narcorik.ru



САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



ГЛАВА 5. ФЕДЕРАЛЬНОЕ СОБРАНИЕ. Статья 107

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Конституция РФ
Раздел I
Глава 5. Федеральное Собрание
Статья 107

1. Принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется Президенту Российской Федерации для подписания и обнародования.
2. Президент Российской Федерации в течение четырнадцати дней подписывает федеральный закон и обнародует его.
3. Если Президент Российской Федерации в течение четырнадцати дней с момента поступления федерального закона отклонит его, то Государственная Дума и Совет Федерации в установленном Конституцией Российской Федерации порядке вновь рассматривают данный закон. Если при повторном рассмотрении федеральный закон будет одобрен в ранее принятой редакции большинством не менее двух третей голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, он подлежит подписанию Президентом Российской Федерации в течение семи дней и обнародованию.

Подпись автора

Лойер Клуб - свежие новости с юридических полей !

0

2

Статья 107

1. Согласно статье 107 Конституции принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется Президенту России, который в течение четырнадцати дней подписывает федеральный закон и обнародует его. Процедура официального опубликования федеральных законов была установлена посредством принятия Федерального закона от 14 июня 1994 г. 5-ФЗ "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания". В соответствии с частью 1 статьи 3 и частью 2 статьи 4 этого акта федеральные законы подлежат официальному опубликованию в течение семи дней после их подписания Президентом и направляются для официального опубликования Президентом. Официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в "Парламентской газете", "Российской газете" или "Собрании законодательства Российской Федерации". Федеральные законы могут быть опубликованы в иных печатных изданиях, а также доведены до всеобщего сведения (обнародованы) по телевидению и радио, разосланы государственным органам, должностным лицам, предприятиям, учреждениям, организациям, переданы по каналам связи, распространены в машиночитаемой форме. Также законы могут быть опубликованы в виде отдельного издания. Федеральные законы одновременно на всей территории РФ по истечении десяти дней после дня их официального опубликования, если самими законами или актами палат не установлен другой порядок вступления их в силу.

2. На этапе подписания и обнародования федерального закона Президент РФ может не согласиться с мнением Федерального Собрания и отклонить федеральный закон ("вето Президента"), сопровождая это мотивированным посланием, в котором излагаются причины отклонения и предлагаются пути разрешения возникших разногласий. Отклоненный Президентом закон вновь должен быть рассмотрен Государственной Думой. Если при повторном рассмотрении федерального закона Дума принимает поправки, внесенные Президентом, то при направлении закона в Совет Федерации верхняя палата придерживается обычного порядка его рассмотрения. Конституция предусматривает и вариант, при котором Государственная Дума не соглашается с мнением Президента РФ. Речь идет о преодолении вето Президента. В этом случае федеральный закон будет одобрен в ранее принятой редакции большинством не менее двух третей голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы (часть 2 статьи 107 Конституции РФ).

0

3

Статья 107

1. В практике применения комментируемой статьи возникли вопросы о том, что означает выражение "принятый федеральный закон" и кто направляет его Президенту РФ для подписания и обнародования. Были случаи, когда Совет Федерации первого созыва рассматривал принятый Государственной Думой федеральный закон после истечения предусмотренного частью 4 ст. 105 Конституции 14-дневного срока, а Президент получал федеральный закон для подписания и обнародования и от одной, и от другой палаты Федерального Собрания.

В Постановлении от 22 апреля 1996 г. N 10-П по делу о толковании отдельных положений ст. 107 Конституции РФ (СЗ РФ. 1996. N 18. Ст. 2253) Конституционный Суд п. 1 и 2 резолютивной части истолковал комментируемую часть статьи следующим образом: под "принятым федеральным законом", по смыслу комментируемой части, понимаются:

- закон, принятый Государственной Думой и одобренный Советом Федерации в соответствии с ч. 1-4 ст. 105 Конституции;

- закон, повторно принятый Государственной Думой после отклонения Советом Федерации в соответствии с ч. 5 ст. 105 Конституции;

- закон, одобренный обеими палатами Федерального Собрания после отклонения Президентом в соответствии с ч. 3 комментируемой статьи.

Совет Федерации обязан в течение пяти дней направить Президенту для подписания и обнародования федеральный закон независимо от того, одобрен он Советом Федерации путем голосования или без рассмотрения (молчаливо). Только в том случае, если федеральный закон, отклоненный Советом Федерации, повторно принят Государственной Думой в соответствии с ч. 5 ст. 105 Конституции, сама Государственная Дума в указанный срок и направляет этот федеральный закон Президенту. Следует отметить, что в Регламент Совета Федерации от 6 февраля 1996 г. (СЗ РФ. 1996. N 7. Ст. 655; с изм. и доп.) 10 июля 1998 г. было внесено положение, согласно которому принятый Государственной Думой федеральный закон, не подлежащий обязательному рассмотрению в Совете Федерации в соответствии со ст. 106 Конституции РФ и не рассмотренный палатой в установленный 14-дневный срок, на 15-й день со дня поступления федерального закона из Государственной Думы направляется Председателем Совета Федерации Президенту РФ для подписания и официального опубликования, о чем направляется уведомление в Государственную Думу. Таким образом, спорный ранее вопрос получил исчерпывающее нормативное регулирование. Однако оно несколько изменено в ст. 110 действующего Регламента от 30 января 2002 г. (СЗ РФ. 2002. N 7. Ст. 635; с изм. и доп.), которая новеллизована 29 мая 2002 г. и предусматривает, что принятый Государственной Думой и одобренный Советом Федерации без рассмотрения федеральный закон по истечении 14-дневного срока, исчисляемого со дня, следующего за днем регистрации этого федерального закона в Совете Федерации, направляется Председателем Совета Федерации Президенту РФ для подписания и официального опубликования, о чем уведомляется Государственная Дума. Новеллизация дала возможность Совету Федерации фактически продлить 14-дневный срок на один день.

На практике, к сожалению, и позднее имели место случаи, когда Совет Федерации рассматривал федеральные законы, не подпадающие под действие ст. 106 Конституции, после истечения установленного 14-дневного срока, нарушая тем самым и Конституцию, и свой Регламент, и отмеченное Постановление Конституционного Суда РФ. В известной мере это было обусловлено тем, что члены Совета Федерации совмещали свою функцию парламентариев с функциями руководителей законодательных и исполнительных органов государственной власти субъектов Федерации. Ныне, когда такое совмещение исключено, никаких объективных оснований для несоблюдения указанного 14-дневного срока уже нет.

2. В комментируемой части не вполне ясно, охватывает ли установленный для Президента РФ 14-дневный срок и подписание, и обнародование федерального закона. Термин "обнародование" в законодательстве часто употребляется как синоним термина "официальное опубликование", за исключением некоторых законодательных актов. Это недвусмысленно вытекает и из правовой позиции Конституционного Суда РФ, которая сформулирована в п. 6 мотивировочной части Постановления от 24 октября 1996 г. N 17-П по делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 2 ФЗ от 7 марта 1996 г. "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" (СЗ РФ. 1996. N 45. Ст. 5202) и согласно которой дата выпуска "Собрания законодательства Российской Федерации", содержащего текст федерального закона, не может считаться днем его обнародования, ибо это дата подписания в печать и адресаты закона в этот день еще не получают информации о содержании закона. Сравнительное толкование конституционного текста, особенно формулировки второго предложения ч. 3 комментируемой статьи, приводит к выводу, что 14-дневный срок относится только к подписанию федерального закона, но не к его обнародованию, которое может иметь место позднее, причем подчас по объективным причинам. Например, в соответствии с Конституцией Президент подписал федеральный закон на 14-й день по его получении из Федерального Собрания, а обнародовать в этот день оказывается физически невозможно - "Российская газета" и "Парламентская газета" уже вышли; более того, это может оказаться невозможно и на следующий день, если он праздничный или для обеих газет выходной. "Собрание законодательства Российской Федерации" выходит вообще еженедельно, и выход в свет соответствующего выпуска может иметь место даже через несколько дней после подписания содержащегося в нем федерального закона.

Учитывая, что текст федерального закона и сопутствующие материалы, которые бывают весьма обширны, подлежат тщательному изучению Президентом и его аппаратом, вряд ли было бы правильно сокращать срок для подписания федерального закона, с тем чтобы успеть его обнародовать.

К тому же и для комментируемой статьи остается открытым вопрос о том, какие дни имеются в виду - календарные или рабочие. Практика и здесь склонна понимать эти дни как календарные, хотя бывали случаи несоблюдения срока.

Если считать, что Президент связан 14-дневным сроком только для подписания федерального закона, то возникает вопрос о том, в течение какого времени после подписания федеральный закон должен быть обнародован. Поскольку в Конституции подписание и обнародование федерального закона упоминаются в тесной связи, напрашивается вывод, что интервал между этими действиями не должен быть сколько-нибудь значительным. Очевидно, что распоряжение об обнародовании Федерального закона Президент обязан отдать немедленно по его подписании, а само обнародование должно иметь место в ближайшее время.

Наряду с термином "обнародование" Конституция употребляет и термин "опубликование" и более узкий термин "официальное опубликование" (см. комм. к ч. 3 ст. 15). ФЗ от 14 июня 1994 г. "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" (СЗ РФ. 1994. N 8. Ст. 801; с изм. и доп.) говорит в ст. 5 об опубликовании актов Федерального Собрания и его палат в печатных изданиях или в виде отдельных изданий, о доведении до всеобщего сведения (обнародовании) по телевидению и радио, о рассылке государственным органам, должностным лицам, предприятиям, учреждениям, организациям, о передаче по каналам связи, о распространении в машиночитаемой форме. Как следует из этого текста, под обнародованием понимается только доведение федерального закона до всеобщего сведения по телевидению и радио, а под опубликованием - воспроизведение его текста в печати или на магнитных носителях. ФКЗ от 30 мая 2001 г. "О чрезвычайном положении" (СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2277; с изм. и доп.) также различает обнародование и опубликование. Например, в его ст. 6 сказано: "Указ Президента Российской Федерации о введении чрезвычайного положения подлежит незамедлительному обнародованию по каналам радио и телевидения, а также незамедлительному официальному опубликованию". А согласно ч. 1 ст. 7 этого ФКЗ, после обнародования указа о введении чрезвычайного положения члены Совета Федерации обязаны прибыть к месту его заседания в возможно короткие сроки без специального вызова. Следовательно, обнародование акта влечет в данном случае правовые последствия еще до его официального опубликования.

Вряд ли это можно считать адекватным толкованием конституционных терминов: весьма сомнительно, чтобы комментируемая часть обязывала Президента РФ доводить федеральный закон до всеобщего сведения только посредством радио и телевидения, не говоря о том, что с помощью этих СМИ уяснить точное содержание законодательного текста весьма трудно, а подчас и невозможно, если объем его значителен. Скорее всего, разработчики данных федеральных законодательных актов просто не позаботились о точном употреблении конституционных терминов, равно как и редакторы конституционного текста не унифицировали терминологию ч. 3 ст. 15 и ст. 107 и 108. Конституционный Суд РФ в изложенной выше правовой позиции истолковал оба термина в соответствии с логикой Конституции. К тому же в ч. 2 ст. 12 ФЗ от 4 марта 1998 г. "О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации" сказано, что Президент РФ в срок не позднее 14 дней со дня получения закона РФ о поправке к Конституции РФ подписывает его и осуществляет официальное опубликование. В ст. 110 Регламента Совета Федерации сказано, что федеральный закон направляется Президенту РФ для подписания и официального опубликования, хотя часть 2 ст. 132 Регламента Государственной Думы от 22 января 1998 г. (СЗ РФ. 1998. N 7. Ст. 801; с изм. и доп.) предусматривает направление федерального закона после преодоления возражений Совета Федерации Президенту РФ для подписания и обнародования, воспроизводя конституционную формулу. В упомянутых же выше законодательных актах вместо термина "обнародование" лучше было бы использовать термины "оглашение" или "оповещение".

Согласно ч. 1 ст. 3 упомянутого ФЗ 1994 г., официальное опубликование федеральных законов должно иметь место в течение 7 дней после дня их подписания Президентом. Таким официальным опубликованием, согласно ч. 1 ст. 4, считается первая публикация полного текста федерального закона в "Парламентской газете", "Российской газете" или "Собрании законодательства Российской Федерации". На практике законодательные тексты появляются в "Парламентской газете" и "Российской газете" раньше, чем в "Собрании законодательства", еженедельные выпуски которого выходят в свет значительно позже обозначенной на них даты. Публикация федеральных законов в любых прочих изданиях официальным опубликованием не является.

Федеральные конституционные законы и федеральные законы вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении 10 дней после дня их официального опубликования, если другой порядок вступления в силу не предусмотрен в них самих. Закон РФ о поправке к Конституции РФ вступает в силу со дня его официального опубликования, если самим законом не установлена иная дата вступления в силу.

3. Комментируемая часть устанавливает так называемое право вето (от лат. veto - запрещаю) Президента РФ в отношении поступивших к нему на подпись федеральных законов и возможность его преодоления Федеральным Собранием. Вето Президента является, таким образом, не абсолютным, а отлагательным (суспенсивным). Цель данного института заключается в том, чтобы дать Президенту возможность воспрепятствовать вступлению в силу федерального закона, в котором имеются неприемлемые, с точки зрения Президента, положения. В то же время Конституция дает возможность Федеральному Собранию добиться вступления в силу данного федерального закона при условии, что он поддерживается квалифицированным большинством состава обеих палат.

3.1. Первое предложение комментируемой части управомочивает Президента в течение 14-дневного срока отклонить впервые поступивший к нему на подпись федеральный закон и обязывает Государственную Думу и Совет Федерации в установленном Конституцией порядке вновь рассмотреть данный федеральный закон. Из текста Конституции следует, что Президент, даже если не согласен с каким-то отдельным положением федерального закона, отклоняет федеральный закон целиком.

В п. 3 резолютивной части указанного выше Постановления от 22 апреля 1996 г. Конституционный Суд РФ установил, что отклонение федерального закона Президентом, согласно комментируемой части, означает принятое в течение 14 дней по получении федерального закона решение об отказе в его подписании (вето) с указанием мотивов такого отказа. Мотивировка отклонения необходима потому, что при повторном рассмотрении федерального закона палаты Федерального Собрания должны представлять себе, какие законоположения вызвали возражения Президента и почему.

Важно подчеркнуть, что, как упомянуто в п. 5 мотивировочной части Постановления, решение Президента об отклонении федерального закона, заявленное по истечении 14-дневного срока, значения вето не имеет и юридических последствий не порождает.

Далее в п. 3 резолютивной части Постановления Конституционного Суда говорится, что не является отклонением федерального закона в смысле комментируемой части возвращение Президентом федерального закона в соответствующую палату Федерального Собрания, возможное только в случае нарушения палатой установленных Конституцией требований к порядку принятия федеральных законов и предусмотренных ею условий и процедур. По таким основаниям Президент как гарант Конституции в силу ч. 2 ее ст. 80 неоднократно возвращал в Федеральное Собрание федеральные законы без рассмотрения их по существу. В п. 5 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда указано, что Президент имеет право на такое возвращение только в случае, если нарушение конституционных требований в какой-либо палате ставит под сомнение результаты волеизъявления палат и само принятие федерального закона. Такой федеральный закон не считается принятым в смысле ч. 1 комментируемой статьи.

Конституционный Суд в п. 4 резолютивной части указанного Постановления истолковал также конституционное указание на то, что повторное рассмотрение палатами Федерального Собрания отклоненного Президентом федерального закона должно проводиться в установленном Конституцией порядке. Это означает, что на рассмотрение такого федерального закона распространяются положения ч. 1 и 3 ст. 105, положение ч. 4 ст. 105 о 14-дневном сроке для Совета Федерации в толковании, которое дано Постановлением Конституционного Суда от 23 марта 1995 г. N 1-П по делу о толковании ч. 4 ст. 105 и ст. 106 Конституции РФ (СЗ РФ. 1995. N 13. Ст. 1207), а также положения ч. 1 и 3 ст. 107 Конституции. Совет Федерации в данном случае не вправе ограничиваться молчаливым одобрением федерального закона.

В отношении предусмотренного комментируемой частью 14-дневного срока, так же как и в предыдущих случаях, не установлено, в каких днях этот срок исчисляется - в календарных или в рабочих.

Если Государственная Дума внесет в федеральный закон, вызвавший возражения Совета Федерации, какие-либо изменения, он считается принятым заново, и тогда в отношении прохождения его применяются без каких-либо оговорок положения ч. 3 ст. 104, ч. 2-5 ст. 105 и ст. 106 Конституции, а затем и комментируемая статья.

3.2. Второе предложение комментируемой части определяет условия, при которых вето Президента считается преодоленным, а сам он обязывается подписать федеральный закон в течение 7 дней и обнародовать его. Это имеет место в том случае, если ни одна из палат при повторном рассмотрении не внесла в федеральный закон никаких изменений и одобрила его установленным в Конституции квалифицированным большинством голосов - двумя третями общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы. Конституционный Суд в п. 2 резолютивной части своего Постановления от 12 апреля 1995 г. N 2-П по делу о толковании ч. 3 ст. 103, ч. 2 и 5 ст. 105, ч. 3 ст. 107, ч. 2 ст. 108, ч. 3 ст. 117 и ч. 2 ст. 135 Конституции Российской Федерации (СЗ РФ. 1995. N 16. Ст. 1451) разъяснил, что положение об общем числе членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы следует понимать как предусматривающее голосование и определение результатов раздельно по палатам, при том что, согласно п. 1 резолютивной части, общим числом членов каждой палаты считается конституционное число, т.е. удвоенное число субъектов РФ для принятия решения в Совете Федерации и 450 депутатов Государственной Думы. Для преодоления вето Президента в отношении федерального закона требуется, следовательно, не менее 300 голосов в Государственной Думе и не менее 115 голосов в Совете Федерации (с 1 июля 2007 г. - 113, с 1 января 2008 г. - 112).

Согласно положениям гл. 15 действующего Регламента Государственной Думы, федеральный закон, отклоненный Президентом РФ, передается Советом Государственной Думы в ответственный комитет, который в течение 10 дней рассматривает мотивы решения Президента об отклонении федерального закона, принятого Государственной Думой, после чего ответственный комитет вносит на рассмотрение Государственной Думы проект ее постановления, в котором может предложить Государственной Думе одно из следующих решений:

а) согласиться с решением Президента РФ об отклонении федерального закона и снять его с дальнейшего рассмотрения Государственной Думой;

б) принять федеральный закон в редакции Президента РФ;

в) создать по предложению либо с предварительного согласия Президента РФ специальную комиссию для выработки согласованного текста федерального закона с учетом предложений Президента;

г) одобрить федеральный закон в ранее принятой редакции.

О дате и времени повторного рассмотрения федерального закона, отклоненного Президентом РФ, не позднее чем за три дня до его рассмотрения на заседании Государственной Думы сообщается Президенту.

Повторное рассмотрение федерального закона, отклоненного Президентом, начинается с выступления полномочного представителя Президента РФ в Государственной Думе либо иного официального его представителя. Затем выступает представитель ответственного комитета, и по предложению ответственного комитета принимается одно из вышеуказанных решений. Если палата решает провести перед голосованием обсуждение, то в нем участвуют представители депутатских объединений. Заключительное слово предоставляется представителю ответственного комитета. Постановление Государственной Думы о согласии с решением Президента об отклонении федерального закона и о снятии его с дальнейшего рассмотрения принимается большинством голосов общего числа депутатов Государственной Думы.

Если Государственная Дума по предложению ответственного комитета не согласилась с решением Президента об отклонении федерального закона и не сняла его с дальнейшего рассмотрения, то председательствующий на заседании Государственной Думы ставит на голосование вопрос об одобрении федерального закона в ранее принятой Государственной Думой редакции.

Решение о принятии федерального закона в редакции Президента принимается большинством голосов общего числа депутатов Государственной Думы. Этот федеральный закон в течение пяти дней направляется в Совет Федерации. В случае если Государственная Дума не согласилась с предложением ответственного комитета принять федеральный закон в редакции Президента, председательствующий на заседании Государственной Думы ставит на голосование вопрос об одобрении федерального закона в ранее принятой Государственной Думой редакции.

Если Президент РФ отклонил федеральный закон и не предложил Государственной Думе создать специальную комиссию, то ответственный комитет может запросить у Президента предварительное согласие на создание специальной комиссии. Если же Президент предложил Государственной Думе создать специальную комиссию либо дал предварительное согласие на ее создание, ответственный комитет вносит на рассмотрение палаты проект постановления Государственной Думы о создании специальной комиссии с указанием срока работы в составе комиссии избранных в нее депутатов. В противном случае ответственный комитет предлагает Государственной Думе либо снять федеральный закон с рассмотрения, либо одобрить его в ранее принятой редакции. То же имеет место, если Государственная Дума не согласилась с предложением ответственного комитета создать специальную комиссию.

Если создается специальная комиссия, Государственная Дума избирает в ее состав депутатов и сопредседателя от Государственной Думы, образующих депутацию Государственной Думы в специальной комиссии. Это постановление направляется Президенту РФ и в Совет Федерации. Сопредседатель специальной комиссии и другие ее члены - депутаты Государственной Думы обязаны присутствовать на заседаниях комиссии. Депутаты, не входящие в состав специальной комиссии, вправе присутствовать на ее заседаниях и участвовать в обсуждении федерального закона с правом совещательного голоса.

При принятии решения специальная комиссия действует по принципу "одна сторона - один голос", при этом члены специальной комиссии от Государственной Думы принимают решение большинством голосов их общего числа. Решение специальной комиссии считается принятым, если по каждому предложению Президента стороны пришли к единому мнению. До подписания заключительных протокола и сопоставительной таблицы федеральный закон в редакции специальной комиссии направляется сопредседателем специальной комиссии от Государственной Думы в Правовое управление Аппарата Государственной Думы для проведения правовой и лингвистической экспертиз. По окончании работы специальной комиссии ее сопредседатель от Государственной Думы вносит на повторное рассмотрение Государственной Думы федеральный закон в редакции специальной комиссии, завизированный сопредседателями специальной комиссии, заключение по нему Правового управления Аппарата Государственной Думы, решение специальной комиссии и сопоставительную таблицу, содержащую текст федерального закона, к которому имеется поправка специальной комиссии, текст поправки, новую редакцию текста федерального закона с учетом поправки специальной комиссии, краткую мотивировку решения специальной комиссии.

Если сторонами не преодолены разногласия хотя бы по одному предложению Президента, специальная комиссия принимает решение о прекращении дальнейшей работы, которое подписывается ее сопредседателями и направляется в ответственный комитет. Он информирует Государственную Думу об итогах работы специальной комиссии и вносит на рассмотрение палаты проект постановления, в котором предлагает Государственной Думе снять федеральный закон с рассмотрения либо одобрить его в ранее принятой редакции. То же имеет место в случае, если установленный срок деятельности специальной комиссии истек, выработка согласованного текста федерального закона не завершена, ее депутация в специальной комиссии не внесла в Государственную Думу проект постановления о продлении срока работы депутации или соответствующее постановление не было принято Государственной Думой.

При рассмотрении федерального закона в редакции специальной комиссии с докладом выступает сопредседатель специальной комиссии от Государственной Думы. Затем может выступить полномочный представитель Президента в Государственной Думе либо иной официальный представитель Президента. По мотивам голосования могут выступить представители депутатских объединений. Федеральный закон в редакции специальной комиссии считается принятым, если за него проголосовало большинство общего числа депутатов Государственной Думы. Принятие федерального закона в редакции специальной комиссии оформляется постановлением Государственной Думы. В случае отклонения федерального закона в редакции специальной комиссии председательствующим на заседании Государственной Думы на голосование палаты ставится вопрос об одобрении федерального закона в ранее принятой Государственной Думой редакции.

Решение об одобрении федерального закона в ранее принятой Государственной Думой редакции принимается большинством не менее чем в две трети голосов общего числа депутатов и оформляется постановлением палаты. Одобренный в ранее принятой Государственной Думой редакции федеральный закон в течение пяти дней направляется Председателем Государственной Думы в Совет Федерации. Если предложение об одобрении федерального закона в ранее принятой Государственной Думой редакции не набрало необходимого числа голосов, то федеральный закон считается отклоненным и дальнейшему рассмотрению не подлежит. Результат голосования оформляется постановлением Государственной Думы.

Регламент Совета Федерации в гл. 14 требует, чтобы вместе с текстом федерального закона, отклоненного Президентом Российской Федерации и одобренного Государственной Думой в ранее принятой редакции, в Совет Федерации направлялись письмо Президента РФ, постановление Государственной Думы о повторном рассмотрении федерального закона, стенограмма заседания Государственной Думы, на котором повторно рассматривался отклоненный Президентом федеральный закон, заключение комитета (комитетов) Государственной Думы на письмо Президента. Федеральный закон, отклоненный Президентом и одобренный Государственной Думой в ранее принятой редакции, вместе с сопровождающими его документами и материалами направляется Председателем Совета Федерации или по его поручению заместителем Председателя в комитет (комиссию) Совета Федерации, который ранее давал по нему заключение, а также членам палаты.

До одобрения Государственной Думой в ранее принятой редакции отклоненного Президентом РФ федерального закона Совет Федерации может принять предложение Государственной Думы о направлении его представителей для работы в специальной комиссии.

Комитет (комиссия) Совета Федерации, который ранее давал заключение по федеральному закону, отклоненному затем Президентом РФ, рассматривает высказанные в письме Президента замечания, а также текст федерального закона, одобренного Государственной Думой в ранее принятой редакции, и принимает по нему повторное заключение. Если ранее заключение по федеральному закону готовили несколько комитетов (комиссий) Совета Федерации, то повторное заключение готовится теми же комитетами (комиссиями).

При повторном рассмотрении федерального закона, отклоненного Президентом РФ и одобренного Государственной Думой в ранее принятой редакции, Совет Федерации вправе проголосовать вопрос без обсуждения или обсудить федеральный закон. В случае недостаточной подготовленности вопроса Совет Федерации вправе принять решение о переносе его рассмотрения на следующее заседание палаты. Такое решение принимается большинством голосов числа членов Совета Федерации, принявших участие в голосовании, но не менее чем четвертью голосов общего числа членов палаты. Если указанное решение не принято, председательствующий обязан поставить на голосование вопрос об одобрении федерального закона. В случае принятия решения о переносе вопроса на следующее заседание Совета Федерации рассмотрение должно быть завершено на очередном заседании Совета Федерации принятием решения об одобрении или отклонении этого федерального закона. Если при повторном рассмотрении Государственной Думой федерального закона, отклоненного Президентом РФ, он принят в новой редакции, то этот федеральный закон рассматривается Советом Федерации как вновь принятый.

При повторном рассмотрении Советом Федерации федерального закона, отклоненного Президентом РФ и одобренного Государственной Думой в ранее принятой редакции, он считается одобренным Советом Федерации в ранее принятой редакции, если решение об этом было принято большинством не менее чем в две трети голосов общего числа членов Совета Федерации. Если же за одобрение федерального закона проголосовало менее двух третей общего числа членов Совета Федерации, федеральный закон считается отклоненным палатой. Решение Совета Федерации об отклонении или одобрении в ранее принятой редакции федерального закона оформляется постановлением Совета Федерации.

Федеральный закон, одобренный Советом Федерации и Государственной Думой в ранее принятой редакции, и постановление Совета Федерации о его одобрении в пятидневный срок со дня принятия постановления направляются Председателем Совета Федерации Президенту для подписания и официального опубликования. Постановление Совета Федерации об отклонении указанного федерального закона вместе с федеральным законом в пятидневный срок со дня принятия постановления направляется Председателем Совета Федерации в Государственную Думу.

В практике палат Федерального Собрания бывали случаи неоднократного голосования по повторно рассматриваемому федеральному закону, если сразу требуемое квалифицированное большинство получить не удавалось. Конституционность такой практики вызывает сомнения, ибо по существу она означает выкручивание рук парламентариям.

3.3. В мае и июне 1997 г. Президент РФ Б.Н. Ельцин отказался подписать повторно принятый Федеральным Собранием ФЗ "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации", ссылаясь на то, что при повторном его рассмотрении была нарушена конституционная процедура. В числе прочего это относилось к предусмотренному Регламентом Совета Федерации голосованию опросным путем посредством подписных листов.

Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 6 апреля 1998 г. N 11-П по делу о разрешении спора между Советом Федерации и Президентом РФ, между Государственной Думой и Президентом РФ об обязанности Президента РФ подписать принятый ФЗ "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации" (СЗ РФ. 1998. N 16. Ст. 1879) подтвердил обязанность Президента подписать и обнародовать принятый Федеральный закон, указав, что это не препятствует обращению в Конституционный Суд с запросом о проверке конституционности этого Федерального закона, в частности и по порядку принятия. В п. 3 мотивировочной части Постановления Конституционный Суд отметил, что Президент не вправе оценивать конституционность Регламента Совета Федерации, поскольку такая оценка - прерогатива Конституционного Суда, в который Президент может обратиться с соответствующим запросом.

После избрания в 2000 г. Президентом РФ В.В. Путина, а особенно после выборов в Государственную Думу 2003 г., давших квалифицированное большинство в палате избирательному объединению "Единая Россия", и изменения порядка формирования Совета Федерации (см. комм. к ч. 2 ст. 96) конфликтных ситуаций между Президентом РФ и палатами Федерального Собрания не возникало. Это относится и к законодательной деятельности.

0

4

Статья 107

1. Участие Главы государства - неотъемлемая составная часть законодательного процесса. Президент РФ в системе разделения властей выступает как орган, контролирующий ветви власти и обеспечивающий их равновесное функционирование. Отчасти именно поэтому любой принятый федеральный закон должен быть им рассмотрен и одобрен - таким образом работает система сдержек и противовесов в отношении законодательной ветви власти.

В комментируемой части сказано, что принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется для подписания и обнародования Президенту Российской Федерации.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 22 апреля 1996 г. N 10-П по делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции РФ под "принятыми федеральными законами" понимаются законы:

принятые Государственной Думой и одобренные Советом Федерации в соответствии с ч. 1-4 ст. 105 Конституции РФ;

повторно принятые Государственной Думой в соответствии с ч. 5 ст. 105 Конституции РФ;

одобренные Государственной Думой и Советом Федерации в соответствии с ч. 3 ст. 107 Конституции РФ*(595).

Федеральный закон для подписания и обнародования Президентом РФ в определенных ситуациях могут направлять Совет Федерации и Государственная Дума.

Совет Федерации направляет федеральный закон Президенту РФ независимо от того, одобрен этот закон данной палатой путем голосования или он прошел без рассмотрения вследствие истечения срока в четырнадцать дней (см. комментарий к ч. 4 ст. 105 Конституции РФ).

Государственная Дума может направить Президенту РФ федеральный закон в случае ее несогласия с решением Совета Федерации об отклонении закона. В этом случае для направления закона напрямую Президенту РФ для подписания и обнародования, минуя Совет Федерации, должны быть выполнены следующие условия (см. комментарий к ч. 5 ст. 105 Конституции РФ):

а) повторное голосование с результатом квалифицированного большинства (не менее 2/3 от общего числа депутатов Государственной Думы);

б) закон должен оставаться в своей первой редакции.

2. В течение 14 дней с момента поступления федерального закона Президент РФ должен принять решение и выбрать один из двух возможных вариантов своих действий в его отношении. В течение этого срока Глава государства может подписать федеральный закон и обнародовать его, после чего он в установленном порядке вступает в силу, или может применить свое конституционное право "вето" и отклонить федеральный закон, не подписав его.

Под обнародованием закона по смыслу ст. 5 Федерального закона от 14 июня 1994 г. N 5-ФЗ "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" понимается доведение его до всеобщего сведения по телевидению и радио, рассылка государственным органам, должностным лицам, предприятиям, учреждениям, организациям, передача их по каналам связи, распространение в машиночитаемой форме*(596).

В части 3 ст. 15 Конституции РФ установлено, что законы подлежат официальному опубликованию и что неопубликованные законы не имеют юридической силы. При этом официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в "Парламентской газете", "Российской газете" или "Собрании законодательства Российской Федерации"*(597). Кроме того, в Федеральном законе "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" сказано, что федеральные законы направляются для официального опубликования Президентом Российской Федерации.

Комментируемая часть допускает различное толкование термина "обнародование": как доведение его до всеобщего сведения, т.е. оповещение, или как официальное опубликование. Если понимать толкование как доведение до всеобщего сведения, то из этого следует, что в Конституции РФ не до конца описан законодательный процесс, а именно отсутствует его последняя стадия - официальное опубликование (ч. 3 ст. 15 Конституции РФ).

Указанные возможности опубликования с помощью таких средств массовой информации, как телевидение и радио, не могут рассматриваться как полноценное донесение до общественности смысла и содержания закона по вполне очевидным причинам: невозможно представить весь объем закона всей аудитории страны по причине ограниченности времени эфира, способностей человека к восприятию информации на слух и т.п.

Если же брать за основу второй вариант понимания этого термина, то представляется не совсем ясным, зачем в Конституции РФ и многих других законах для обозначения одного и того же используются разные термины. Причем термин "обнародование" встречается множество раз. Скорее всего, разработчики Конституции РФ и федеральных законов не позаботились о точном употреблении указанных терминов.

Однако такая ситуация теоретически допускает возможности злоупотребления, когда принятый закон де-юре оказывается обнародованным (например, опубликованным в неизвестной газете или упомянутым в радиоэфире), но де-факто это событие остается неизвестным широкой общественности.

Поэтому, на наш взгляд, в данном случае под термином "обнародование" надо понимать именно официальное опубликование, что и находит подтверждение в Федеральном законе от 4 марта 1998 г. N 33-ФЗ "О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции российской Федерации", в котором сказано, что Президент РФ в срок не позднее 14 дней со дня получения закона Российской Федерации о поправке к Конституции подписывает его и осуществляет официальное опубликование*(598).

В свете вышесказанного представляется необходимым привести Конституцию РФ к единой терминологии, заменив термин "обнародование" термином "официальное опубликование", и обеспечить однозначное понимание последнего путем конкретизации его в Конституции РФ.

3. В комментируемой части рассматривается случай, когда Президент РФ отклоняет предложенный палатами парламента федеральный закон. Отклонение федерального закона Президентом РФ означает принятое в течение 14 дней с момента получения закона решение Президента РФ об отказе в его подписании (вето) с указанием мотивов такого отказа (Постановление Конституционного Суда РФ от 22 апреля 1996 г. N 10-П по делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции РФ).

Вето Главы государства в идеале призвано препятствовать вступлению в силу некачественных, несвоевременных (по мнению Президента РФ), поспешно принятых законов.

Конституция РФ 1993 г. не указывает перечня оснований для отклонения законов. Однако Президент РФ, возвращая закон, должен обосновывать в своем письме причины такого решения, называть мотивы отклонения закона*(599). Аналогичное мнение высказал и Конституционный Суд РФ в Постановлении от 22 апреля 1996 г., указав, что, "поскольку... Конституцией РФ предусмотрено повторное рассмотрение Госдумой и Советом Федерации отклоненного федерального закона, мотивы принятого Президентом РФ решения должны быть сообщены обеим палатам Федерального Собрания".

По данным Аналитического управления Аппарата Государственной Думы, основаниями отклонения законов Президентом РФ в 1996-1997 гг. было следующее: несогласие с принятым законом или одним из его положений, несоответствие закона Конституции РФ, нарушение правил юридической техники, несоответствие закона Гражданскому кодексу РФ, противоречие закона Федеральному закону "О федеральном бюджете", отсутствие заключения Правительства, несоответствие закона нормам международного права или международным обязательствам РФ, иные замечания правового характера. При этом за указанными формулировками во многих случаях скрываются политические мотивы, в том числе нецелесообразность принятия того или иного закона.

Так, за время работы Федерального Собрания первого созыва Президент РФ отклонял каждый четвертый принятый закон*(600). Как было заявлено Президентом РФ в ежегодных посланиях Федеральному Собранию, в 1997 г. на подпись Главе государства было передано 277 принятых законов, из них 86 было отклонено, 11 законов возвращены без рассмотрения из-за нарушения конституционной процедуры их принятия, причем четыре закона возвращались дважды*(601); в 1998 г. Президент РФ подписал 193 закона, отклонил 67, а девять вернул без рассмотрения*(602).

Думается, что такая практика недопустима, так как при этом Президент РФ игнорирует мнение избранного гражданами России Федерального Собрания и противопоставляет себя парламенту. При отклонении законопроектов Президент РФ обязан руководствоваться лишь правовыми соображениями. В этой связи заслуживает внимания предложение о принятии специального закона, регулирующего порядок и основания реализации Президентом РФ права вето*(603).

Президентское "вето", согласно комментируемой части, отлагательное (относительное) и может быть преодолено палатами Федерального Собрания РФ квалифицированным большинством голосов. Для этого требуется повторное прохождение закона в парламенте, и палаты Федерального Собрания РФ в установленном порядке вновь рассматривают данный закон. При одобрении не менее чем двумя третями голосов депутатов государственной Думы федерального закона, отклоненного Президентом Российской Федерации, в ранее принятой редакции он передается в Совет Федерации. Если последний не менее чем двумя третями голосов также одобряет закон, то он считается принятым и подлежит подписанию Президентом Российской Федерации и обнародованию*(604).

Порядок одобрения закона в ранее принятой редакции имеет ряд отличий от порядка рассмотрения законов, предусмотренного ст. 105 Конституции РФ. Закон не может считаться одобренным Советом Федерации, если не был им рассмотрен, т.е. если "вето" Президента РФ не было преодолено путем голосования. Таким образом, если Совет Федерации с целью преодоления "вето" начал повторное рассмотрение закона в пределах 14-дневного срока, он обязан путем голосования принять решение об одобрении либо отклонении закона. Для одобрения закона необходимо квалифицированное большинство голосов в обеих палатах Федерального Собрания. Исключается возможность преодоления неодобрения закона Советом Федерации путем повторного голосования в Государственной Думе, а также создание согласительной комиссии, поскольку закон должен быть одобрен в единой редакции, ранее принятой обеими палатами. Установлена обязанность Президента РФ подписать одобренный обеими палатами закон, и определен иной срок его подписания - в течение семи дней.

Таким образом, на процедуру повторного рассмотрения федерального закона палатами Федерального Собрания с целью преодоления "вето" Президента РФ не распространяются положения ч. 2, 4 и 5 ст. 105, ч. 2 ст. 107 Конституции РФ, поскольку в ч. 3 ст. 107 Конституции РФ для этого установлены иные, специальные правила.

0

5

Статья 107

О толковании отдельных положений статьи 107 Конституции см. постановление
Конституционного Суда РФ от 22 апреля 1996 г. N 10-П

     1. Принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется Президенту
Российской Федерации для подписания и обнародования.
     2. Президент Российской Федерации в течение четырнадцати дней подписывает
федеральный закон и обнародует его.

О толковании части третьей статьи 107 Конституции см. постановление Конституционного
Суда РФ от 12 апреля 1995 г. N 2-П

     3. Если Президент Российской Федерации в течение четырнадцати дней с
момента поступления федерального закона отклонит его, то Государственная Дума
и Совет Федерации в установленном Конституцией Российской Федерации порядке
вновь рассматривают данный закон. Если при повторном рассмотрении федеральный
закон будет одобрен в ранее принятой редакции большинством не менее двух третей
голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной
Думы, он подлежит подписанию Президентом Российской Федерации в течение семи
дней и обнародованию.

     Комментарий к статье 107

     1. В практике применения комментируемой статьи возникли вопросы о том,
что означает выражение "принятый федеральный закон" и кто направляет его Президенту
Российской Федерации для подписания и обнародования. Были случаи, когда Совет
Федерации первого созыва рассматривал принятый Государственной Думой федеральный
закон после истечения предусмотренного ч. 4 ст. 105 Конституции 14-дневного
срока, а Президент получал федеральный закон для подписания и обнародования
и от одной, и от другой палаты Федерального Собрания.
     В постановлении по делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции
Российской Федерации от 22 апреля 1996 г. (ВКС, 1996, N 3) Конституционный
Суд Российской Федерации в п. 1 и 2 истолковал комментируемую часть следующим
образом: под "принятым федеральным законом", по смыслу комментируемой части,
понимаются:
     - закон, принятый Государственной Думой и одобренный Советом Федерации
в соответствии с ч. 1-4 ст. 105 Конституции;
     - закон, повторно принятый Государственной Думой после отклонения Советом
Федерации в соответствии с ч. 5 ст. 105 Конституции;
     - закон, одобренный обеими палатами Федерального Собрания после отклонения
Президентом в соответствии с ч. 3 комментируемой статьи.
     Совет Федерации обязан в течение пяти дней направить Президенту для подписания
и обнародования федеральный закон независимо от того, одобрен он Советом путем
голосования или без рассмотрения (молчаливо). Только в том случае, если федеральный
закон, отклоненный Советом Федерации, повторно принят Государственной Думой
в соответствии с ч. 5 ст. 105 Конституции, сама Дума в указанный срок и направляет
этот федеральный закон Президенту. Следует отметить, что новый Регламент Совета
Федерации, утвержденный его постановлением от 6 февраля 1996 г. N 42-СФ "О
Регламенте Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации" (СЗ
РФ, 1996, N 7, ст. 655), установил в ч. 3 ст. 116, что принятый Государственной
Думой федеральный закон, не подлежащий обязательному рассмотрению в Совете
согласно ст. 106 Конституции и не рассмотренный палатой в установленный ч.
4 ст. 105 Конституции 14-дневный срок, на 15-й день со дня поступления его
из Государственной Думы направляется Председателем Совета Президенту для подписания
и обнародования, о чем направляется уведомление в Думу. Таким образом, спорный
ранее вопрос получил исчерпывающее нормативное регулирование.
     На практике, к сожалению, опять имеют место случаи, когда Совет Федерации
рассматривает федеральные законы, не подпадающие под действие ст. 106 Конституции,
после истечения установленного 14-дневного срока, нарушая тем самым и Конституцию,
и свой Регламент, и отмеченное постановление Конституционного Суда Российской
Федерации.

     2. В комментируемой части не вполне ясно, охватывает ли установленный
для Президента Российской Федерации 14-дневный срок и подписание, и обнародование
федерального закона. Сравнительное толкование конституционного текста, особенно
формулировки второго предложения ч. 3 комментируемой статьи, приводит к выводу,
что срок относится только к подписанию, но не к обнародованию, которое может
иметь место позднее, причем подчас по объективным причинам (например, в соответствии
с Конституцией Президент подписал федеральный закон на 14-й день по его получении
из Федерального Собрания, а обнародовать в этот день уже физически невозможно
- "Российская газета" уже вышла; более того, это может оказаться невозможно
и на следующий день, если он праздничный или для "Российской газеты" выходной).
     Учитывая, что текст федерального закона и сопутствующие материалы, которые
бывают весьма обширны, подлежат тщательному изучению Президентом и его аппаратом,
вряд ли было бы правильно сокращать срок для подписания федерального закона,
с тем чтобы успеть его обнародовать.
     К тому же и для данной статьи остается открытым вопрос о том, какие дни
имеются в виду - календарные или рабочие. Практика и здесь склонна понимать
эти дни как календарные, хотя бывали случаи несоблюдения срока.
     Если считать, что Президент связан 14-дневным сроком только для подписания
федерального закона, то возникает вопрос о том, в течение какого времени после
подписания федеральный закон должен быть обнародован. Поскольку в Конституции
подписание и обнародование федерального закона упоминаются в тесной связи,
из этого напрашивается вывод, что интервал между этими действиями не должен
быть сколько-нибудь значительным. Очевидно, что распоряжение об обнародовании
Федерального закона Президент обязан отдать немедленно по его подписании,
а само обнародование должно иметь место в ближайшее время.
     Наряду с термином "обнародование" Конституция употребляет и термин "опубликование"
и более узкий термин "официальное опубликование" (см. комментарий к ч. 3 ст.
15). Федеральный закон от 14 июня 1994 г. "О порядке опубликования и вступления
в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат
Федерального Собрания" (СЗ РФ, 1994, N 8, ст. 801) говорит в ст. 5 об опубликовании
актов Федерального Собрания и его палат в печатных изданиях или в виде отдельных
изданий, о доведении до всеобщего сведения (обнародовании) по телевидению
и радио, о рассылке государственным органам, должностным лицам, предприятиям,
учреждениям, организациям, о передаче по каналам связи, о распространении
в машиночитаемой форме. Как следует из этого текста, под обнародованием понимается
только доведение федерального закона до всеобщего сведения по телевидению
и радио, а под опубликованием воспроизведение его текста в печати.
     Вряд ли это можно считать адекватным толкованием конституционных терминов:
весьма сомнительно, чтобы комментируемая часть обязывала Президента доводить
федеральный закон до всеобщего сведения только посредством радио и телевидения,
не говоря о том, что с помощью этих средств массовой информации уяснить точное
содержание законодательного текста весьма трудно, а подчас и невозможно. Скорее
всего, разработчики данного федерального закона просто не позаботились о точном
употреблении конституционных терминов, равно как и редакторы конституционного
текста не унифицировали терминологию ч. 3 ст. 15 и ст. 107 и 108.
     По смыслу в комментируемой статье и в ч. 2 ст. 108 Конституции термином
"обнародование" обозначается официальное опубликование. Согласно ч. 1 ст.
3 упомянутого Федерального закона, официальное опубликование федеральных законов
должно иметь место в течение семи дней после дня их подписания Президентом.
Таким официальным опубликованием, согласно ч. 1 ст. 4, считается первая публикация
полного текста федерального закона в "Российской газете" или "Собрании законодательства
Российской Федерации".
     На практике законодательные тексты появляются в "Российской газете" раньше,
чем в "Собрании законодательства", еженедельные выпуски которого выходят в
свет значительно позже обозначенной на них даты.
     Любые прочие издания официальными не являются.
     Федеральные законы вступают в силу одновременно на всей территории Российской
Федерации по истечении десяти дней после дня их официального опубликования,
если другой порядок вступления в силу не предусмотрен в них самих.

     3. Комментируемая часть устанавливает так называемое право вето (от лат.
veto - запрещаю) Президента Российской Федерации в отношении поступивших к
нему на подпись федеральных законов и возможность его преодоления Федеральным
Собранием. Вето Президента является, таким образом, не абсолютным, а отлагательным
(суспенсивным). Цель данного института заключается в том, чтобы дать Президенту
возможность воспрепятствовать вступлению в силу федерального закона, в котором
имеются неприемлемые, с точки зрения Президента, положения. В то же время
Конституция дает возможность Федеральному Собранию добиться вступления в силу
данного федерального закона при условии, что он поддерживается квалифицированным
большинством состава обеих палат.
     Первое предложение комментируемой части управомочивает Президента в течение
14-дневного срока отклонять впервые поступивший к нему на подпись федеральный
закон и обязывает Государственную Думу и Совет Федерации в установленном Конституцией
порядке вновь рассмотреть данный федеральный закон. Из текста Конституции
следует, что Президент, даже если не согласен с каким-то отдельным положением
федерального закона, отклоняет федеральный закон целиком.

     Примечание

     В п. 3 указанного выше постановления Конституционный Суд Российской Федерации
установил, что отклонение федерального закона Президентом согласно комментируемой
части означает принятое в течение четырнадцати дней по получении федерального
закона решение об отказе в его подписании (вето) с указанием мотивов такого
отказа. Очевидно, что мотивировка отклонения необходима потому, что при повторном
рассмотрении федерального закона палаты Федерального Собрания должны представлять
себе, какие его положения вызвали возражения Президента и почему.
     Важно подчеркнуть, что, как упомянуто в мотивировочной части постановления,
решение Президента об отклонении федерального закона, заявленное по истечении
14-дневного срока, значения вето не имеет и юридических последствий не порождает.
     Далее в п. 3 постановления Конституционного Суда говорится, что не является
отклонением федерального закона в смысле комментируемой части возвращение
Президентом федерального закона в соответствующую палату Федерального Собрания,
возможное только в случае нарушения палатой установленных Конституцией требований
к порядку принятия федеральных законов и предусмотренных ею условий и процедур.
По таким основаниям Президент как гарант Конституции в силу ч. 2 ст. 80 неоднократно
возвращал в Федеральное Собрание федеральные законы без рассмотрения их по
существу. В мотивировочной части постановления Конституционного Суда указано,
что Президент имеет право на такое возвращение только в случае, если нарушение
конституционных требований в какой-либо палате ставит под сомнение результаты
волеизъявления палат и само принятие федерального закона. Такой федеральный
закон не считается принятым в смысле ч. 1 комментируемой статьи.
     Конституционный Суд в п. 4 указанного постановления истолковал также
конституционное указание на то, что повторное рассмотрение палатами Федерального
Собрания отклоненного Президентом федерального закона должно проводиться в
установленном Конституцией порядке. Это означает, что на рассмотрение такого
федерального закона распространяются положения ч. 1 и 3 ст. 105, положение
ч. 4 ст. 105 о 14-дневном сроке для Совета Федерации в толковании, которое
дано постановлением Конституционного Суда от 23 марта 1995 г. (ВКС, 1995,
N 2-3), а также положения ч. 1 и 3 ст. 107 Конституции. Совет Федерации в
данном случае не вправе ограничиваться молчаливым одобрением федерального
закона.
     В отношении предусмотренного комментируемой частью 14-дневного срока
так же, как и в предыдущих случаях, не установлено, в каких днях этот срок
исчисляется - в календарных или в рабочих.
     Если Государственная Дума внесет в федеральный закон какие-либо изменения,
он считается принятым заново, и тогда в отношении прохождения его применяются
без каких-либо оговорок положения ч. 3 ст. 104, ч. 2-5 ст. 105 и ст. 106 Конституции,
а затем и комментируемая статья.

     Второе предложение комментируемой части определяет условия, при которых
вето Президента считается преодоленным, а сам он обязывается подписать федеральный
закон в течение семи дней и обнародовать его. Это имеет место в том случае,
если ни одна из палат при повторном рассмотрении не внесла в федеральный закон
никаких изменений и одобрила его установленным в Конституции квалифицированным
большинством голосов - 2/3 от общего числа членов Совета Федерации и депутатов
Государственной Думы. Конституционный Суд в п. 2 своего Постановления от 12
апреля 1995 г. по делу о толковании ч. 3 ст. 103, ч. 2 и 5 ст. 105, ч. 3 ст.
107, ч. 2 ст. 108, ч. 3 ст. 117 и ч. 2 ст. 135 Конституции (ВКС, 1995, N 2-3)
разъяснил, что положение об общем числе членов Совета Федерации и депутатов
Государственной Думы следует понимать как предусматривающее голосование и
определение результатов раздельно по палатам, при том, что, согласно п. 1,
общим числом членов каждой палаты считается конституционное число, т.е. 178
членов Совета Федерации и 450 депутатов Государственной Думы. Для преодоления
вето Президента по федеральному закону требуются, следовательно, не менее
300 голосов в Думе и не менее 119 голосов в Совете Федерации.
     Согласно положениям гл. 15 Регламента Думы, утвержденного ее постановлением
от 25 марта 1994 г. N 80-I ГД (ВФС РФ, 1994, N 3, ст. 160), отклоненный Президентом
федеральный закон направляется советом Думы на заключение ответственного комитета
или специально созданной комиссии, которым на это дается десять дней (опять
же неизвестно, каких дней). Комитет или комиссия в своем заключении предлагают
Думе одно из трех решений:
     - одобрить федеральный закон в редакции, предложенной Президентом (следует
при этом иметь в виду, что Президент, отклоняя федеральный закон, вправе ограничиться
концептуальными замечаниями и не предлагать новой его редакции);
     - согласиться с предложением Президента о нецелесообразности принятия
данного федерального закона (разумеется, если Президент такое предложение
выскажет);
     - одобрить федеральный закон в ранее принятой редакции.
     По получении заключения совет Думы ставит федеральный закон на рассмотрение
палаты в первоочередном порядке, и не позднее чем за три дня до проведения
заседания Думы о его времени и месте сообщается Президенту и его полномочному
представителю. Повторное рассмотрение Думой федерального закона начинается
с выступления полномочного представителя Президента, затем излагается заключение
комитета или комиссии. Вопрос о нецелесообразности принятия федерального закона
может быть поставлен на голосование и считается решенным, если за него проголосовало
большинство от общего числа депутатов. В Совет в этом случае федеральный закон
не направляется, и производство по нему считается прекращенным. Если же палата
решила провести обсуждение федерального закона и замечаний Президента, то
слово предоставляется только представителям фракций и депутатских групп, а
заключательное слово - полномочному представителю Президента.
     По окончании обсуждения сначала ставится на голосование предложение одобрить
федеральный закон в предложенной Президентом редакции. Оно принимается, если
за него проголосовало большинство от общего числа депутатов. Если же это предложение
не принято, голосуется предложение одобрить федеральный закон в ранее принятой
редакции, т.е. предпринимается попытка преодолеть вето Президента. Если в
Думе попытка успешна, федеральный закон в тот же день направляется Председателем
Думы в Совет Федерации.
     Если не принято ни одно из упомянутых решений, палата проводит голосование
по отдельным разделам, главам, статьям отклоненного Президентом федерального
закона, их частям и пунктам в редакции, предложенной Президентом. Перед каждым
голосованием выступают полномочный представитель Президента и представитель
ответственного комитета или специальной комиссии. Решение принимается большинством
от общего числа депутатов. В случае одобрения предложений Президента повторное
рассмотрение федерального закона откладывается до следующего заседания палаты,
а комитет или комиссия с привлечением правового управления аппарата Думы готовят
текст федерального закона с включением одобренных Думой предложений Президента.
Этот текст голосуется Думой и считается одобренным, если поддержан большинством
от общего числа депутатов. В этом случае он в течение пяти дней передается
Председателем Думы на рассмотрение Совета Федерации.
     Важно отметить, что при повторном рассмотрении федерального закона, согласно
Регламенту, обсуждаются только предложения Президента и не допускаются какие-либо
иные поправки.
     Регламент Совета Федерации (гл. 12) требует, чтобы вместе с текстом отклоненного
Президентом и повторно рассмотренного Думой федерального закона Совету были
представлены также постановление Думы о повторном рассмотрении федерального
закона, стенограмма соответствующего заседания Думы, заключение комитета Думы
на письмо Президента. Если Дума при повторном рассмотрении приняла федеральный
закон в новой редакции, Совет рассматривает его как вновь принятый.
     Соответствующий комитет (комитеты) Совета дает по указанным материалам
повторное заключение, после чего Председатель Совета включает вопрос о повторном
рассмотрении федерального закона в повестку дня заседания. Сроки для комитета
и для включения в повестку дня заседания Совета Регламентом не предусмотрены.
     При повторном рассмотрении федерального закона, отклоненного Президентом
и одобренного Думой в ранее принятой редакции, Совет после обсуждения или
без обсуждения голосует вопрос об одобрении федерального закона в ранее принятой
редакции. Решение одобрить принимается конституционным квалифицированным большинством
не менее 2/3 от общего числа членов Совета. Если такое большинство не получено,
федеральный закон считается отклоненным палатой.
     В практике палат Федерального Собрания бывают случаи неоднократного голосования
по повторно рассматриваемому федеральному закону, если сразу требуемое квалифицированное
большинство получить не удается. Конституционность такой практики вызывает
сомнения, ибо, по существу, происходит выкручивание рук парламентариям.

0

6

Статья 107

     1. Принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется Президенту
Российской Федерации для подписания и обнародования.
     2. Президент Российской Федерации в течение четырнадцати дней подписывает
федеральный закон и обнародует его.
     3. Если Президент Российской Федерации в течение четырнадцати дней с
момента поступления федерального закона отклонит его, то Государственная Дума
и Совет Федерации в установленном Конституцией Российской Федерации порядке
вновь рассматривают данный закон. Если при повторном рассмотрении федеральный
закон будет одобрен в ранее принятой редакции большинством не менее двух третей
голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной
Думы, он подлежит подписанию Президентом Российской Федерации в течение семи
дней и обнародованию.

     Комментарий к статье 107

     В практике законодательной деятельности многих зарубежных государств
активно применяется промульгация закона, т. е. официальное провозглашение,
объявление в установленные Конституцией сроки принятого парламентом закона,
его опубликование в официальных источниках, после чего закон приобретает обязательную
силу. Обычно промульгация осуществляется главой государства.
     Правило подписания и обнародования принятого федерального закона Президентом
России, основанное на мировом опыте взаимоотношений парламента и главы государства
в процессе создания законов, является одной из форм участия Президента в законодательной
деятельности и завершающей стадией законодательного процесса.
     В случае одобрения Советом Федерации федерального закона, принятого Государственной
Думой, он в течение пяти дней направляется Советом Федерации Президенту для
подписания и обнародования. Если же принятый Думой федеральный закон не был
рассмотрен Советом Федерации, то по истечении 14 дней с момента его направления
в Совет Федерации Государственная Дума направляет закон Президенту для подписания
и обнародования.
     Четырнадцатидневный срок для подписания принятого федерального закона
необходим для того, чтобы Президент мог внимательно ознакомиться с его содержанием,
привлекая при необходимости ученых и специалистов, проанализировать необходимость
и своевременность его издания и принять решение о подписании, придав закону
тем самым обязательную силу, либо отклонить, с тем чтобы Государственная Дума
и Совет Федерации еще раз внимательно рассмотрели принятый закон и учли замечания
и предложения Президента.
     После подписания Президентом Российской Федерации закон должен быть обнародован
в установленном порядке. Официальным считается опубликование закона в "Собрании
законодательства Российской Федерации" и в "Российской газете". При публикации
закона в этих изданиях указывается его полное наименование, дата подписания,
дается полный текст закона, являющийся точной копией оригинала и подписанный
Президентом России. Федеральные законы могут быть также опубликованы в иных
печатных изданиях, обнародованы по телевидению, радио, переданы по каналам
связи, разосланы государственным органам и общественным объединениям (см.
комментарий к ст. 15).
     Так называемое отлагательное вето Президента представляет собой в мировой
законодательной практике право главы государства на возвращение переданного
ему на подпись закона для повторного рассмотрения в парламенте.
     Отклоняя федеральный закон, Президент Российской Федерации предлагает
свою редакцию закона в целом или его отдельных разделов, глав, статей и их
частей и пунктов либо сообщает в своем послании о нецелесообразности принятия
данного закона.
     Законы, возвращенные Президентом России для повторного рассмотрения,
направляются Советом Государственной Думы на заключение соответствующего комитета
или специально созданной комиссии палаты. По итогам рассмотрения комитет или
комиссия могут рекомендовать Государственной Думе; одобрить закон в ранее
принятой редакции; одобрить закон в редакции, предложенной Президентом; согласиться
с отдельными изменениями, предложенными Президентом; согласиться с предложением
Президента о нецелесообразности принятия данного закона. Вопрос о повторном
рассмотрении закона включается в повестку дня заседания Государственной Думы
в первоочередном порядке.
     Повторное обсуждение закона начинается с выступления представителя Президента
Российской Федерации, затем заслушивается заключение комитета или комиссии.
По окончании обсуждения на голосование первым ставится предложение принять
закон в редакции Президента. Решение считается принятым, если за него проголосовало
более половины от общего числа депутатов. Если такое предложение не прошло,
на голосование ставится вопрос о повторном принятии закона в редакции, ранее
принятой Государственной Думой. При этом решение считается принятым, если
за него проголосовало более 2/3 от общего числа депутатов. В случае, если
первые два решения не приняты, проводится голосование по отдельным разделам,
главам, статьям, их частям и пунктам в редакции, предложенной Президентом.
Решение по отдельному предложению считается принятым, если за него проголосовало
более 2/3 от общего числа депутатов.
     Если при повторном рассмотрении Государственной Думой федерального закона,
отклоненного Президентом, он принят в новой редакции, порядок его рассмотрения
в Совете Федерации такой же, как при первоначальном его рассмотрении этой
палатой. Если при повторном рассмотрении федеральный закон, отклоненный Президентом,
одобрен Государственной Думой в ранее принятой редакции, то комитет Совета
Федерации, который давал заключение по закону, рассматривает послания Президента
и высказанные им замечания, а также текст федерального закона, одобренного
Государственной Думой при повторном рассмотрении в ранее принятой редакции,
и принимает по нему заключение. Вопрос о повторном рассмотрении федерального
закона незамедлительно вносится в повестку дня Совета Федерации. 0 дате рассмотрения
данного закона сообщается Президенту Российской Федерации.
     При повторном рассмотрении федерального закона Совет Федерации вправе
не обсуждать его, а поставить на голосование вопрос об одобрении в ранее принятой
редакции закона, отклоненного Президентом и одобренного Государственной Думой,
либо открыть обсуждение по заключению комитета по этому закону. При повторном
рассмотрении Советом Федерации федерального закона он считается одобренным,
если решение об этом было принято большинством не менее чем 2/3 голосов от
общего числа депутатов палаты. Одобренный Советом Федерации федеральный закон
направляется Президенту России для подписания и обнародования. Семидневный
срок для подписания Президентом закона исчисляется с момента получения им
текста закона, направленного Советом Федерации.

0

7

Постановление Конституционного Суда РФ от 22.04.1996 N 10-П "По делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции Российской Федерации"

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 22 апреля 1996 г. N 10-П

ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ ОТДЕЛЬНЫХ ПОЛОЖЕНИЙ
СТАТЬИ 107 КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председателя В.А. Туманова, судей Э.М. Аметистова, М.В. Баглая, Н.Т. Ведерникова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Т.Г. Морщаковой, В.И. Олейника, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

с участием представителей Государственной Думы Федерального Собрания - О.О. Миронова, Л.А. Иванченко; представителей Президента Российской Федерации - М.А. Митюкова, Е.К. Глушко; представителей Совета Федерации Федерального Собрания - В.М. Платонова, Ю.А. Кравцова,

руководствуясь статьей 125 (часть 5) Конституции Российской Федерации, пунктом 4 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 2 части второй статьи 21, статьями 36 и 105 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",

рассмотрел в открытом пленарном заседании дело о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела явились запрос Государственной Думы о толковании ряда положений статьи 107 Конституции Российской Федерации, запрос Президента Российской Федерации о толковании части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации, а также запрос Совета Федерации о толковании части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации.

Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании положений статьи 107 Конституции Российской Федерации, связанных с понятием "принятый федеральный закон", с процедурой отклонения федерального закона Президентом Российской Федерации, а также с повторным рассмотрением федерального закона палатами Федерального Собрания в "установленном Конституцией Российской Федерации порядке".

В соответствии со статьей 48 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" дела по данным запросам, как касающиеся одного и того же предмета, соединены в одном производстве.

Заслушав сообщение судьи - докладчика Б.С. Эбзеева, объяснения представителей Государственной Думы, Президента Российской Федерации, Совета Федерации, изучив имеющиеся материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

1. Позиция Государственной Думы, обратившейся с просьбой дать толкование используемого в части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации понятия "принятый федеральный закон" и, соответственно, разъяснить, какая из палат Федерального Собрания направляет Президенту Российской Федерации принятый федеральный закон, заключается в следующем: именно Государственная Дума направляет Президенту Российской Федерации федеральные законы, принятые ею и не рассмотренные Советом Федерации в четырнадцатидневный срок (при условии, что закон не подлежит обязательному рассмотрению в Совете Федерации); Государственная Дума направляет Президенту Российской Федерации и федеральные законы, принятые ею повторно после отклонения Советом Федерации. Эта позиция отражена в статьях 116 и 122 Регламента Государственной Думы. Государственная Дума ставит также вопрос о том, могут ли случаи возвращения Президентом Российской Федерации принятых федеральных законов без рассмотрения расцениваться как их отклонение, которое требует в соответствии с частью 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации повторного рассмотрения закона Государственной Думой.

Президент Российской Федерации полагает, что понятие "принятый федеральный закон" включает как принятие федерального закона Государственной Думой, так и одобрение его Советом Федерации, а также повторное, после отклонения Советом Федерации, принятие закона Государственной Думой. Позиция Президента Российской Федерации изложена в его запросе в Конституционный Суд Российской Федерации и в письме на имя председателя Государственной Думы от 24 мая 1995 года, в котором, кроме того, утверждается, что принятые федеральные законы могут направляться Президенту Российской Федерации для подписания и обнародования только Советом Федерации, за исключением случая, предусмотренного частью 5 статьи 105 Конституции Российской Федерации, т.е. если при несогласии Государственной Думы с решением Совета Федерации при повторном голосовании за данный закон проголосовало не менее двух третей от общего числа депутатов Государственной Думы.

По мнению Совета Федерации, положение части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации о том, что отклоненный Президентом Российской Федерации федеральный закон подлежит рассмотрению палатами Федерального Собрания "в установленном Конституцией Российской Федерации порядке", означает, что этот порядок должен быть аналогичен порядку рассмотрения федеральных законов, подлежащих в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в Совете Федерации, а процедура повторного рассмотрения закона должна соответствовать процедуре, определенной Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации.

2. В соответствии со статьей 94, частью 1 статьи 95, статьями 104 - 108 Конституции Российской Федерации в осуществлении законодательной функции участвуют Совет Федерации и Государственная Дума, а также Президент Российской Федерации, другие государственные органы и лица. При этом из принципа верховенства Конституции Российской Федерации и задачи обеспечения соответствия ей законов и иных правовых актов (часть 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации) вытекает обязанность всех участников законодательного процесса соблюдать установленную Конституцией Российской Федерации процедуру законотворчества.

3. Смысл используемого в части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации понятия "принятый федеральный закон" раскрывается в системной связи с нормами статей 94, 105, 106 и части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации.

Под принятым федеральным законом подразумевается, прежде всего, федеральный закон, принятый Государственной Думой (части 1 и 2 статьи 105, статья 106) и считающийся одобренным Советом Федерации (часть 4 статьи 105) с соблюдением установленных Конституцией Российской Федерации правил и предусмотренных ею процедур. При этом одобрение закона Советом Федерации может быть выражено как в активной форме - путем голосования, так и в пассивной форме: федеральный закон считается одобренным, если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен Советом Федерации.

Участие (активное либо пассивное) Совета Федерации - обязательный этап законотворческой процедуры. Завершение ее в Федеральном Собрании окончательным принятием федерального закона Государственной Думой возможно лишь в случае, если отклоненный Советом Федерации закон выносится на повторное голосование Государственной Думы и одобряется не менее чем двумя третями от общего числа ее депутатов (часть 5 статьи 105 Конституции Российской Федерации).

Конституцией Российской Федерации предусматривается также, что отклоненный Президентом Российской Федерации федеральный закон повторно рассматривается и Государственной Думой, и Советом Федерации (часть 3 статьи 107). При этом "принятым федеральным законом" считается закон, одобренный обеими палатами Федерального Собрания.

Понятие "принятый федеральный закон", содержащееся в части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации, относится к результату законотворческой деятельности обеих палат и, следовательно, отличается от понятия "принятый Государственной Думой федеральный закон" (части 1, 2 и 3 статьи 105, статья 106). Несовпадающее содержание этих понятий отражает специфику отдельных стадий законодательного процесса.

Таким образом, в рамках рассматриваемых Конституционным Судом Российской Федерации запросов понятием "принятый федеральный закон" охватываются законы, принятые Государственной Думой и одобренные Советом Федерации в соответствии с частями 1, 2, 3 и 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации, законы, повторно принятые Государственной Думой в предусмотренном частью 5 статьи 105 Конституции Российской Федерации случае, а также законы, одобренные Государственной Думой и Советом Федерации в соответствии с частью 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации.

4. В связи с толкованием понятия "принятый федеральный закон" возникает вопрос, на ком из участников законодательного процесса лежит конституционная обязанность направить такой закон Президенту Российской Федерации для подписания и обнародования.

Логика законодательного процесса, представляющего собой конституционно установленный ряд последовательно сменяющих друг друга этапов, и характер возникающих, развивающихся и прекращающихся правоотношений его участников, их взаимных прав и обязанностей, также установленных Конституцией Российской Федерации, предполагают, что принятый федеральный закон должен направляться главе государства для подписания и обнародования той палатой Федерального Собрания, в которой завершается процедура принятия федерального закона, как это истолковано в пункте 3 мотивировочной части настоящего Постановления.

Конституцией Российской Федерации предусмотрена обязательность передачи принятого Государственной Думой федерального закона на рассмотрение Совета Федерации и определен ее срок - пять дней (часть 3 статьи 105). С момента передачи закона начинается следующий этап законодательного процесса, на котором установленные Конституцией Российской Федерации полномочия осуществляет Совет Федерации.

Завершение данного этапа передачей Советом Федерации одобренного им закона в Государственную Думу, в том числе для направления Президенту Российской Федерации, Конституцией Российской Федерации не предусмотрено. По смыслу части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации именно на Совете Федерации после одобрения им путем голосования или без рассмотрения принятого Государственной Думой федерального закона лежит обязанность в установленный срок направить его главе государства для подписания и обнародования. От этой обязанности Совет Федерации не освобождается и в случаях, когда он пропустил четырнадцатидневный срок для рассмотрения закона, так как несогласие Совета Федерации с принятым Государственной Думой федеральным законом, заявленное по истечении этого срока, не считается отклонением закона в смысле части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации и не порождает предусмотренные ею юридические последствия.

Если Совет Федерации в соответствии с частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации отклонил федеральный закон, а в Государственной Думе за него повторно проголосовало не менее двух третей от общего числа депутатов (часть 5 статьи 105 Конституции Российской федерации), такой закон считается "принятым федеральным законом", и именно Государственная Дума во исполнение части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации обязана направить его Президенту Российской Федерации для подписания и обнародования.

При этом Президент Российской Федерации в силу возложенных на него конституционных полномочий по обеспечению согласованного функционирования и взаимодействия органов государственной власти (часть 2 статьи 80) обязан принимать необходимые меры по обеспечению непрерывности законодательного процесса, в том числе по соблюдению палатами Федерального Собрания предусмотренного Конституцией Российской Федерации срока направления принятого федерального закона главе государства.

5. Государственная Дума просит дать толкование положению части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации об отклонении принятого федерального закона Президентом Российской Федерации.

Поскольку для этого случая Конституцией Российской Федерации предусмотрено повторное рассмотрение Государственной Думой и Советом Федерации отклоненного федерального закона, мотивы принятого Президентом Российской Федерации решения должны быть сообщены обеим палатам Федерального Собрания.

Согласно части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации глава государства может воспользоваться правом вето в течение четырнадцати дней с момента поступления к нему федерального закона. Следовательно, решение об отклонении закона, заявленное по истечении указанного срока, не имеет значения вето и не порождает предусмотренные указанной нормой Конституции Российской Федерации юридические последствия.

Из Конституции Российской Федерации не следует, что Президент Российской Федерации может возвращать в палаты Федерального Собрания федеральные законы, принятые с соблюдением требований Конституции Российской Федерации и предусмотренных ею условий и процедур, без рассмотрения, а значит, и без мотивов отклонения. В то же время в случае нарушения установленного Конституцией Российской Федерации порядка принятия федерального закона, если эти нарушения ставят под сомнение результаты волеизъявления палат Федерального Собрания и само принятие закона, Президент Российской Федерации вправе в силу части 2 статьи 80 и части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации вернуть его в соответствующую палату, указав на конкретные нарушения названных конституционных требований. При этом такой закон не может считаться "принятым федеральным законом" в смысле части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации, а его возвращение в палаты Федерального Собрания - отклонением в смысле части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации, поскольку установленные Конституцией Российской Федерации требования к принятию федерального закона и предусмотренные ею условия и процедуры носят безусловный характер и не могут меняться по усмотрению участников законодательного процесса. Споры между субъектами законодательного процесса в связи с порядком принятия федерального закона в случае недостижения согласия могут быть переданы заинтересованными сторонами в соответствии со статьей 125 Конституции Российской Федерации и Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации" на рассмотрение Конституционного Суда Российской Федерации.

6. Совет Федерации просит дать толкование содержащегося в части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации положения об "установленном Конституцией Российской Федерации порядке" повторного рассмотрения федерального закона, отклоненного Президентом Российской Федерации.

Конституцией Российской Федерации определено, что в случае отклонения Президентом Российской Федерации федерального закона Государственная Дума и Совет Федерации вновь рассматривают данный закон. Если Государственная Дума при повторном рассмотрении закона не одобрит его двумя третями голосов в ранее принятой редакции, т.е. не преодолеет вето, то сформулированные Президентом Российской Федерации замечания к закону могут быть рассмотрены Государственной Думой и Советом Федерации в порядке, предусмотренном статьей 105 Конституции Российской Федерации.

При одобрении не менее чем двумя третями голосов депутатов Государственной Думы федерального закона, отклоненного Президентом Российской Федерации, в ранее принятой редакции он передается в Совет Федерации. Если последний не менее чем двумя третями голосов также одобряет закон, то он считается принятым и подлежит подписанию Президентом Российской Федерации и обнародованию.

Порядок одобрения закона в ранее принятой редакции имеет ряд отличий от порядка рассмотрения законов, предусмотренного статьей 105 Конституции Российской Федерации. Закон не может считаться одобренным Советом Федерации, если не был им рассмотрен, т.е. если вето Президента Российской Федерации не было преодолено путем голосования. Если Совет Федерации с целью преодоления вето начал повторное рассмотрение закона в пределах четырнадцатидневного срока, то на процедуру такого рассмотрения распространяется Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации. Кроме того, для одобрения закона необходимо квалифицированное большинство голосов в обеих палатах Федерального Собрания. Исключается возможность преодоления неодобрения закона Советом Федерации путем повторного голосования в Государственной Думе, а также создание согласительной комиссии, поскольку закон должен быть одобрен в единой редакции, ранее принятой обеими палатами. Установлена обязанность Президента Российской Федерации подписать одобренный обеими палатами закон и определен иной срок его подписания.

Таким образом, на процедуру повторного рассмотрения федерального закона палатами Федерального Собрания с целью преодоления вето Президента Российской Федерации не распространяются положения частей 2, 4 и 5 статьи 105, части 2 статьи 107 Конституции Российской Федерации постольку, поскольку в части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации для этого установлены иные, специальные, правила.

Если в результате повторного рассмотрения палатами Федерального Собрания отклоненного Президентом Российской Федерации закона хотя бы одна из палат не соберет надлежащего большинства голосов для одобрения закона в прежней редакции или примет решение о внесении в него изменений и дополнений, дальнейшее рассмотрение вопроса возможно только в порядке, установленном статьей 105 Конституции Российской Федерации.

7. В силу части 2 статьи 107 Конституции Российской Федерации Президент Российской Федерации обязан подписать принятый федеральный закон, если в течение четырнадцати дней с момента поступления не отклонит его.

Президент Российской Федерации также не вправе не подписать отклоненный им ранее федеральный закон после повторного его одобрения Государственной Думой и Советом Федерации в течение семи дней со дня получения постановлений палат Федерального Собрания об одобрении закона в первоначальной редакции и обязан обнародовать этот закон (пункт "д" статьи 84, часть 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 72, 74 и 75 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации в связи с толкованием отдельных положений статьи 107 Конституции Российской Федерации постановил:

1. Под "принятым федеральным законом" по смыслу части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации понимаются:

законы, принятые Государственной Думой и одобренные Советом Федерации в соответствии с частями 1, 2, 3 и 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации;

законы, повторно принятые Государственной Думой в соответствии с частью 5 статьи 105 Конституции Российской Федерации;

законы, одобренные Государственной Думой и Советом Федерации в соответствии с частью 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации.

2. Принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется для подписания и обнародования Президенту Российской Федерации Советом Федерации независимо от того, одобрен этот закон данной палатой путем голосования или без рассмотрения. В случае, предусмотренном частью 5 статьи 105 Конституции Российской Федерации, принятый федеральный закон Президенту Российской Федерации направляет Государственная Дума.

3. Отклонение федерального закона Президентом Российской Федерации, предусмотренное частью 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации, означает принятое в течение четырнадцати дней с момента получения закона решение Президента Российской Федерации об отказе в его подписании (вето) с указанием мотивов такого отказа.

Не является отклонением федерального закона в смысле части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации возвращение Президентом Российской Федерации федерального закона в соответствующую палату Федерального Собрания, возможное только в случае нарушения палатой установленных Конституцией Российской Федерации требований к порядку принятия федеральных законов и предусмотренных ею условий и процедур.

4. Положение части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации о том, что в случае отклонения Президентом Российской Федерации федерального закона Государственная Дума и Совет Федерации в установленном Конституцией Российской Федерации порядке вновь рассматривают данный закон, означает, что на рассмотрение такого закона распространяются положения частей 1 и 3 статьи 105, положение части 4 статьи 105 о четырнадцатидневном сроке в толковании, которое дано Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года (СЗ РФ, 1995, N 13, ст. 1207), а также положения частей 1 и 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации. Если отклоненный Президентом Российской Федерации федеральный закон не был повторно рассмотрен Советом Федерации, он не может считаться одобренным этой палатой, а вето преодоленным.

5. Согласно статье 106 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" данное Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Постановлении толкование является официальным и общеобязательным. Оно не имеет обратной силы.

6. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление является окончательным, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.

7. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", а также иных официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации. Постановление должно быть опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

0

8

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 24 октября 1996 г. No. 17-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ЧАСТИ ПЕРВОЙ
СТАТЬИ 2 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА ОТ 7 МАРТА 1996 ГОДА
"О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ЗАКОН РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
"ОБ АКЦИЗАХ"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего Н.В. Селезнева, судей М.В. Баглая, Г.А. Гаджиева, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева, с участием представителей сторон, направивших обращения в Конституционный Суд Российской Федерации: от акционеров акционерного общества закрытого типа "Альфа - Эко" - акционера М.Э. Безелянского и доктора юридических наук Б.И. Пугинского, от товарищества с ограниченной ответственностью "Кентавр" - генерального директора А.В. Малякшина, от товарищества с ограниченной ответственностью "Титан" - заместителя генерального директора С.А. Зиборова, от общества с ограниченной ответственностью "Норок" - адвоката А.Ф. Куксы; представителя Государственной Думы Федерального Собрания - председателя подкомитета Комитета по бюджету, налогам, банкам и финансам А.П. Починка, представителя Совета Федерации Федерального Собрания адвоката В.А. Меклера, руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой статьи 3, подпунктом "а" пункта 1 части второй статьи 22, статьями 36, 96, 97, 99, 101, 102 и 104 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 7 марта 1996 года "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах".
Поводом к рассмотрению дела явились: запрос Арбитражного суда Брянской области в связи с рассмотрением иска по делу товарищества с ограниченной ответственностью "Эйдос", а также жалобы акционеров акционерного общества закрытого типа "Альфа - Эко" - М.Э. Безелянского, Г.Б. Хана и А.Б. Шелухина, товариществ с ограниченной ответственностью "Титан" и "Кентавр", общества с ограниченной ответственностью "Норок". В обращениях ставится вопрос о нарушении конституционных прав и свобод частью первой статьи 2 Федерального закона от 7 марта 1996 года "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах", которая придает обратную силу Федеральному закону "Об акцизах" (в редакции от 7 марта 1996 года), ухудшая тем самым положение налогоплательщиков.
Поскольку все обращения касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии со статьей 48 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" соединил дела по этим обращениям в одном производстве.
Заслушав сообщение судьи - докладчика Г.А. Гаджиева, объяснения представителей сторон, выступления приглашенных: начальника Валютного департамента Министерства финансов Российской Федерации В.Б. Волкова, заместителя начальника Правового управления Государственного таможенного комитета Российской Федерации А.А. Наумова, исследовав представленные сторонами документы и другие материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Федеральным законом от 7 марта 1996 года "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" (статья 1) утверждена новая редакция Закона "Об акцизах", которая вступает в силу с 1 февраля 1996 года (часть первая статьи 2).
В прежней редакции Закона "Об акцизах" содержалась норма, предусматривавшая освобождение от обложения акцизами товаров, ввозимых из стран Содружества Независимых Государств. В статьей 5 (пункт 7, часть вторая) Федерального закона "Об акцизах" (новая редакция), напротив, предусматривается уплата акцизов по подакцизным товарам, происходящим и ввозимым с территории государств - участников Содружества Независимых Государств.
В связи с введением в действие Федерального закона от 7 марта 1996 года "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" Государственный таможенный комитет Российской Федерации 15 марта 1996 года разослал начальникам региональных таможенных управлений телетайпограмму с указанием взимать с 1 февраля 1996 года акцизы в отношении подакцизных товаров, происходящих с территории стран Содружества Независимых Государств, по ставкам, установленным для ввозимых на территорию Российской Федерации подакцизных товаров. Одновременно дано указание провести, начиная с 1 февраля 1996 года, довзыскание сумм акцизов в отношении названных товаров, предъявленных к таможенному оформлению после 1 февраля 1996 года.
Товарищества с ограниченной ответственностью "Титан" и "Кентавр" и общество с ограниченной ответственностью "Норок" просят признать неконституционной статью 2 Федерального закона "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" в целом. В запросе Арбитражного суда Брянской области в качестве предмета обращения указана только часть первая статьи 2 Закона. Акционеры акционерного общества закрытого типа "Альфа - Эко" ходатайствуют о признании не соответствующей Конституции Российской Федерации статьи 2 Закона применительно к части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона "Об акцизах" (в редакции от 7 марта 1996 года).
В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации по запросам судов и по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод вправе рассматривать вопрос о конституционности норм закона, примененных или подлежащих применению в конкретном деле. Таможенными органами было применено положение части первой статьи 2 Федерального закона "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" в отношении товаров, указанных в части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона "Об акцизах". Следовательно, предметом рассмотрения по данному делу является часть первая статьи 2 названного Федерального закона постольку, поскольку действие содержащейся в ней нормы было распространено на товары, указанные в части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона "Об акцизах".
2. Статья 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации не определяет круг субъектов, правомочных обращаться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами, оставляя это на усмотрение законодателя. Согласно части первой статьи 96 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, а также объединения граждан.
По смыслу указанной нормы граждане и созданные ими объединения вправе обратиться с конституционной жалобой на нарушение прав, в частности, самого объединения, в тех случаях, когда его деятельность связана с реализацией конституционных прав граждан, являющихся его членами (участниками, учредителями). В данном случае акционерное общество, товарищества и общество с ограниченной ответственностью, обратившиеся в Конституционный Суд Российской Федерации, по своей сути являются объединениями - юридическими лицами, которые созданы гражданами для совместной реализации таких конституционных прав, как право свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1, Конституции Российской Федерации) и право иметь в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2, Конституции Российской Федерации). Следовательно, на данные объединения граждан в качестве субъектов названных прав в полной мере распространяется требование статьи 57 Конституции Российской Федерации о недопустимости придания обратной силы законам, ухудшающим положение налогоплательщиков.
Нарушение законом конституционных прав и свобод служит основанием для обращения за их защитой в Конституционный Суд Российской Федерации. Заявители по данному делу - товарищества и общество с ограниченной ответственностью и акционеры акционерного общества реализовали это свое правомочие.
Таким образом, рассматриваемые жалобы являются в соответствии с требованиями Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" допустимыми.
3. Статья 57 Конституции Российской Федерации обязывает каждого платить законно установленные налоги и сборы. Согласно налоговому законодательству субъектами обязанности платить налоги и сборы являются как физические, так и юридические лица. Возлагая на налогоплательщиков эти обязанности, государство вместе с тем гарантирует им и защиту от незаконных налогов и сборов в соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации, предусматривающей также, что законы, устанавливающие новые налоги или ухудшающие положение налогоплательщиков, обратной силы не имеют.
4. Согласно статьей 15 (часть 3) Конституции Российской Федерации неопубликованные законы не применяются. Исходя из этого конституционного требования законодатель в Федеральном законе от 14 июня 1994 года "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" определил общие правила вступления законов в силу.
В соответствии с ними на территории Российской Федерации применяются только те федеральные законы, которые официально опубликованы. Они вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении десяти дней после дня их официального опубликования, если самими законами не установлен другой порядок вступления их в силу.
По смыслу Конституции Российской Федерации и названного Федерального закона общим для всех отраслей права правилом является принцип, согласно которому закон, ухудшающий положение граждан, а соответственно и объединений, созданных для реализации конституционных прав и свобод граждан, обратной силы не имеет. Данный принцип применен, в частности, в гражданском (статьи 4 и 422 Гражданского кодекса Российской Федерации), таможенном (статья 234 Таможенного кодекса Российской Федерации), уголовном (статья 6 Уголовного кодекса РСФСР) законодательстве.
Вместе с тем Конституция Российской Федерации содержит и прямые запреты, касающиеся придания закону обратной силы, которые сформулированы в ее статьях 54 и 57. Положение статьи 57 Конституции Российской Федерации, ограничивающее возможность законодателя придавать закону обратную силу, является одновременно и нормой, гарантирующей конституционное право на защиту от придания обратной силы законам, ухудшающим положение налогоплательщиков, в том числе на основании нормы, устанавливающей порядок введения таких законов в действие.
Одновременно Конституция Российской Федерации не препятствует приданию обратной силы законам, если они улучшают положение налогоплательщиков. При этом благоприятный для субъектов налогообложения характер такого закона должен быть понятен как налогоплательщикам, так и государственным органам, взимающим налоги.
5. В соответствии с Федеральным законом "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" момент вступления закона в силу определяется истечением десятидневного срока со дня его официального опубликования, если самим законом не установлен другой порядок вступления в силу. При определении этого "другого порядка" законодатель, однако, связан требованиями статьи 57 Конституции Российской Федерации.
Статья 2 Федерального закона "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" распространила часть вторую пункта 7 статьи 5 Федерального закона "Об акцизах" на отношения, возникшие до истечения десяти дней с момента его официального опубликования, т.е. придала этой норме обратную силу. Тем самым с 1 февраля 1996 года были введены акцизы по подакцизным товарам, происходящим и ввозимым с территории государств - участников Содружества Независимых Государств, которые ранее акцизами не облагались, что ухудшает положение налогоплательщиков и явно нарушает статью 57 Конституции Российской Федерации. Негативные последствия придания закону обратной силы связаны также с недифференцированным его применением таможенными органами без учета требований названной конституционной нормы.
6. Согласно статье 4 Федерального закона "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" официальным опубликованием закона считается первая публикация его полного текста в "Российской газете" или в "Собрании законодательства Российской Федерации".
День 11 марта 1996 года, которым датирован выпуск "Собрания законодательства Российской Федерации" с текстом Федерального закона "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" не может считаться днем его обнародования. Указанная дата, как свидетельствуют выходные данные, совпадает с датой подписания издания в печать, и, следовательно, с этого момента еще реально не обеспечивается получение информации о содержании закона его адресатами.
В "Российской газете" оспариваемый Федеральный закон был опубликован 13 марта 1996 года. Именно этот день должен быть признан днем официального его опубликования. Следовательно, данный Закон в части, ухудшающей положение налогоплательщиков, не подлежит введению в действие ранее 24 марта 1996 года, когда истекает десятидневный срок с момента его опубликования.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 71, 72, 74, 75, 100 и 104 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статье 57, часть первую статьи 2 Федерального закона от 7 марта 1996 года "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах" по содержанию норм и по порядку введения в действие в части, устанавливающей с 1 февраля 1996 года акцизы на товары, указанные в части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона "Об акцизах".
2. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.
3. Согласно статье 73 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете". Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

0

9

Постановление Конституционного Суда РФ от 23 марта 1995 г. N 1-П
"По делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации"

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.А.Туманова, судей Э.М. Аметистова, М.В.Баглая, Н.Т. Ведерникова, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Т.Г. Морщаковой, В.И. Олейника, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева,

с участием И.М.Костоева и А.И. Коваленко - представителей Совета Федерации, направившего запрос в Конституционный Суд Российской Федерации, а также приглашенных в заседание представителей субъектов законодательного процесса, непосредственно заинтересованных в результатах толкования, М.А. Митюкова и В.Б.Исакова - представителей Государственной Думы, М.А.Краснова - представителя Президента Российской Федерации,

руководствуясь статьей 125 (часть 5) Конституции Российской Федерации, пунктом 4 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 2 части второй статьи 21 и статьей 105 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",

рассмотрел в открытом пленарном заседании дело о толковании части 4 статьи 105 в связи со статьей 106 Конституции Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела, согласно части первой статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явился запрос Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации.

Основанием к рассмотрению дела, согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании положений части 4 статьи 105 в связи с предписаниями статьи 106 Конституции Российской Федерации, вследствие чего требуется разъяснить, распространяется ли четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации для рассмотрения и одобрения федеральных законов в Совете Федерации, на федеральные законы по вопросам, перечень которых дан в статье 106 Конституции Российской Федерации.

Заслушав выступление судьи - докладчика В.Г.Стрекозова, объяснения представителей Совета Федерации, выступления приглашенных, изучив представленные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

Конституция Российской Федерации, регламентируя законодательный процесс, определяет, что законопроекты вносятся в Государственную Думу (статья 104, часть 2) и что федеральные законы принимает эта палата (статья 105, часть 1). Законы, принятые Государственной Думой, передаются на рассмотрение Совета Федерации (статья 105, часть 3), что призвано обеспечить учет его мнения в законодательном процессе и предоставляет ему возможность выразить свое согласие либо несогласие с Государственной Думой в отношении любого закона.

В соответствии со статьей 105 (часть 4) Конституции Российской Федерации федеральный закон считается одобренным Советом Федерации, если за него проголосовало более половины от общего числа членов этой палаты либо если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен Советом Федерации. Таким образом Совет Федерации решает сам, какие из принятых Государственной Думой законов подлежат рассмотрению на его заседании.

Исключение из этого общего правила установлено статьей 106 Конституции Российской Федерации, которая дает перечень федеральных законов, подлежащих обязательному рассмотрению в Совете Федерации.

В то же время статья 106 Конституции Российской Федерации не устанавливает особого срока для рассмотрения в Совете Федерации соответствующих законов. Начав рассмотрение закона в четырнадцатидневный срок, предусмотренный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации, Совет Федерации обязан путем голосования принять решение об одобрении либо отклонении закона. При этом истечение указанного срока не освобождает Совет Федерации от данной обязанности. Закон, принятый по любому из вопросов, перечисленных в статье 106, не может считаться одобренным, если Совет Федерации не завершил его рассмотрения. Соответственно, закон в этом случае не подлежит подписанию главой государства.

Если рассмотрение в Совете Федерации федеральных законов, принятых по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации, не завершено в установленный частью 4 статьи 105 срок, оно должно быть продолжено на следующем заседании Совета Федерации и завершено принятием решения.

На основании изложенного, по смыслу статей 105 и 106 Конституции Российской Федерации, а также с учетом сложившейся практики законодательного процесса, руководствуясь статьями 72, 74 и 75 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

1. Рассмотрение в Совете Федерации федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в этой палате, должно начаться согласно части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации.

2. Если Совет Федерации в течение четырнадцати дней не завершил рассмотрения принятого Государственной Думой федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в Совете Федерации, этот закон не считается одобренным, и его рассмотрение продолжается на следующем заседании Совета Федерации до вынесения решения о его одобрении либо отклонении.

3. Толкование, содержащееся в пунктах 1 и 2 резолютивной части настоящего Постановления, не распространяется на федеральные законы, признаваемые самим Советом Федерации подлежащими обязательному рассмотрению в Совете Федерации, если они приняты Государственной Думой по вопросам, не перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации.

4. Согласно статье 106 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" данное Конституционным Судом Российской Федерации толкование является официальным и обязательным для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

5. Согласно статье 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление является окончательным, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его провозглашения.

6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", а также иных официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации. Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

N 1-П


Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Г.А.Гаджиева по мотивировке постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Федеративный договор предусматривает, что органы власти субъектов Российской Федерации участвуют в осуществлении федеральных полномочий в пределах и формах, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Конституция Российской Федерации устанавливает, что субъекты Российской Федерации участвуют в осуществлении федеральных полномочий через деятельность своих депутатов в Федеральном Собрании. Его палаты в законодательном процессе осуществляют разные функции: законопроекты вносятся в Государственную Думу (статья 104, часть 2), которая и принимает федеральные законы (статья 105, часть 1); законы, принятые Государственной Думой, в течение пяти дней передаются на рассмотрение Совета Федерации (статья 105, часть 3).

При толковании предназначения четырнадцатидневного срока, установленного в части 4 статьи 105 Конституции, необходимо учитывать, что Совет Федерации играет в законодательном процессе иную, нежели Государственная Дума, роль. Необходимо также учитывать, что законодательные процедуры обсуждения двух разновидностей федеральных законов - законов, принимаемых по вопросам, относящимся к ведению Российской Федерации, и законов, относящихся к совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, различаются.

Учет федеративного устройства является одним из принципов правотворческого процесса наряду с демократизмом, законностью, непрерывностью.

Законопроекты по предметам совместного ведения, как это установлено Федеративным договором, подлежат направлению субъектам Российской Федерации, что позволяет учесть их мнения. В статье 102 Регламента Государственной Думы установлено, что законопроекты по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации направляются субъектам Российской Федерации для дачи предложений и замечаний.

В статье 106 Конституции речь идет о федеральных законах, относящихся согласно статье 71 Конституции к исключительному ведению Российской Федерации, но имеющих особую важность для ее субъектов. Поэтому Конституция предоставляет возможность субъектам Российской Федерации участвовать в осуществлении федеральных полномочий через Совет Федерации. Вот почему рассмотрение им законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции, носит обязательный характер. Содержание перечня обусловлено конституционной природой этой палаты парламента, являющейся не органом прямого представительства многонационального народа Российской Федерации, а органом, обеспечивающим представительство субъектов Российской Федерации.

Принцип учета федеративного устройства в законодательном процессе по-разному проявляется применительно к двум разновидностям федеральных законов, однако Конституция дает субъектам Российской Федерации возможность сформулировать свои предложения и замечания как в отношении федеральных законов, принимаемых в сфере совместного ведения, так и в отношении законов, принимаемых в сфере ведения Российской Федерации.

Различие законодательных процедур обсуждения двух разновидностей федеральных законов предполагает, что различно и предназначение для них четырнадцатидневного срока.

В статье 105 Конституции он выполняет пресекательную функцию, устраняя неопределенность в законодательном процессе в отношении федеральных законов, которые либо не были проголосованы, либо не были рассмотрены Советом Федерации в течение четырнадцати дней. Истечение этого срока означает, что закон "считается одобренным", т.е. имеет место одобрение в конклюдентной форме.

Иное предназначение имеет четырнадцатидневный срок в отношении федеральных законов, подлежащих в соответствии со статьей 106 Конституции обязательному рассмотрению в Совете Федерации. Рассмотрение такого закона должно начаться согласно части 4 статьи 105 Конституции не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации, т.е. этот срок имеет целью обеспечение непрерывности законодательного процесса. Одобрение закона Советом Федерации в данном случае может быть осуществлено только в активной форме - путем голосования.

Конституция исходит из того, что понятия "считается одобренным" (статья 105, часть 4) и "одобрен" (статья 108, часть 2) не совпадают.

Понятие "считается одобренным" предполагает две возможных формы рассмотрения Советом Федерации федерального закона - активную, когда за федеральный закон проголосовало более половины от общего числа членов этой палаты, и пассивную, когда в четырнадцатидневный срок закон не был рассмотрен (одобрение закона в конклюдентной форме).

Обязательность рассмотрения принятых Государственной Думой федеральных законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции, допускает только активную форму рассмотрения. Поэтому истечение четырнадцатидневного срока в отношении такого закона не освобождает Совет Федерации от обязанности путем голосования принять решение о его одобрении либо отклонении.


Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации В.О.Лучина по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Будучи несогласным с отдельными положениями постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации, руководствуясь статьей 76 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" и параграфом 38 Регламента Конституционного Суда Российской Федерации, считаю целесообразным высказать свое особое мнение по существу вопроса.

Поводом к рассмотрению дела, согласно части первой статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явился запрос Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации.

Основанием к рассмотрению дела, согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании положений части 4 статьи 105 в связи с предписаниями статьи 106 Конституции Российской Федерации, вследствие чего требуется разъяснить, распространяется ли четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации для рассмотрения федеральных законов в Совете Федерации, на федеральные законы по вопросам, перечень которых дан в статье 106 Конституции Российской Федерации, а также следует ли исходить из предположения о том, что срок на рассмотрение федеральных законов по вопросам, указанным в статье 106 Конституции Российской Федерации, как не определенный на конституционном уровне, подлежит самостоятельному определению Советом Федерации в Регламенте Совета Федерации первого созыва.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации исходит из единого срока рассмотрения федеральных законов в Совете Федерации, признавая одновременно различные правовые последствия его несоблюдения для разных категорий законов - тех, которые он, по своему усмотрению, рассматривает или не рассматривает, и тех, которые в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации подлежат его обязательному рассмотрению.

Четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации, на мой взгляд, распространяется на рассмотрение Советом Федерации не всех поступающих из Государственной Думы федеральных законов, а только тех из них, вопрос о рассмотрении или нерассмотрении которых решается самим Советом Федерации. Более того, часть 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации имеет своей целью установление не столько сроков рассмотрения, сколько условий, способов одобрения Советом Федерации таких законов. Она не связана органически со статьей 106 и никаким образом не может поколебать "обязательности рассмотрения" перечисленных в ней федеральных законов. Последние не могут считаться одобренными Советом Федерации, если они им не рассмотрены. Автоматическое одобрение исключается независимо от того, когда начато и когда завершено "обязательное рассмотрение".

Возложение на Совет Федерации обязанности начать рассмотрение федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в этой палате, "не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации", по моему мнению, не вытекает из части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации и не имеет в ней правовой опоры. Если, например, в силу необходимости дополнительного изучения такого закона либо иных причин указанное требование нарушено, наступают ли какие-то правовые последствия? Нет, и в данном случае закон не считается одобренным и не подлежит подписанию главой государства. Обязательность его рассмотрения не устраняется пропуском четырнадцатидневного срока, равно как и несовпадением заранее установленной и фактической продолжительности рассмотрения. "Обязательность" применительно к статье 106 Конституции Российской Федерации сформулирована вне конкретных временных координат, и игнорировать это обстоятельство нельзя.

Распространение четырнадцатидневного срока на федеральные законы, подлежащие согласно статье 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в Совете Федерации, пусть даже только на начало рассмотрения лишено смысла, коль скоро это не создает никаких юридических обязанностей для палаты, никак не влияет на правовое состояние соответствующих законов, не преодолевает их юридическую незавершенность. Истечение указанного срока не освобождает Совет Федерации от обязанности начать и завершить рассмотрение такого закона. Любой из перечисленных в статье 106 законов не может считаться одобренным, если Совет Федерации путем голосования не принял решения о его одобрении либо отклонении. Замечу также, что в части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации вообще не упоминается о "начале рассмотрения" каких-либо федеральных законов в Совете Федерации. В таком аспекте вопрос не ставился и в запросе Совета Федерации.

Конституционный Суд, по существу, уклонился от ответа на вопрос, может ли Совет Федерации первого созыва самостоятельно установить срок "обязательного рассмотрения" федеральных законов, как не определенный на конституционном уровне.

Исходя из добросовестности, ответственности Совета Федерации, уверенности, что он не станет искусственно затягивать законодательный процесс и будет стремиться с учетом реальных возможностей к ускоренному рассмотрению законов по вопросам, перечень которых установлен в статье 106 Конституции Российской Федерации, полагаю, что нет необходимости навязывать Совету Федерации какие-либо сроки рассмотрения этой категории федеральных законов. Поскольку сроки "обязательного рассмотрения" не определены в Конституции (не исключено, что это еще придется сделать), они могут быть установлены Советом Федерации самостоятельно в его Регламенте.

С учетом изложенного прихожу к следующим выводам:

1. Положение части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации о том, что федеральный закон считается одобренным Советом Федерации, "если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен", не распространяется на федеральные законы по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации. Это касается как начала, так и окончания их рассмотрения.

2. Совет Федерации первого созыва может самостоятельно установить в своем Регламенте сроки, обеспечивающие своевременное рассмотрение федеральных законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции Российской Федерации.

Мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Т.Г.Морщаковой по мотивировке постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Данное Конституционным Судом толкование считаю необходимым дополнить мотивами, вытекающими из содержания понятия "нерассмотрение закона Советом Федерации". По смыслу части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации нерассмотрением закона следует признать ситуацию, когда Совет Федерации в течение четырнадцати дней не начинал его рассмотрение в заседании или когда начатое рассмотрение не было завершено в указанный срок. Таким образом, Конституция предполагает, что во всех случаях, когда Совет Федерации сочтет необходимым или обязан рассмотреть какой-либо закон, он должен начать такое рассмотрение в четырнадцати-дневный срок.

Это относится и к законам по вопросам, перечень которых дан в статье 106 Конституции, так как она не устанавливает никаких особых правил для их рассмотрения Советом Федерации. Цель данной нормы только в том, чтобы обязать Совет Федерации рассмотреть определенный федеральный закон и путем голосования принять решение о его одобрении либо отклонении. Обязательность обсуждения федерального закона в этой палате означает и необходимость начала его рассмотрения в заседании в течение четырнадцати дней. Было бы нелогичным предположить, что Конституция, требуя обязательного рассмотрения закона в Совете Федерации, предоставляет ему неограниченные возможности в выборе момента для начала такого рассмотрения. Нарушение четырнадцатидневного срока начала рассмотрения в заседании Совета Федерации федеральных законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции, является отступлением от конституционного требования об обязательности рассмотрения таких законов.

Характер вопросов, перечисленных в статье 106 Конституции, также подтверждает необходимость реального рассмотрения принятых по ним федеральных законов во многих случаях в максимально сжатые сроки,- иначе Совет Федерации не сможет выполнить возложенные на него задачи по защите интересов Российской Федерации и ее субъектов при решении вопросов войны и мира, по защите государственных границ либо по вопросам федерального бюджета, федеральных налогов и т.д.

Вместе с тем, поскольку федеральные законы, о которых идет речь, нельзя считать принятыми без проведения по ним голосования в Совете Федерации, их рассмотрение этой палатой Федерального Собрания должно быть продолжено и по истечении четырнадцатидневного срока, с тем чтобы решение об одобрении или отклонении закона состоялось. Однако это не означает, что Совет Федерации вправе неограниченно затягивать процесс рассмотрения таких законов и произвольно выбирать момент вынесения решения.

Обязательность рассмотрения федеральных законов, перечень которых установлен в статье 106 Конституции, означает невозможность оставить вопрос нерешенным по существу или отказаться от завершения его рассмотрения на какое-то время. Это было бы нарушением конституционных обязанностей Совета Федерации. Поэтому пролонгация срока рассмотрения такого закона оправдана и допустима лишь при условии, что процесс рассмотрения закона не прерывается вплоть до его завершения, хотя и может быть перенесен на следующее заседание Совета Федерации. В федеральном законе, а также в Регламенте Совета Федерации могут быть установлены и другие формальные ограничительные условия, которые определили бы момент принятия Советом Федерации решения по законам, подлежащим его обязательному рассмотрению.

Мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации В.И.Олейника по мотивировке постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1995 года по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

Проголосовав за принятое решение по делу в целом, в ходе обсуждения отмечал и считаю необходимым изложить свое мнение по отдельным моментам исследовательской и резолютивной части Постановления КС РФ от 23.03.95 г. (по выводам толкования). Прежде всего в исследовательской части необходимо было, опираясь на выработанные наукой и практикой правила толкования правовых норм, указать на использованные судом приемы и способы толкования и их результаты, а именно:

1. Систематический. Т.е., что суд уяснял смысл части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции путем сравнения их с другими статьями глав Основного закона Российской Федерации, выявления их связи с другими нормами Конституции.

2. Логический. Путем использования средств формальной и диалектической логики для установления внутренних связей толкуемых норм с другими нормами Конституции, логической структуры ее правовых предписаний.

3. Историко-политический. Для выяснения смысла толкуемых норм через: а) исторические условия создания Конституции и социально-политические цели, которые преследовал законодатель, принимая Конституцию. Т.е. через обращение к условиям и истокам принятия Конституции и обращение этого смысла в языковой форме изложения толкуемых статей. Суд должен был и мог использовать в этих целях стенограммы заседаний Конституционного совещания, мнения авторов - разработчиков статей 105, 106 Конституции Российской Федерации.

4. Языковой способ толкования. Т.е. выяснение смысла нормы путем грамматического анализа текста.

Т.е. из языкового (грамматического), как и систематического, историко-политического, логического способов и приемов толкования пункта 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации следует смысловая определенность не только пункта 4 статьи 105, но и в целом статьи 105 Конституции РФ, которая не противоречит определенному смыслу статьи 106 Конституции Российской Федерации.

Использование этих приемов и способов толкования и особенно документов Конституционного совещания позволило мне прийти к убежденности в том, что с целью предотвращения имевшей место в прошлом затяжке сроков обсуждения и принятия парламентом законов, прежде всего по политическим и другим субъективным соображениям, законодателем в статьях 105 и 106 новой Конституции Российской Федерации, исходя из федеративного договора, из разграничения предметов ведения (в т.ч. в законотворческом процессе)между органами государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нашедших отображение в Конституции Российской Федерации 1993 года, статьей 105 и статьей 106, а также статьями 107, 108 Конституции в целом установлена и определена четкая регламентация (процедура) обсуждения и принятия законов в том числе с ограничением во времени на весь период действия этой Конституции, т. е. до внесения в нее изменений или принятия новой, исходя не только из того, что члены Совета Федерации лишь первого созыва осуществляют свои полномочия на непостоянной основе.

В то же время содержание последней части статьи 9 второго раздела Конституции Российской Федерации, ее смысл имеет неопределенность в силу отсутствия в нормах Конституции Российской Федерации прямого предписания о том, что формируемые в последующем Советы Федерации всех других созывов, кроме первого, осуществляют свои полномочия на постоянной основе. Такое положение, исходя из историко-политического системного приема толкования воли законодателя, выраженной в Конституции Российской Федерации, наиболее вероятно.

С учетом сложившегося обыкновения: непродолжительности работы сессии Совета Федерации первого созыва, когда его кворум на пределе, а его члены за исключением руководителей его комитетов и комиссий, а также Совета Федерации, осуществляют свои функции на непостоянной основе, в связи с чем не могут выполняться обязательные требования статьи 106 Конституции РФ, на основании выводов из всех названных видов и способов толкования, а также статьи 9 раздела второго ("Заключительные и переходные положения") Конституции Российской Федерации считаю, что принятое решение Конституционным судом Российской Федерации от 23.03.95 г. по толкованию части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации распространяется лишь на период работы и до истечения полномочий Совета Федерации первого созыва, что следовало оговорить в результативной части постановления Конституционного Суда.

В ином случае часть 4 статьи 105 изменяется в сути и утрачивает на будущее (в части 14-дневного срока) пресекательную функцию и нарушает волю законодателя, выраженную в конкретных исторических условиях, обстоятельствах и целях. Без этой оговорки, Конституционный Суд своим Постановлением фактически переходя на аутентичное толкование, превысил свои полномочия, т.е. внес поправку в Конституцию, что недопустимо по его природе.

Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Ю.Д.Рудкина по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции Российской Федерации

В пунктах 1 и 2 резолютивной части своего постановления по рассматриваемому вопросу Конституционный Суд Российской Федерации признал, что рассмотрение в Совете Федерации федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции Российской Федерации обязательному рассмотрению в этой палате, должно начаться согласно части 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации. Если в течение этого срока рассмотрение Советом Федерации принятого Государственной Думой федерального закона не завершено, закон не считается одобренным, и его рассмотрение продолжается на следующем заседании Совета Федерации до вынесения решения о его одобрении либо отклонении.

В связи с данным постановлением, руководствуясь статьей 76 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", полагаю возможным высказать свое особое мнение.

Конституция Российской Федерации, принятая всенародным голосованием 12 декабря 1993 года, установила определенную иерархию федеральных законов, которые различаются не только по юридической силе, но и по порядку принятия: сама Конституция, которой должны соответствовать все другие законы и любые иные акты, федеральные конституционные законы, все прочие федеральные законы.

Порядок внесения поправок в действующую Конституцию, а также порядок разработки и принятия новой Конституции урегулированы главой 9 Конституции Российской Федерации. Особенности принятия федеральных конституционных законов регламентируются ее статьей 108. Что же касается порядка принятия федеральных законов, то он закреплен в статьях 105-107 Конституции Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 105 Конституции Российской Федерации федеральные законы, принятые Государственной Думой, в течение пяти дней передаются на рассмотрение Совета Федерации, который, как следует из части 4 той же статьи, обязан либо одобрить закон, либо его отклонить.

Одобрение федерального закона Советом Федерации может быть осуществлено как в активной форме, т.е. путем голосования членов Совета Федерации, так и в пассивной форме. В последнем случае закон считается одобренным (без рассмотрения Советом Федерации) по истечении четырнадцатидневного срока, установленного частью 4 статьи 105 Конституции.

Таким образом, Совет Федерации решает сам, какие из принятых Государственной Думой федеральных законов подлежат его рассмотрению, а какие - нет, за исключением законов по вопросам, перечисленным в статье 106 Конституции. Но, установив императивное требование одобрения или отклонения этих законов только путем голосования, законодатель вместе с тем не указал никакого иного срока помимо определенного частью 4 статьи 105 Конституции, т.е. четырнадцати дней.

Смысл установления такого срока заключается в том, чтобы обязать Совет Федерации оперативно реагировать на принятые Государственной Думой законы, необоснованно не затягивать их рассмотрение. Законодатель исходил из того, что четырнадцать дней - достаточный срок для изучения Советом Федерации любого закона, принятого Государственной Думой.

Сложности, возникающие в связи с тем, что деятельность Совета Федерации первого созыва не носит постоянного характера и в установленный срок ему трудно завершить рассмотрение законов по вопросам, к примеру, федерального бюджета или федеральных налогов и сборов, не могут служить основанием для изменения конституционной процедуры рассмотрения федеральных законов, предусмотренной частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации. Законодатель, исчерпывающе определив перечень законов, по которым голосование членов Совета Федерации необходимо, не установил какого-либо изъятия из этой процедуры, включая срок рассмотрения.

На основании изложенного полагаю, что четырнадцатидневный срок, установленный частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации, в полной мере распространяется на федеральные законы, принимаемые по вопросам, указанным в статье 106 Конституции Российской Федерации. В течение этого срока Совет Федерации обязан вынести решение об одобрении или отклонении принятого Государственной Думой федерального закона. Нарушение этой обязанности аннулирует право Совета Федерации отклонить закон. В этом случае законодательный процесс продолжается в обычном порядке, т.е. наступают последствия, предусмотренные частью 4 статьи 105 Конституции Российской Федерации.

0

10

Постановление Конституционного Суда РФ от 12.04.1995 N 2-П "По делу о толковании статей 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации"

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 12 апреля 1995 г. N 2-П

ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ СТАТЕЙ 103 (ЧАСТЬ 3),
105 (ЧАСТИ 2 И 5), 107 (ЧАСТЬ 3), 108 (ЧАСТЬ 2),
117 (ЧАСТЬ 3) И 135 (ЧАСТЬ 2) КОНСТИТУЦИИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.А. Туманова, судей Э.М. Аметистова, М.В. Баглая, Н.Т. Ведерникова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Т.Г. Морщаковой, В.И. Олейника, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

с участием представителей Государственной Думы, направившей запрос в Конституционный Суд Российской Федерации, - В.Г. Вишнякова, С.А. Зенкина, О.О. Миронова, а также приглашенных в заседание представителей: от Совета Федерации - Е.Б. Мизулиной, от Президента Российской Федерации - Е.К. Глушко, от Центральной избирательной комиссии Российской Федерации - О.К. Застрожной,

руководствуясь статьей 125 (часть 5) Конституции Российской Федерации, пунктом 4 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 2 части второй статьи 21 и статьей 105 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",

рассмотрел в открытом пленарном заседании дело о толковании статей 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела, согласно части первой статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явился запрос Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, направленный в Конституционный Суд Российской Федерации на основании Постановления Государственной Думы от 17 февраля 1995 г. N 538-1 ГД "Об обращении в Конституционный Суд Российской Федерации".

Основанием к рассмотрению дела, согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании названных статей Конституции Российской Федерации в связи с используемыми в них понятиями "общее число депутатов Государственной Думы" и "общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы". Вследствие этого требуется разъяснить, тождественно ли общее число депутатов Государственной Думы ее численному составу, установленному статьей 95 (часть 3) Конституции Российской Федерации, либо оно означает число фактически избранных депутатов, за исключением тех, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке, а также является ли указание на общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы основанием для принятия решений на базе суммы голосов членов обеих палат Федерального Собрания.

Заслушав выступление судьи - докладчика Б.С. Эбзеева, объяснения представителей Государственной Думы, выступления приглашенных, изучив представленные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Согласно Конституции Российской Федерации Государственная Дума принимает федеральные законы и постановления по вопросам, относящимся к ее ведению, простым или квалифицированным большинством голосов от общего числа депутатов (статья 103, часть 3; статья 105, части 2 и 5; статья 107, часть 3; статья 108, часть 2; статья 117, часть 3; статья 135, часть 2).

Давая разъяснение понятия "общее число депутатов Государственной Думы", следует исходить из того, что согласно статье 3 (часть 1) Конституции Российской Федерации носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Часть 2 этой статьи устанавливает, что народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления. В свою очередь, статья 32 (часть 1) Конституции Российской Федерации предусматривает, что граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей.

Представительным и законодательным органом Российской Федерации, представляющим весь многонациональный народ России и все субъекты Российской Федерации, является Федеральное Собрание, состоящее из Совета Федерации и Государственной Думы (статья 94 и часть 1 статьи 95 Конституции Российской Федерации).

Определяя численный состав Совета Федерации (по два представителя от каждого субъекта Российской Федерации) и Государственной Думы (450 депутатов), Конституция Российской Федерации одновременно возлагает на законодательную власть и главу государства обязанность создать условия для замещения мандатов представителей субъектов Российской Федерации в Совете Федерации и депутатских мандатов в Государственной Думе (пункт "а" статьи 84, часть 2 статьи 96 Конституции Российской Федерации). Конституционное требование о численном составе палат Федерального Собрания Российской Федерации должно быть обеспечено.

Конституционная характеристика Федерального Собрания как органа народного представительства предполагает, что возможная неполнота состава его палат не должна быть значительной, ибо в противном случае его представительный характер может быть поставлен под сомнение.

Цель установления в статье 95 Конституции Российской Федерации числа мандатов в Совете Федерации и Государственной Думе - обеспечение представительного характера высшего законодательного органа Российской Федерации. Отсюда следует, что принятие предложенной Государственной Думой интерпретации понятия "общее число депутатов" как числа только фактически избранных в Государственную Думу депутатов, за исключением тех, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке, может привести к тому, что Государственная Дума будет правомочна принимать федеральные законы и иные важные для страны акты по вопросам своего ведения, даже если фактически утратит свой представительный характер вследствие вакантности значительной части депутатских мандатов. Такие законы и иные акты как нарушающие статью 94 Конституции Российской Федерации окажутся нелегитимными.

Акты парламента должны воплощать интересы большинства в обществе, а не только самого парламентского большинства. Конституция Российской Федерации не установила требований к численному составу избранных парламентариев, при котором палаты Федерального Собрания вправе осуществлять свои конституционные полномочия. В этих условиях представительный характер Государственной Думы (и Совета Федерации) и легитимность принимаемых законов могут быть гарантированы только истолкованием понятия "общее число депутатов" как конституционного их числа - 450 депутатов Государственной Думы (178 членов Совета Федерации). При определении порядка принятия законов и постановлений палатами Федерального Собрания Конституция Российской Федерации исходит из названного общего числа депутатов Государственной Думы (общего числа членов Совета Федерации). Принятые большинством от данного числа решения во всех случаях учитывают волю представителей не менее чем половины избирательного корпуса, вследствие чего наличие вакантных мандатов депутатов не может сказаться на итогах голосования.

Таким образом, предлагаемое в запросе Государственной Думы отождествление понятий "общее число депутатов" и "число фактически избранных депутатов" не отвечает требованиям Конституции Российской Федерации гарантировать народное представительство в Федеральном Собрании и может воспрепятствовать реализации конституционных положений об организации палат Федерального Собрания и законодательном процессе.

2. В статьях 107 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации предусматривается принятие решений квалифицированным большинством голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы.

Понимание указанных положений как способа подведения итогов голосования исходя из общей суммы голосов членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы противоречит Конституции Российской Федерации.

Федеративное устройство Российской Федерации обусловливает двухпалатную структуру Федерального Собрания и значительную самостоятельность Совета Федерации и Государственной Думы по отношению друг к другу. В своей организации и деятельности они призваны отразить разные стороны народного представительства в Российской Федерации - прямое представительство населения и представительство субъектов Российской Федерации. Различна и их компетенция.

Статья 100 (часть 1) Конституции Российской Федерации устанавливает, что Совет Федерации и Государственная Дума заседают раздельно. В силу статей 102 (часть 3), 103 (часть 3), 105, 108 (часть 2) Конституции Российской Федерации федеральные законы, постановления Совета Федерации и Государственной Думы принимаются палатами Федерального Собрания раздельно. В статье 107 (часть 3) Конституции Российской Федерации подчеркивается, что повторное рассмотрение федерального закона палатами Федерального Собрания осуществляется в установленном Конституцией Российской Федерации порядке, т.е. также раздельно. В тех предусмотренных частью 3 статьи 100 Конституции Российской Федерации случаях, когда палаты собираются совместно, голосования не проводятся и решения не принимаются.

Таким образом, указание на общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, содержащееся в тексте статей 107 и 135 Конституции Российской Федерации, должно пониматься только как единый для обеих палат принцип определения результатов голосования.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 72, 74 и 75 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Положение об общем числе депутатов Государственной Думы, содержащееся в статьях 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации, следует понимать как число депутатов, установленное для Государственной Думы статьей 95 (часть 3) Конституции Российской Федерации, - 450 депутатов.

2. Положение об общем числе членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, содержащееся в статьях 107 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации, следует понимать как предусматривающее голосование раздельно по палатам и определение его результатов соответственно от численности каждой палаты, установленной статьей 95 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.

3. Решения Государственной Думы, принятые ранее в соответствии с иным порядком подведения итогов голосования, пересмотру в связи с данным толкованием не подлежат.

4. Согласно статье 106 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" данное Конституционным Судом Российской Федерации толкование является официальным и общеобязательным.

5. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление является окончательным, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.

6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", а также иных официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации. Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд

Российской Федерации

ОСОБОЕ МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Г.А. ГАДЖИЕВА ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ СТАТЕЙ 103
(ЧАСТЬ 3), 105 (ЧАСТИ 2 И 5), 107 (ЧАСТЬ 3), 108
(ЧАСТЬ 2), 117 (ЧАСТЬ 3) И 135 (ЧАСТЬ 2) КОНСТИТУЦИИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1. В запросе Государственной Думы о толковании конституционных положений об общем числе депутатов Государственной Думы поднимается вопрос о порядке принятия решений Государственной Думой.

Принимаемые Государственной Думой решения неоднородны. Государственная Дума принимает федеральные законы (статья 105, часть 1, Конституции). По вопросам, отнесенным к ее ведению Конституцией Российской Федерации, Государственная Дума принимает постановления (статья 103, часть 2, Конституции).

Принимаемые Государственной Думой постановления подразделяются на:

1) постановления по вопросам, отнесенным к ведению Государственной Думы в статье 103 Конституции;

2) постановления по вопросам организации деятельности, то есть избрание Председателя Государственной Думы и его заместителей, образование комитетов и комиссий, по вопросам внутреннего распорядка своей деятельности (статья 101 Конституции).

В части 3 статьи 103 Конституции речь идет не только о постановлениях Государственной Думы по вопросам, перечисленным в этой статье, но и по вопросам, о которых идет речь в статье 101 Конституции.

В соответствии со ст. 101 (часть 4) Конституции палаты Федерального Собрания наделены конституционным правом принимать свой регламент и решать вопросы внутреннего распорядка своей деятельности.

По этим вопросам также принимаются постановления палат, которые могут приниматься в том порядке, который определен в регламенте, за исключением тех случаев, когда этот порядок определен в Конституции.

Право принимать регламент охватывает и право устанавливать для принятия решений по вопросам внутренней деятельности правила определения большинства голосов не от общего числа депутатов, а от числа избранных депутатов.

В ст. 103 (часть 3) Конституции сказано, что "постановления Государственной Думы принимаются большинством голосов от общего числа голосов депутатов Государственной Думы, если иной порядок принятия решений не предусмотрен Конституцией Российской Федерации". При этом именно Конституция Российской Федерации в ст. 101 (часть 4) предоставляет палате право при решении внутренних вопросов устанавливать регламентом иной порядок принятия постановлений.

В полном соответствии с Конституцией в ст. 9 Регламента Государственной Думы, к примеру, установлено, что избранным на должность Председателя Государственной Думы... считается тот кандидат, который получил большинство голосов от числа избранных депутатов Государственной Думы.

Аналогичный порядок принятия решений используется в статьях 10, 19, 32 Регламента для принятия решений об избрании заместителей Председателя Государственной Думы, Счетной комиссии, Временной комиссии по Регламенту, Мандатной комиссии.

Толкование ст. 103 (часть 3), сводящееся к тому, что все постановления Государственной Думы должны приниматься большинством голосов от общего числа депутатов Государственной Думы, когда под "общим числом" понимается число депутатов, установленное для Государственной Думы частью 3 статьи 95 Конституции, то есть 450 депутатов (так называемое законное число), было бы недопустимым вторжением в полномочия палаты решать вопросы внутреннего распорядка и принимать Регламент.

2. Что касается самого запроса Государственной Думы о толковании части 3 статьи 103 Конституции, то производство по делу в соответствии со статьей 68 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" следует прекратить ввиду недопустимости запроса в этой части.

При решении вопроса о допустимости запросов о толковании Конституции необходимо разумное самоограничение судебной власти, с тем чтобы Конституционный Суд не оказался вовлеченным в политический процесс законотворчества.

Правила допустимости обращений о толковании Конституции основываются на принципе разделения властей (статья 10 Конституции) и на принципе связанности Конституционного Суда компетенцией иных органов (часть 3 статьи 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").

Не может считаться допустимым обращение в Конституционный Суд, если в нем содержится просьба дать толкование терминов (понятий) Конституции, глав Конституции либо Конституции в целом. Предметом обращения могут быть только "положения Конституции", а основанием рассмотрения дела в Конституционном Суде может быть только "обнаружившаяся неопределенность в понимании Конституции Российской Федерации" (часть 2 статьи 36 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации") в конкретной ситуации.

Конституционный Суд может рассматривать только обращения о толковании положений Конституции, предполагающие постановку конкретного конституционно - правового вопроса, касающегося только определенных норм (положений) Конституции, и исключающие возможность рассмотрения запросов о толковании понятий, глав Конституции, Конституции в целом. Подобные пределы полномочий Конституционного Суда по толкованию Конституции в процедуре части 5 ст. 125 Конституции необходимы ввиду потенциальной опасности того, что Президент, Правительство или палаты Федерального Собрания могут попытаться решать политические вопросы через толкование Конституции Конституционным Судом, избегая принятия решений. Давая толкование в этих случаях, Конституционный Суд может быть вынужден высказать политическую позицию в условиях политического конфликта.

Недопустимы запросы в Конституционный Суд о толковании (в процедуре части 5 статьи 125 Конституции) понятий, раскрытых (конкретизированных) в действующих нормативных актах.

При неопределенности в их конституционности следует обращаться в Конституционный Суд в рамках процедур частей 2, 3, 4 статьи 125 Конституции. Только при невозможности решения возникшего конституционно - правового вопроса в рамках этих процедур допустимо толкование Конституции в абстрактной форме.

Принцип презумпции конституционности актов предполагает только такой подход.

Положения действующего Регламента Государственной Думы также ограничивают возможности толкования статьи 103 Конституции Конституционным Судом.

Тем не менее Конституционный Суд не выявил мотивы обращения в

Суд с просьбой о толковании конституционного понятия "общее число депутатов".

Эти конституционные термины (понятия) могут быть раскрыты: 1) в законах (к примеру, в федеральном законе о порядке подготовки, рассмотрения и принятия законов); 2) в регламентах палат Федерального Собрания (при решении вопросов, касающихся внутренних отношений палат).

В статье 86 Регламента Государственной Думы определено, что под общим числом депутатов Государственной Думы понимается их число, установленное частью 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации, - 450 депутатов; под числом избранных депутатов Государственной Думы - число фактически избранных в Государственную Думу депутатов, за исключением тех депутатов, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке.

Осталось невыясненным, почему при действующем Регламенте Государственная Дума в запросе в Конституционный Суд излагает иную позицию в понимании понятия "общий состав депутатов", нежели та, которая закреплена в статье 86 Регламента.

Если Конституционный Суд будет давать толкование конституционных понятий (терминов), которые раскрыты законодателем в действующих нормативных актах, то возможно появление юридических коллизий, разрешение которых будет представлять большую сложность.

По изложенным основаниям, в соответствии с пунктом 2 статьи 43 и статьей 68 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" необходимо прекратить производство по запросу Государственной Думы в части, касающейся толкования статей 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2) и 117 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

ОСОБОЕ МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Б.С. ЭБЗЕЕВА ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ СТАТЕЙ 103 (ЧАСТЬ 3),
105 (ЧАСТИ 2 И 5), 107 (ЧАСТЬ 3), 108 (ЧАСТЬ 2), 117
(ЧАСТЬ 3) И 135 (ЧАСТЬ 2) КОНСТИТУЦИИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Согласно запросу Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Конституционному Суду надлежит разъяснить, совпадает ли общее число депутатов Государственной Думы с ее составом, установленным частью 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации - 450, либо оно означает число фактически избранных депутатов, за исключением тех депутатов, чьи полномочия на момент голосования прекращены в установленном порядке. Кроме того, Суду надлежало ответить на вопрос о том, дает ли содержащееся в некоторых из перечисленных статей Конституции (107 и 135) понятие "общее число членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы" основание для принятия решений на базе суммы голосов членов обеих палат парламента.

В связи с интерпретацией Судом ряда положений Конституции Российской Федерации при ответе на первый из поставленных Государственной Думой вопросов полагаю возможным, руководствуясь статьей 76 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", высказать следующее особое мнение.

1. В Конституции Российской Федерации двенадцать раз встречается словосочетание "общее число депутатов Государственной Думы (членов Совета Федерации)" и пятнадцать раз употреблен термин "состав (состоит)". Суд, интерпретируя эти понятия, исходил из того, что для толкования существенно то, что выражено в Конституции, а не то, что в ней хотели выразить ее создатели. Полагаю, однако, что необходимо ясно сознавать те негативные последствия, которые проистекают из отрыва воли законодателя от словесной формы ее выражения. При таком отрыве многократно усиливается опасность произвольного обращения с толкуемой нормой на том основании, что эта норма не всегда выражает действительные намерения ее создателей. Вопреки выраженной в Постановлении позиции, проблема не сводится только к лексическим особенностям изложения конституционного текста, различно юридическое содержание понятий, которые этими терминами обозначаются. Это различие было несомненно для составителей проекта Конституции Российской Федерации, в частности, членов Рабочей группы Конституционного совещания, которая специально касалась данного вопроса и согласилась с тем, что понятие общего числа депутатов Государственной Думы не тождественно понятию состава Государственной Думы и в своем арифметическом выражении может отличаться от конституционно установленного числа депутатов Государственной Думы - 450 депутатов.

2. В части 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации определен максимальный численный состав Государственной Думы, достаточный для обеспечения представительства всего многонационального народа Российской Федерации. Тем самым устанавливается число депутатских мандатов. Оно не зависит от итогов выборов и числа реально избранных депутатов, которых, однако, не может быть более 450. Что же касается общего числа депутатов, оно может равняться конституционно установленной численности данной палаты федерального парламента либо быть менее предусмотренной Конституцией Российской Федерации цифры, и именно из числа реально избранных депутатов исходит Конституция Российской Федерации, определяя порядок принятия федеральных законов и постановлений Государственной Думой по вопросам, входящим в ее ведение.

Иными словами, в части 3 статьи 95 Конституции Российской Федерации имеется в виду общее количество депутатских мандатов, то есть число подлежащих избранию депутатов Государственной Думы, а в толкуемых статьях Конституции - число избранных депутатов; если в первом случае говорится о должном, то во втором - о сущем.

3. Интерпретируя понятие "общее число депутатов Государственной Думы", следует учитывать конституционную модель разделения властей в Российской Федерации. В частности, согласно пункту "а" статьи 84 Основного Закона назначение выборов Государственной Думы возложено на Президента Российской Федерации, пределы усмотрения которого определяются. В случае образования вакантных депутатских мандатов вакансии, согласно Положению о выборах депутатов Государственной Думы в 1993 году, утвержденному Указом Президента Российской Федерации от 1 октября 1993 г. N 1557, и принятому 24 марта с.г. в третьем чтении Государственной Думой Федеральному закону "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации", восполняются самой Государственной Думой (в случае досрочного выбытия депутата, избранного в результате распределения депутатских мандатов между избирательными объединениями, избирательными блоками по федеральным спискам кандидатов), а в случае досрочного прекращения полномочий депутата, избранного в одномандатном избирательном округе, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации в течение месяца после появления вакансии назначает по данному округу дополнительные выборы депутата Государственной Думы.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10). Самостоятельность органов государственной власти, в том числе Государственной Думы, в осуществлении своих полномочий, сама возможность их осуществления не может ставиться в зависимость от выполнения или невыполнения иными органами государственной власти возложенных на них обязанностей.

4. Представляется, что понимание общего числа депутатов Государственной Думы как совпадающего с конституционным числом депутатских мандатов в этой палате не согласуется с принципом народовластия, в соответствии с которым многонациональный народ Российской Федерации, являющийся носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации, осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (статья 3 Конституции Российской Федерации).

В связи с этими положениями, имеющими основополагающее значение для всей системы организации власти в Российской Федерации, предполагается наличие такого механизма функционирования Государственной Думы и Совета Федерации, который бы адекватно и реально отражал интересы народа через волеизъявление законно избранных его представителей и исключал бы возможность произвольной интерпретации этой воли или ее искажения, в том числе в связи с процедурой принятия решений. Между тем включение в общее число голосов депутатов Государственной Думы вакантных депутатских мандатов, не замещенных путем свободных выборов, создает фикцию представительства народа и субъектов Федерации в парламенте.

Такое включение не отвечает требованиям и статьи 32 Конституции Российской Федерации, согласно которой граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей. Неизбрание кандидата в депутаты или досрочное прекращение полномочий депутатов приводят к тому, что часть избирателей не имеет реального представительства в Государственной Думе, и поэтому нет конституционных оснований включать в общее число голосов депутатов данной палаты, требуемое для вынесения ею решений, лиц, которые не избраны или утратили свои полномочия.

Избирателей в Федеральном Собрании представляют не мандаты, а депутаты, получившие свои полномочия от избирателей в результате требуемых Конституцией свободных выборов. Конституция Российской Федерации не может поощрять возможности манипулировать мнимой волей избирателей, не выраженной ни непосредственно, ни через свободно избранных представителей, она ориентирована на реальное и заинтересованное участие граждан в управлении делами государства. Демократические формы организации государственной власти не имеют социальной ценности, если они не наполнены реальным общественным содержанием. Декларируемая цель обеспечить народное представительство достигается не ужесточением порядка голосования и подведения его итогов, а свободными и демократическими выборами.

Из сказанного также вытекает необходимость наличия в каждый данный момент должного представительства народа в Государственной Думе. В интересах обеспечения условий для принятия Государственной Думой решений, выражающих действительную волю народа, сохранения ее представительного характера необходимо законодательное установление минимального числа депутатов, при котором она вправе осуществлять свои конституционные полномочия. При этом такой "критический порог" должен быть достаточно высок. Но установление такого порога - дело законодателя, а не Суда.

5. Отождествление общего числа депутатов органа народного представительства с его составом (числом депутатских мандатов) также не соответствует отечественной конституционно - правовой практике, в том числе развивающейся после 12 декабря 1993 года. В частности, согласно Конституции Российской Федерации (часть 3 статьи 5) федеративное устройство России основано на ее государственной целостности, единстве системы государственной власти. При этом органы государственной власти ее субъектов входят в единую систему государственной власти в Российской Федерации (часть 1 статьи 77 Конституции).

Единство государства предопределяет единство его правового, в том числе конституционного, пространства. Согласно части 2 статьи 5 и статье 73 Конституции Российской Федерации субъекты Российской Федерации имеют свои учредительные акты, которыми устанавливается их статус, и, в частности, вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации последние обладают всей полнотой государственной власти.

Действуя в пределах своих полномочий, вытекающих из федеральной Конституции, ряд субъектов Российской Федерации в своих конституциях и уставах закрепил правила, согласно которым представительные (законодательные) органы государственной власти этих субъектов вправе принимать решения по вопросам их ведения, исходя из числа избранных в эти органы депутатов. Иными словами, толкуя федеральную Конституцию, необходимо учитывать единство конституционной системы Российской Федерации и не допускать различного понимания единых для конституционной системы положений, понятий или терминов.

6. Оспариваемое истолкование понятий "общее число депутатов Государственной Думы" и "состав Государственной Думы" как тождественных может негативно сказаться на функционировании закрепленного в Основном Законе конституционного строя Российской Федерации, ибо при определенных условиях существенно затрудняет законодательную деятельность парламента. Акты, имеющие принципиальное значение для проводимых в стране реформ, особенно в случаях, когда для их принятия требуется квалифицированное большинство от общего числа депутатов Государственной Думы, могут оказаться заблокированными.

7. На основании изложенного считал бы правильным положение об общем числе депутатов Государственной Думы, содержащееся в статьях 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции Российской Федерации, понимать как конституционно установленное число депутатских мандатов в Государственной Думе за вычетом числа мандатов, являющихся вакантными.

0

11

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 6 апреля 1998 г. N 11-П

ПО ДЕЛУ О РАЗРЕШЕНИИ СПОРА МЕЖДУ
СОВЕТОМ ФЕДЕРАЦИИ И ПРЕЗИДЕНТОМ РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ, МЕЖДУ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМОЙ И ПРЕЗИДЕНТОМ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ ОБЯЗАННОСТИ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ ПОДПИСАТЬ ПРИНЯТЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН "О
КУЛЬТУРНЫХ ЦЕННОСТЯХ, ПЕРЕМЕЩЕННЫХ В СОЮЗ ССР
В РЕЗУЛЬТАТЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ И НАХОДЯЩИХСЯ
НА ТЕРРИТОРИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего Ю.М. Данилова, судей Э.М. Аметистова, М.В. Баглая, Н.Т. Ведерникова, В.Д. Зорькина, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой,
с участием представителей Государственной Думы - докторов юридических наук В.Б. Исакова и Е.Т. Усенко, представителя Совета Федерации - кандидата юридических наук М.Г. Шарце, полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации С.М. Шахрая,
руководствуясь статьей 125 (пункт "а" части 3) Конституции Российской Федерации, подпунктом "а" пункта 2 части первой статьи 3, подпунктом "а" пункта 2 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 92, 93 и 94 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о разрешении спора между Советом Федерации и Президентом Российской Федерации, между Государственной Думой и Президентом Российской Федерации об обязанности Президента Российской Федерации подписать принятый Федеральный закон "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации".
Поводом к рассмотрению дела явились ходатайства Совета Федерации и Государственной Думы о разрешении спора между Советом Федерации и Президентом Российской Федерации, а также между Государственной Думой и Президентом Российской Федерации об обязанности Президента Российской Федерации подписать названный Федеральный закон.
Основанием к рассмотрению дела явилось обнаружившееся противоречие в позициях заявителей, с одной стороны, и Президента Российской Федерации - с другой по вопросу об обязанности Президента Российской Федерации подписать этот Федеральный закон.
Поскольку ходатайства касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии со статьей 48 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" соединил дела по данным ходатайствам в одном производстве.
Заслушав сообщение судьи - докладчика В.Г. Стрекозова, объяснения представителей сторон, выступления приглашенных в заседание депутатов Государственной Думы О.О. Миронова и С.А. Попова, исследовав имеющиеся документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Государственная Дума 4 апреля 1997 года, а Совет Федерации - 14 мая 1997 года в соответствии со статьей 107 (часть 3) Конституции Российской Федерации вновь рассмотрели отклоненный Президентом Российской Федерации Федеральный закон "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации" и, как следует из принятых ими постановлений, конституционно установленным квалифицированным большинством голосов одобрили его в ранее принятой редакции. Однако Президент Российской Федерации 21 мая 1997 года возвратил Закон в Совет Федерации и Государственную Думу без рассмотрения.
Совет Федерации 10 июня 1997 года, а Государственная Дума - 14 июня 1997 года приняли постановления о повторном направлении Президенту Российской Федерации данного Федерального закона, в которых настаивали на необходимости его подписания и обнародования. Тем не менее Президент Российской Федерации 24 июня 1997 года вновь возвратил Закон в Совет Федерации и Государственную Думу без рассмотрения.
Таким образом, обращения палат Федерального Собрания к Президенту Российской Федерации с целью преодоления возникших разногласий не привели к разрешению спора.
2. Президент Российской Федерации отказался подписать Федеральный закон "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации", поскольку считает, что при повторном его рассмотрении в палатах Федерального Собрания была нарушена конституционная процедура одобрения федерального закона.
По мнению Президента Российской Федерации, установленная Регламентом Совета Федерации процедура голосования членов Совета Федерации не на заседании палаты, а в форме опроса посредством подписных листов не соответствует конституционной процедуре одобрения федеральных законов, подлежащих обязательному рассмотрению Советом Федерации. Президент Российской Федерации считает также, что при повторном рассмотрении данного Федерального закона конституционные требования не были соблюдены и Государственной Думой: в нарушение Регламента на заседании палаты не присутствовало необходимое число депутатов и не был соблюден принцип личного голосования депутатов.
В обоснование своей позиции Президент Российской Федерации ссылается на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 1996 года по делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции Российской Федерации, в котором толкуется понятие "принятый федеральный закон" и рассматривается возможность возвращения Президентом Российской Федерации принятых федеральных законов в палаты Федерального Собрания без рассмотрения.
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации определено, что отклонение федерального закона Президентом Российской Федерации, предусмотренное частью 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации, означает принятое в течение четырнадцати дней с момента получения закона решение Президента Российской Федерации об отказе в его подписании (вето) с указанием мотивов такого отказа; Президент Российской Федерации не вправе не подписать отклоненный им ранее федеральный закон после повторного его одобрения Государственной Думой и Советом Федерации в течение семи дней со дня получения постановлений палат Федерального Собрания об одобрении закона в первоначальной редакции и обязан обнародовать этот закон.
Вместе с тем не является отклонением федерального закона в смысле части 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации возвращение Президентом Российской Федерации федерального закона в соответствующую палату Федерального Собрания, возможное только в случае нарушения палатой установленных Конституцией Российской Федерации требований к порядку принятия федеральных законов и предусмотренных ею условий и процедур (абзац второй пункта 3 резолютивной части Постановления).
Государственная Дума и Совет Федерации считают, что ссылки Президента Российской Федерации на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 1996 года неправомерны, так как в процессе принятия Федерального закона "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации" и при его повторном рассмотрении палатами Федерального Собрания не было допущено нарушений установленных Конституцией Российской Федерации требований к порядку принятия федеральных законов и предусмотренных ею условий и процедур. Поэтому, по мнению палат Федерального Собрания, возвращение данного Федерального закона без рассмотрения является уклонением Президента Российской Федерации от исполнения своей конституционной обязанности подписать и обнародовать закон.
Таким образом, между Федеральным Собранием и Президентом Российской Федерации фактически возник спор о том, были ли в процессе принятия Федерального закона "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации" нарушены установленные Конституцией Российской Федерации требования к порядку принятия федеральных законов и предусмотренные ею условия и процедуры. Поскольку в данном споре стороны не достигли соглашения, они не могут в одностороннем порядке решать вопрос о том, было ли допущено нарушение установленного Конституцией Российской Федерации порядка принятия закона. Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 1996 года, споры между субъектами законодательного процесса в связи с порядком принятия федерального закона в случае недостижения согласия могут быть переданы заинтересованными сторонами в соответствии со статьей 125 Конституции Российской Федерации и Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации" на рассмотрение Конституционного Суда Российской Федерации (пункт 5 мотивировочной части).
3. Обосновывая свою позицию, Президент Российской Федерации ссылается на несоответствие Конституции Российской Федерации тех положений Регламента Совета Федерации, на основе которых палата принимала решение об одобрении Федерального закона "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации", а также на нарушения Государственной Думой ее Регламента.
Между тем Президент Российской Федерации не наделен правом оценивать конституционность Регламента Совета Федерации, являющегося нормативным актом палаты, - он лишь может обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с соответствующим запросом. Такой запрос в Конституционный Суд Российской Федерации не поступал, а проверять конституционность нормативного акта по собственной инициативе Конституционный Суд Российской Федерации не вправе. Однако без рассмотрения этого вопроса невозможно определить, был ли в данном случае нарушен конституционно установленный порядок одобрения федерального закона при повторном его рассмотрении в Совете Федерации.
Что касается вопроса о нарушении Государственной Думой своего Регламента при повторном рассмотрении Федерального закона "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации", то его рассмотрение Конституционным Судом Российской Федерации, в том числе установление фактических обстоятельств и оценка доказательств, по существу, означало бы проверку конституционности данного Федерального закона по порядку принятия. Однако, по смыслу статьи 125 Конституции Российской Федерации и статей 36, 84 - 87 и 94 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации не осуществляет предварительный контроль законов, не вступивших в силу, т.е. не подписанных и не обнародованных Президентом Российской Федерации.
Согласно части второй статьи 94 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" рассмотрение дела о соответствии Конституции Российской Федерации нормативного акта, являющегося предметом спора о компетенции, по содержанию норм, форме и порядку его подписания, принятия, опубликования или введения в действие возможно только на основании отдельного запроса и в соответствии с порядком рассмотрения дел о конституционности нормативных актов. Следовательно, в процедуре спора о компетенции Конституционный Суд Российской Федерации не может проверить, нарушила ли в данном случае Государственная Дума установленный Конституцией Российской Федерации порядок принятия федеральных законов, а также соответствующие правила, предусмотренные Регламентом Государственной Думы.
Таким образом, сложилась ситуация, в которой спор между участниками законодательного процесса в течение длительного времени не получил разрешения, сам законодательный процесс оказался заблокированным, а устранение возникших разногласий Конституционным Судом Российской Федерации в данном случае возможно лишь в процедуре рассмотрения дел о соответствии Конституции Российской Федерации нормативных актов (глава IX Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"). В этой ситуации, по смыслу статьи 107 (часть 3) Конституции Российской Федерации и с учетом того, что установленные Конституцией Российской Федерации требования к принятию федерального закона и предусмотренные ею условия и процедуры носят безусловный характер и не могут меняться по усмотрению участников законодательного процесса (пункт 5 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 1996 года), Президент Российской Федерации обязан подписать и обнародовать Федеральный закон "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации".
Установленная настоящим Постановлением необходимость подписания и обнародования Президентом Российской Федерации данного Федерального закона в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 107 Конституции Российской Федерации, не может рассматриваться как подтверждение его соответствия или несоответствия Конституции Российской Федерации, в том числе по порядку принятия.
После подписания и обнародования Федерального закона "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации" Президент Российской Федерации вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке его конституционности по основаниям, предусмотренным статьей 86 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 75 и 95 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Подтвердить обязанность Президента Российской Федерации в соответствии со статьей 107 (часть 3) Конституции Российской Федерации подписать и обнародовать принятый Федеральный закон "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации", что не препятствует Президенту Российской Федерации обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке соответствия Конституции Российской Федерации названного Федерального закона, в том числе по порядку принятия.
2. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.
3. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации


ОСОБОЕ МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Э.М. АМЕТИСТОВА

1. Для решения рассматриваемого дела необходимо, прежде всего, уяснить точный смысл Постановления Конституционного Суда Российской Федерации (далее - КС) по делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции Российской Федерации от 22 апреля 1996 года (далее - Постановление от 22 апреля 1996 г.), поскольку Президент Российской Федерации (далее - Президент) ссылается на это Постановление в обоснование своей позиции, а заявители - Совет Федерации и Государственная Дума Федерального Собрания - считают эти ссылки неправомерными.
В абзаце четвертом пункта 5 мотивировочной части Постановления от 22 апреля 1996 г. указывается, что Президент в силу части 2 статьи 80 (т.е. выполняя свои функции гаранта Конституции Российской Федерации), и части 1 статьи 107 Конституции Российской Федерации (предусматривающей, что Президенту для подписания и обнародования направляется лишь принятый федеральный закон), вправе вернуть федеральный закон в соответствующую палату в случае нарушения установленного Конституцией Российской Федерации (далее - Конституция) порядка принятия федерального закона, если эти нарушения ставят под сомнение результаты волеизъявления палат Федерального Собрания и само принятие закона. При этом Президент должен указать на конкретные нарушения названных конституционных требований.
Такой закон, указывается далее в том же Постановлении, не может считаться "принятым федеральным законом" в смысле части 1 статьи 107 Конституции, а его возвращение в палаты Федерального Собрания - отклонением в смысле части 3 статьи 107 Конституции, поскольку установленные Конституцией требования к принятию федерального закона и предусмотренные ею условия и процедуры носят безусловный характер и не могут меняться по усмотрению участников законодательного процесса.
Вышесказанное позволяет прийти к следующим выводам:
1) Президент обязан подписывать и обнародовать федеральный закон, повторно принятый Федеральным Собранием с соблюдением конституционных требований, и вправе вернуть в палаты Федерального Собрания без подписания и обнародования такой закон, если не считает его принятым в смысле части 1 статьи 107 Конституции. Это право принадлежит Президенту как гаранту Конституции, обязанному обеспечивать все установленные ею законодательные процедуры;
2) принимая такое решение, Президент вправе основывать его на собственном мнении, выраженном в одностороннем порядке, о наличии допущенных нарушений конституционных процедур принятия закона, с учетом имеющихся у него фактов;
3) на данном этапе законодательного процесса от президента не требуется соблюдения каких-либо других условий для вынесения им указанного решения, кроме его собственного мнения относительно допущенных нарушений.
Вместе с тем, это решение, основанное на собственном мнении Президента, отнюдь не является окончательным и подлежит дальнейшей оценке либо в согласительной процедуре с палатами Федерального Собрания, либо в судебном порядке, поскольку далее в Постановлении от 22 апреля 1996 г. говорится, что споры между субъектами законодательного процесса в связи с порядком принятия федерального закона в случае недостижения согласия могут быть переданы заинтересованными сторонами в соответствии со статьей 125 Конституции и Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации" (далее - ФЗоКС) "на рассмотрение Конституционного Суда Российской Федерации". КС в данном случае должен установить, были ли у Президента основания принимать указанное решение или нет. Именно в этом состояла задача КС и при решении рассматриваемого дела.
КС, однако, в своем Постановлении по рассматриваемому делу указал, что "поскольку в данном споре стороны не достигли соглашения, они не могут в одностороннем порядке решать вопрос о том, было ли допущено нарушение установленного Конституцией Российской Федерации порядка принятия закона" (абзац седьмой пункта 2 мотивировочной части). Тем самым КС фактически отказал как Президенту, так и палатам Федерального Собрания иметь собственные мнения в возникшем споре, если они не достигли соглашения, и в качестве единственного условия для возвращения Президентом федерального закона, который он не считает принятым, выдвинул наличие такого соглашения между сторонами спора.
В результате становится в принципе невозможным возвращение Президентом федерального закона без рассмотрения на основании своего собственного мнения, что предусмотрено Постановлением от 22 апреля 1996 г., поскольку непременным условием для такого возвращения должно служить соглашение сторон, то есть признание палатами Федерального Собрания факта нарушения ими конституционного порядка принятия федерального закона.
Столь же невозможным оказывается возникновение спора о компетенции между субъектами законодательного процесса в связи с порядком принятия федерального закона и соответственно его разрешение КС, поскольку в случае соглашения сторон спорить не о чем, а в отсутствие такого соглашения Президент не вправе возвратить в палаты Федерального Собрания закон, принятый, по его мнению, с нарушением конституционных процедур.
Фактически КС в своем Постановлении по рассматриваемому делу оставил Президенту только одну возможность оспорить действия палат Федерального Собрания в ходе законодательного процесса - в порядке разрешения дела о конституционности федерального закона (абзац пятый пункта 3 мотивировочной части). Но для этого Президенту в любом случае необходимо сначала подписать такой закон, даже если он, по мнению Президента, не может считаться "принятым федеральным законом" в смысле части 1 статьи 107 Конституции. Вследствие этого Президент оказывается не в состоянии выполнить свои полномочия гаранта Конституции, так как вынужден санкционировать вступление в силу закона, принятого с возможным нарушением конституционных процедур, который будет действовать до принятия КС соответствующего решения в процедуре проверки конституционности нормативных актов.
Однако из Постановления от 22 апреля 1996 г. недвусмысленно следует, что Президент вправе возвратить без подписания федеральный закон, который он не считает принятым, лишь на основании своего собственного мнения о допущенных нарушениях и что в этом случае КС рассматривает возникшие разногласия между субъектами законодательного процесса до подписания этого закона и вступления его в силу. Причем КС должен делать это именно в процедуре рассмотрения спора между указанными субъектами, а не в какой-либо иной.
Таким образом, в ходе рассмотрения данного дела КС, заседавший в составе палаты, принял решение, которое существенным образом отличается от правовой позиции, выраженной в Постановлении от 22 апреля 1996 г. Но в соответствии со статьей 73 ФЗоКС "в случае, если большинство участвующих в заседании палаты судей склоняются к необходимости принять решение, не соответствующее правовой позиции, выраженной в ранее принятых решениях Конституционного Суда Российской Федерации, дело передается в пленарное заседание". Этого, однако, сделано не было.
2. В своем Постановлении по рассматриваемому делу КС, сославшись на процедурные требования ФЗоКС (абзацы второй - четвертый пункта 3 мотивировочной части), не дал ответа на существенно важный вопрос: были ли в ходе принятия Федерального закона "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации" допущены нарушения конституционных требований, что утверждал Президент и отрицали палаты Федерального Собрания.
Но без решения этого вопроса невозможно подтвердить или не подтвердить обязанность Президента подписать и обнародовать указанный закон. Тем более, что для его решения, вовсе не обязательно оценивать конституционность Регламента Совета Федерации и выяснять, нарушила ли Государственная Дума соответствующие правила своего Регламента. Необходимо установить лишь один факт - был ли упомянутый закон принят большинством не менее двух третей голосов от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы (как того требует часть 3 статьи 107 Конституции) или не был. Установление этого факта представляется допустимым в процедуре рассмотрения споров о компетенции.
Если же КС склонился к принятию решения о недопустимости рассмотрения указанного факта в данной процедуре, предусмотренной Постановлением от 22 апреля 1996 г., то тем больше у него было оснований для передачи рассматриваемого дела в пленарное заседание КС, принявшее указанное Постановление.
Фактически основной аргумент, на основании которого КС обязал Президента подписать и обнародовать Федеральный закон "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации", состоит в том, что "сложилась ситуация, в которой спор между участниками законодательного процесса в течение длительного времени не получил разрешения, сам законодательный процесс оказался заблокированным, а устранение возникших разногласий Конституционным Судом Российской Федерации в данном случае возможно лишь в процедуре рассмотрения дел о соответствии Конституции Российской Федерации нормативных актов" (абзац пятый пункта 3 Постановления по рассматриваемому делу). Полагаю, что это - аргумент не из области права, а из области целесообразности. Однако в соответствии с частью второй статьи 3 ФЗоКС "Конституционный Суд Российской Федерации решает исключительно вопросы права".

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»