страны акты по вопросам своего ведения, даже если фактически утратит свой представительный характер вследствие вакантности значительной части депутатских мандатов. Такие законы и иные акты как нарушающие статью 94 Конституции Российской Федерации окажутся нелегитимными.

Акты парламента должны воплощать интересы большинства в обществе, а не только самого парламентского большинства. Конституция Российской Федерации не установила требований к численному составу избранных парламентариев, при котором палаты Федерального Собрания вправе осуществлять свои конституционные полномочия. В этих условиях представительный характер Государственной Думы (и Совета Федерации) и легитимность принимаемых законов могут быть гарантированы только истолкованием понятия "общее число депутатов" как конституционного их числа - 450 депутатов Государственной Думы (178 членов Совета Федерации). При определении порядка принятия законов и постановлений палатами Федерального Собрания Конституция Российской Федерации исходит из названного общего числа депутатов Государственной Думы (общего числа членов Совета Федерации). Принятые большинством от данного числа решения во всех случаях учитывают волю представителей не менее чем половины избирательного корпуса, вследствие чего наличие вакантных мандатов депутатов не может сказаться на итогах голосования.

Таким образом, предлагаемое в запросе Государственной Думы отождествление понятий "общее число депутатов" и "число фактически избранных депутатов" не отвечает требованиям Конституции Российской Федерации гарантировать народное представительство в Федеральном Собрании и может воспрепятствовать реализации конституционных положений об организации палат Федерального Собрания и законодательном процессе.

2. В статьях 107 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации предусматривается принятие решений квалифицированным большинством голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы.

Понимание указанных положений как способа подведения итогов голосования исходя из общей суммы голосов членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы противоречит Конституции Российской Федерации.

Федеративное устройство Российской Федерации обусловливает двухпалатную структуру Федерального Собрания и значительную самостоятельность Совета Федерации и Государственной Думы по отношению друг к другу. В своей организации и деятельности они призваны отразить разные стороны народного представительства в Российской Федерации - прямое представительство населения и представительство субъектов Российской Федерации. Различна и их компетенция.

Статья 100 (часть 1) Конституции Российской Федерации устанавливает, что Совет Федерации и Государственная Дума заседают раздельно. В силу статей 102 (часть 3), 103 (часть 3), 105, 108 (часть 2) Конституции Российской Федерации федеральные законы, постановления Совета Федерации и Государственной Думы принимаются палатами Федерального Собрания раздельно. В статье 107 (часть 3) Конституции Российской Федерации подчеркивается, что повторное рассмотрение федерального закона палатами Федерального Собрания осуществляется в установленном Конституцией Российской Федерации порядке, т.е. также раздельно. В тех предусмотренных частью 3 статьи 100 Конституции Российской Федерации случаях, когда палаты собираются совместно, голосования не проводятся и решения не принимаются.

Таким образом, указание на общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, содержащееся в тексте статей 107 и 135 Конституции Российской Федерации, должно пониматься только как единый для обеих палат принцип определения результатов голосования.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 72, 74 и 75 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Положение об общем числе депутатов Государственной Думы, содержащееся в статьях 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации, следует понимать как число депутатов, установленное для Государственной Думы статьей 95 (часть 3) Конституции Российской Федерации, - 450 депутатов.

2. Положение об общем числе членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, содержащееся в статьях 107 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации, следует понимать как предусматривающее голосование раздельно по палатам и определение его результатов соответственно от численности каждой палаты, установленной статьей 95 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.

3. Решения Государственной Думы, принятые ранее в соответствии с иным порядком подведения итогов голосования, пересмотру в связи с данным толкованием не подлежат.

4. Согласно статье 106 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" данное Конституционным Судом Российской Федерации толкование является официальным и общеобязательным.

5. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление является окончательным, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.

6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", а также иных официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации. Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд

Российской Федерации

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Г.А. ГАДЖИЕВА ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ СТАТЕЙ 103

(ЧАСТЬ 3), 105 (ЧАСТИ 2 И 5), 107 (ЧАСТЬ 3), 108

(ЧАСТЬ 2), 117 (ЧАСТЬ 3) И 135 (ЧАСТЬ 2) КОНСТИТУЦИИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1. В запросе Государственной Думы о толковании конституционных положений об общем числе депутатов Государственной Думы поднимается вопрос о порядке принятия решений Государственной Думой.

Принимаемые Государственной Думой решения неоднородны. Государственная Дума принимает федеральные законы (статья 105, часть 1, Конституции). По вопросам, отнесенным к ее ведению Конституцией Российской Федерации, Государственная Дума принимает постановления (статья 103, часть 2, Конституции).

Принимаемые Государственной Думой постановления подразделяются на:

1) постановления по вопросам, отнесенным к ведению Государственной Думы в статье 103 Конституции;

2) постановления по вопросам организации деятельности, то есть избрание Председателя Государственной Думы и его заместителей, образование комитетов и комиссий, по вопросам внутреннего распорядка своей деятельности (статья 101 Конституции).

В части 3 статьи 103 Конституции речь идет не только о постановлениях Государственной Думы по вопросам, перечисленным в этой статье, но и по вопросам, о которых идет речь в статье 101 Конституции.

В соответствии со ст. 101 (часть 4) Конституции палаты Федерального Собрания наделены конституционным правом принимать свой регламент и решать вопросы внутреннего распорядка своей деятельности.

По этим вопросам также принимаются постановления палат, которые могут приниматься в том порядке, который определен в регламенте, за исключением тех случаев, когда этот порядок определен в Конституции.

Право принимать регламент охватывает и право устанавливать для принятия решений по вопросам внутренней деятельности правила определения большинства голосов не от общего числа депутатов, а от числа избранных депутатов.

В ст. 103 (часть 3) Конституции сказано, что "постановления Государственной Думы принимаются большинством голосов от общего числа голосов депутатов Государственной Думы, если иной порядок принятия решений не предусмотрен Конституцией Российской Федерации". При этом именно Конституция Российской Федерации в ст. 101 (часть 4) предоставляет палате право при решении внутренних вопросов устанавливать регламентом иной порядок принятия постановлений.

В полном соответствии с Конституцией в ст. 9 Регламента Государственной Думы, к примеру, установлено, что избранным на должность Председателя Государственной Думы... считается тот кандидат, который получил большинство голосов от числа избранных депутатов Государственной Думы.

Аналогичный порядок принятия решений используется в статьях 10, 19, 32 Регламента для принятия решений об избрании заместителей Председателя Государственной Думы, Счетной комиссии, Временной комиссии по Регламенту, Мандатной комиссии.

Толкование ст. 103 (часть 3), сводящееся к тому, что все постановления Государственной Думы должны приниматься большинством голосов от общего числа депутатов Государственной Думы, когда под "общим числом" понимается число депутатов, установленное для Государственной Думы частью 3 статьи 95 Конституции, то есть 450 депутатов (так называемое законное число), было бы недопустимым вторжением в полномочия палаты решать вопросы внутреннего распорядка и принимать Регламент.

2. Что касается самого запроса Государственной Думы о толковании части 3 статьи 103 Конституции, то производство по делу в соответствии со статьей 68 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" следует прекратить ввиду недопустимости запроса в этой части.

При решении вопроса о допустимости запросов о толковании Конституции необходимо разумное самоограничение судебной власти, с тем чтобы Конституционный Суд не оказался вовлеченным в политический процесс законотворчества.

Правила допустимости обращений о толковании Конституции основываются на принципе разделения властей (статья 10 Конституции) и на принципе связанности Конституционного Суда компетенцией иных органов (часть 3 статьи 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").

Не может считаться допустимым обращение в Конституционный Суд, если в нем содержится просьба дать толкование терминов (понятий) Конституции, глав Конституции либо Конституции в целом. Предметом обращения могут быть только "положения Конституции", а основанием рассмотрения дела в Конституционном Суде может быть только "обнаружившаяся неопределенность в понимании Конституции Российской Федерации" (часть 2 статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации") в конкретной ситуации.

Конституционный Суд может рассматривать только обращения о толковании положений Конституции, предполагающие постановку конкретного конституционно - правового вопроса, касающегося только определенных норм (положений) Конституции, и исключающие возможность рассмотрения запросов о толковании понятий, глав Конституции, Конституции в целом. Подобные пределы полномочий Конституционного Суда по толкованию Конституции в процедуре части 5 ст. 125 Конституции необходимы ввиду потенциальной опасности того, что Президент, Правительство или палаты Федерального Собрания могут попытаться решать политические вопросы через толкование Конституции Конституционным Судом, избегая принятия решений. Давая толкование в этих случаях, Конституционный Суд может быть вынужден высказать политическую позицию в условиях политического конфликта.

Недопустимы запросы в Конституционный Суд о толковании (в процедуре части 5 статьи 125 Конституции) понятий, раскрытых (конкретизированных) в действующих нормативных актах.

При неопределенности в их конституционности следует обращаться в Конституционный Суд в рамках процедур частей 2, 3, 4 статьи 125 Конституции. Только при невозможности решения возникшего конституционно - правового вопроса в рамках этих процедур допустимо толкование Конституции в абстрактной форме.

Принцип презумпции конституционности актов предполагает только такой подход.

Положения действующего Регламента Государственной Думы также ограничивают возможности толкования статьи 103 Конституции Конституционным Судом.

Тем не менее Конституционный Суд не выявил мотивы обращения в

Суд с просьбой о толковании конституционного понятия "общее число депутатов".

Эти конституционные термины (понятия) могут быть раскрыты: 1) в законах (к примеру, в федеральном законе о порядке подготовки, рассмотрения и принятия законов); 2) в регламентах палат Федерального Собрания (при решении вопросов, касающихся внутренних отношений палат).

В статье 86 Регламента Государственной Думы определено, что под общим числом депутатов Государственной Думы понимается их число, установленное частью 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации, - 450 депутатов; под числом избранных депутатов Государственной Думы - число фактически избранных в Государственную Думу депутатов, за исключением тех депутатов, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке.

Осталось невыясненным, почему при действующем Регламенте Государственная Дума в запросе в Конституционный Суд излагает иную позицию в понимании понятия "общий состав депутатов", нежели та, которая закреплена в статье 86 Регламента.

Если Конституционный Суд будет давать толкование конституционных понятий (терминов), которые раскрыты законодателем в действующих нормативных актах, то возможно появление юридических коллизий, разрешение которых будет представлять большую сложность.

По изложенным основаниям, в соответствии с пунктом 2 статьи 43 и статьей 68 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" необходимо прекратить производство по запросу Государственной Думы в части, касающейся толкования статей 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2) и 117 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Б.С. ЭБЗЕЕВА ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ СТАТЕЙ 103 (ЧАСТЬ 3),

105 (ЧАСТИ 2 И 5), 107 (ЧАСТЬ 3), 108 (ЧАСТЬ 2), 117

(ЧАСТЬ 3) И 135 (ЧАСТЬ 2) КОНСТИТУЦИИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Согласно запросу Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Конституционному Суду надлежит разъяснить, совпадает ли общее число депутатов Государственной Думы с ее составом, установленным частью 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации - 450, либо оно означает число фактически избранных депутатов, за исключением тех депутатов, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке. Кроме того, Суду надлежало ответить на вопрос о том, дает ли содержащееся в некоторых из перечисленных статей Конституции (107 и 135) понятие "общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы" основание для принятия решений на базе суммы голосов членов обеих палат парламента.

В связи с интерпретацией Судом ряда положений Конституции Российской Федерации при ответе на первый из поставленных Государственной Думой вопросов полагаю возможным, руководствуясь статьей 76 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", высказать следующее особое мнение.

1. В Конституции Российской Федерации двенадцать раз встречается словосочетание "общее число депутатов Государственной Думы (членов Совета Федерации)" и пятнадцать раз употреблен термин "состав (состоит)". Суд, интерпретируя эти понятия, исходил из того, что для толкования существенно то, что выражено в Конституции, а не то, что в ней хотели выразить ее создатели. Полагаю, однако, что необходимо ясно сознавать те негативные последствия, которые проистекают из отрыва воли законодателя от словесной формы ее выражения. При таком отрыве многократно усиливается опасность произвольного обращения с толкуемой нормой на том основании, что эта норма не всегда выражает действительные намерения ее создателей. Вопреки выраженной в Постановлении позиции, проблема не сводится только к лексическим особенностям изложения конституционного текста, различно юридическое содержание понятий, которые этими терминами обозначаются. Это различие было несомненно для составителей проекта Конституции Российской Федерации, в частности, членов Рабочей группы Конституционного совещания, которая специально касалась данного вопроса и согласилась с тем, что понятие общего числа депутатов Государственной Думы не тождественно понятию состава Государственной Думы и в своем арифметическом выражении может отличаться от конституционно установленного числа депутатов Государственной Думы - 450 депутатов.

2. В части 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации определен максимальный численный состав Государственной Думы, достаточный для обеспечения представительства всего многонационального народа Российской Федерации. Тем самым устанавливается число депутатских мандатов. Оно не зависит от итогов выборов и числа реально избранных депутатов, которых, однако, не может быть более 450. Что же касается общего числа депутатов, оно может равняться конституционно установленной численности данной палаты федерального парламента либо быть менее предусмотренной Конституцией Российской Федерации цифры, и именно из числа реально избранных депутатов исходит Конституция Российской Федерации, определяя порядок принятия федеральных законов и постановлений Государственной Думой по вопросам, входящим в ее ведение.

Иными словами, в части 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации имеется в виду общее количество депутатских мандатов, то есть число подлежащих избранию депутатов Государственной Думы, а в толкуемых статьях Конституции - число избранных депутатов; если в первом случае говорится о должном, то во втором - о сущем.

3. Интерпретируя понятие "общее число депутатов Государственной Думы", следует учитывать конституционную модель разделения властей в Российской Федерации. В частности, согласно пункту "а" статьи 84 Основного Закона назначение выборов Государственной Думы возложено на Президента Российской Федерации, пределы усмотрения которого определяются. В случае образования вакантных депутатских мандатов вакансии, согласно Положению о выборах депутатов Государственной Думы в 1993 году, утвержденному Указом Президента Российской Федерации от 1 октября 1993 г. N 1557, и принятому 24 марта с.г. в третьем чтении Государственной Думой Федеральному закону "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации", восполняются самой Государственной Думой (в случае досрочного выбытия депутата, избранного в результате распределения депутатских мандатов между избирательными объединениями, избирательными блоками по федеральным спискам кандидатов), а в случае досрочного прекращения полномочий депутата, избранного в одномандатном избирательном округе, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации в течение месяца после появления вакансии назначает по данному округу дополнительные выборы депутата Государственной Думы.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10). Самостоятельность органов государственной власти, в том числе Государственной Думы, в осуществлении своих полномочий, сама возможность их осуществления не может ставиться в зависимость от выполнения или невыполнения иными органами государственной власти возложенных на них обязанностей.

4. Представляется, что понимание общего числа депутатов Государственной Думы как совпадающего с конституционным числом депутатских мандатов в этой палате не согласуется с принципом народовластия, в соответствии с которым многонациональный народ Российской Федерации, являющийся носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации, осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (статья 3 Конституции Российской Федерации).

В связи с этими положениями, имеющими основополагающее значение для всей системы организации власти в Российской Федерации, предполагается наличие такого механизма функционирования Государственной Думы и Совета Федерации, который бы адекватно и реально отражал интересы народа через волеизъявление законно избранных его представителей и исключал бы возможность произвольной интерпретации этой воли или ее искажения, в том числе в связи с процедурой принятия решений. Между тем включение в общее число голосов депутатов Государственной Думы вакантных депутатских мандатов, не замещенных путем свободных выборов, создает фикцию представительства народа и субъектов Федерации в парламенте.

Такое включение не отвечает требованиям и статьи 32 Конституции Российской Федерации, согласно которой граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей. Неизбрание кандидата в депутаты или досрочное прекращение полномочий депутатов приводят к тому, что часть избирателей не имеет реального представительства в Государственной Думе, и поэтому нет конституционных оснований включать в общее число голосов депутатов данной палаты, требуемое для вынесения ею решений, лиц, которые не избраны или утратили свои полномочия.

Избирателей в Федеральном Собрании представляют не мандаты, а депутаты, получившие свои полномочия от избирателей в результате требуемых Конституцией свободных выборов. Конституция Российской Федерации не может поощрять возможности манипулировать мнимой волей избирателей, не выраженной ни непосредственно, ни через свободно избранных представителей, она ориентирована на реальное и заинтересованное участие граждан в управлении делами государства. Демократические формы организации государственной власти не имеют социальной ценности, если они не наполнены реальным общественным содержанием. Декларируемая цель обеспечить народное представительство достигается не ужесточением порядка голосования и подведения его итогов, а свободными и демократическими выборами.

Из сказанного также вытекает необходимость наличия в каждый данный момент должного представительства народа в Государственной Думе. В интересах обеспечения условий для принятия Государственной Думой решений, выражающих действительную волю народа, сохранения ее представительного характера необходимо законодательное установление минимального числа депутатов, при котором она вправе осуществлять свои конституционные полномочия. При этом такой "критический порог" должен быть достаточно высок. Но установление такого порога - дело законодателя, а не Суда.

5. Отождествление общего числа депутатов органа народного представительства с его составом (числом депутатских мандатов) также не соответствует отечественной конституционно - правовой практике, в том числе развивающейся после 12 декабря 1993 года. В частности, согласно Конституции Российской Федерации (часть 3 статьи 5) федеративное устройство России основано на ее государственной целостности, единстве системы государственной власти. При этом органы государственной власти ее субъектов входят в единую систему государственной власти в Российской Федерации (часть 1 статьи 77 Конституции).

Единство государства предопределяет единство его правового, в том числе конституционного, пространства. Согласно части 2 статьи 5 и статье 73 Конституции Российской Федерации субъекты Российской Федерации имеют свои учредительные акты, которыми устанавливается их статус, и, в частности, вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации последние обладают всей полнотой государственной власти.

Действуя в пределах своих полномочий, вытекающих из федеральной Конституции, ряд субъектов Российской Федерации в своих конституциях и уставах закрепил правила, согласно которым представительные (законодательные) органы государственной власти этих субъектов вправе принимать решения по вопросам их ведения, исходя из числа избранных в эти органы депутатов. Иными словами, толкуя федеральную Конституцию, необходимо учитывать единство конституционной системы Российской Федерации и не допускать различного понимания единых для конституционной системы положений, понятий или терминов.

6. Оспариваемое истолкование понятий "общее число депутатов Государственной Думы" и "состав Государственной Думы" как тождественных может негативно сказаться на функционировании закрепленного в Основном Законе конституционного строя Российской Федерации, ибо при определенных условиях существенно затрудняет законодательную деятельность парламента. Акты, имеющие принципиальное значение для проводимых в стране реформ, особенно в случаях, когда для их принятия требуется квалифицированное большинство от общего числа депутатов Государственной Думы, могут оказаться заблокированными.

7. На основании изложенного считал бы правильным положение об общем числе депутатов Государственной Думы, содержащееся в статьях 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации, понимать как конституционно установленное число депутатских мандатов в Государственной Думе за вычетом числа мандатов, являющихся вакантными.

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»