narcorik.ru



САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ » Конституция РФ, статьи, комментарии, материалы » ГЛАВА 2. ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. Статья 48


ГЛАВА 2. ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. Статья 48

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Конституция РФ
Раздел I
Глава 2 Права и свободы человека и гражданина
Статья 48

1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно.
2. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

Подпись автора

Лойер Клуб - свежие новости с юридических полей !

0

2

Статья 48

1. Квалифицированная юридическая помощь в РФ оказывается адвокатурой на основании Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

2. При оказании бесплатной юридической помощи оплата труда адвоката по защите лиц, освобожденных от оплаты полностью или частично органами дознания, предварительного следствия или судом, расходы на оплату его труда компенсируются за счет средств федерального бюджета (статья 50 УПК).

3. Статья 49 УПК конкретизирует положение части 2 статьи 48 Конституции, определяя момент допуска защитника к участию в уголовном деле. Допуск возможен с момента вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого; с момента возбуждения уголовного дела; с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, и применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу; с момента объявления лицу, подозреваемому в совершении преступления, постановления о назначении судебно-психиатрической экспертизы; с момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления.

0

3

Статья 48

1. Потребность в получении юридической помощи возникает постоянно и повсеместно. Практически нет такой сферы жизни или человеческой деятельности, в которой не нужно было бы знать и применять те или иные правовые нормы. Идет ли речь о работе или учебе, приобретении или продаже товаров, получении услуг, обращении в государственные или иные органы, об участии в деятельности общественных организаций, о выборах в парламент, получении государственных пенсий и социальных пособий и др. - везде может потребоваться квалифицированная помощь юриста.

Реализация закрепленных в Конституции основных прав и свобод граждан невозможна без включения правового механизма. Гарантия государственной защиты прав и свобод человека (ст. 45 Конституции), в свою очередь, требует гарантий получения квалифицированной правовой помощи. Реализация права каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, требует знания об этих запретах. Определить орган, полномочный разрешить жалобу или заявление, помочь гражданину составить соответствующий документ, - задача юристов. Составление документов, участие в судах в качестве представителей жалобщиков, истцов, ответчиков, третьих лиц в гражданском судопроизводстве, оказание юридической помощи лицу, привлекаемому к административной ответственности, - все это требует квалифицированной юридической помощи.

Юридические службы имеются в министерствах и ведомствах, органах государственной власти и местного самоуправления, на многих предприятиях, в учреждениях, организациях, общественных объединениях. В них работают юристы, знающие специфику соответствующих отраслей народного хозяйства, участков работы. Они оказывают определенную правовую помощь и работающим там сотрудникам.

Частично юридическое обеспечение в рамках Основ законодательства о нотариате от 11 февраля 1993 г. (Ведомости РФ. 1993. N 10. ст. 357), защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц путем совершения предусмотренных законодательством нотариальных действий от имени Российской Федерации выполняют нотариусы. В соответствии с ч. 4 ст. 22 названных Основ определенной категории граждан предоставляется льготное юридическое обслуживание.

При отсутствии в населенном пункте нотариуса нотариальные действия совершают должностные лица органов исполнительной власти, уполномоченные на совершение этих действий.

Нотариусы, в частности: удостоверяют сделки; выдают свидетельства о праве собственности на долю в общем имуществе супругов; свидетельствуют верность копий документов и выписок из них, подписей на документах, перевода документов с одного языка на другой; совершают исполнительные надписи; принимают на хранение документы. Свидетельства о праве на наследство выдают нотариусы, работающие в государственных конторах, а в предусмотренном Основами случае - и нотариусы, занимающиеся частной практикой. Так, при отсутствии в нотариальном округе государственной нотариальной конторы совершение этого нотариального действия поручается совместным решением органа юстиции и нотариальной палаты одному из нотариусов, занимающихся частной практикой.

Ряд норм об оказании юридической помощи населению по государственной и общественной защите прав потребителей содержится в Законе РФ "О защите прав потребителей" от 7 февраля 1992 г., в ред. от 9 января 1996 г. (СЗ РФ. 1996. N 3. ст. 140). В нем, например, предусмотрено, что федеральный антимонопольный орган и его территориальные органы вправе обращаться в суд для защиты прав потребителей в случае обнаружения их нарушения. Широкие возможности по оказанию юридической помощи потребителям предоставляются общественным объединениям потребителей, их ассоциациям, союзам. Они наделены, в частности, правом проверять соблюдение прав потребителей и правил торгового, бытового и иных видов обслуживания, участвовать в проведении экспертиз по фактам нарушений прав потребителей.

Особое место в оказании юридической помощи занимает адвокатская деятельность. Адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь - оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном ФЗ от 31 мая 2002 г. "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", - физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию. Адвокатская деятельность не является предпринимательской.

Оказывая юридическую помощь, адвокат: дает консультации и справки по правовым вопросам как в устной, так и в письменной форме; составляет заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера; представляет интересы доверителя в конституционном судопроизводстве; участвует в качестве представителя доверителя в гражданском и административном судопроизводстве; участвует в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях; участвует в качестве представителя доверителя в разбирательстве дел в третейском суде, международном коммерческом арбитраже (суде) и иных органах разрешения конфликтов; представляет интересы доверителя в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях; представляет интересы доверителя в органах государственной власти, судах и правоохранительных органах иностранных государств, международных судебных органах, негосударственных органах иностранных государств, если иное не установлено законодательством иностранных государств, уставными документами международных судебных органов и иных международных организаций или международными договорами Российской Федерации; участвует в качестве представителя доверителя в исполнительном производстве, а также при исполнении уголовного наказания; выступает в качестве представителя доверителя в налоговых правоотношениях. Адвокат вправе оказывать иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом.

Представителями организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления в гражданском и административном судопроизводстве, судопроизводстве по делам об административных правонарушениях могут выступать только адвокаты, за исключением случаев, когда эти функции выполняют работники, состоящие в штате указанных организаций, органов государственной власти и органов местного самоуправления, если иное не установлено федеральным законом.

Адвокат, как и лицо, имеющее ученую степень по юридической специальности, может быть представителем сторон при рассмотрении дел в Конституционном Суде.

Для получения юридической помощи можно обращаться в любую юридическую консультацию или к адвокату независимо от места жительства. Адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем. В соответствии со ст. 26 названного ФЗ юридическая помощь гражданам Российской Федерации, среднедушевой доход которых ниже величины прожиточного минимума, установленного законом соответствующего субъекта Федерации, оказывается бесплатно в следующих случаях: истцам - по рассматриваемым судами первой инстанции делам о взыскании алиментов, возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с трудовой деятельностью; ветеранам Великой Отечественной войны - по вопросам, не связанным с предпринимательской деятельностью; гражданам Российской Федерации - при составлении заявлений о назначении пенсий и пособий; гражданам Российской Федерации, пострадавшим от политических репрессий, - по вопросам, связанным с реабилитацией.

Перечень документов, необходимых для получения гражданами Российской Федерации юридической помощи бесплатно, а также порядок предоставления указанных документов определяются законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Федерации.

Юридическая помощь оказывается во всех случаях бесплатно несовершеннолетним, содержащимся в учреждениях системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Труд адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, оплачивается за счет средств федерального бюджета. Расходы на эти цели учитываются в федеральном законе о федеральном бюджете на очередной год в соответствующей целевой статье расходов.

Размер вознаграждения адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, и порядок компенсации адвокату, оказывающему юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно, устанавливаются Правительством. Размер дополнительного вознаграждения, выплачиваемого за счет средств адвокатской палаты адвокату, участвующему в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, и порядок выплаты вознаграждения за оказание юридической помощи гражданам Российской Федерации бесплатно устанавливаются ежегодно собранием (конференцией) адвокатов. В соответствии со ст. 50 УПК Российской Федерации и во исполнение ст. 25 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" Правительством РФ принято Постановление от 4 июля 2003 г. N 400 "О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда".

Приведенные положения об участии адвоката в уголовном судопроизводстве и о возможности освобождения обвиняемого от оплаты труда адвоката соответствуют требованиям п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, в котором установлено, что каждый имеет право при рассмотрении любого предъявленного ему обвинения "быть судимым в его присутствии и защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника; если он не имеет защитника, быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком случае, когда у него нет достаточно средств для оплаты этого защитника". Аналогичное положение содержится и в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. "с" ч. 3 ст. 6).

Закон города Москвы от 4 октября 2006 г. N 49 "Об оказании адвокатами бесплатной юридической помощи гражданам Российской Федерации в городе Москве" устанавливает перечень документов и порядок их предоставления для оказания адвокатами гражданам Российской Федерации бесплатной юридической помощи в городе Москве, а также порядок компенсации расходов адвокату, оказывающему бесплатную юридическую помощь.

2. Особым видом квалифицированной юридической помощи является помощь, которая оказывается в рамках уголовного судопроизводства лицам, подозреваемым или обвиняемым в совершении преступления, их защитниками. Причем Конституция, гарантируя обвиняемому право на помощь адвоката (защитника), недвусмысленно связывает помощь защитника (как процессуальной фигуры) с деятельностью адвоката - профессионального юриста, получившего в соответствии с ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ" статус адвоката, состоящего в одной из действующих на территории Российской Федерации адвокатских палат и работающего в определенном адвокатском образовании.

В соответствии с ч. 2 ст. 49 УПК по определению (постановлению) суда в качестве защитника наряду с адвокатом могут быть допущены один из близких родственников или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый. Учитывая, что закон не требует от такого лица, чтобы оно имело юридическое образование и (или) опыт юридической деятельности, его участие в производстве по уголовному делу не может расцениваться как реализация требований ч. 2 комментируемой статьи. Такой вывод следует как из резолютивной, так и из описательной части (п. 5) Постановления Конституционного Суда от 28 января 1997 г. N 2-П (СЗ РФ. 1997. N 7. ст. 871).

Поскольку, таким образом, вопрос об участии в уголовном деле в качестве защитника лица, не являющегося членом адвокатской палаты, выходит за рамки положений ч. 2 ст. 48 Конституции, его решение должно осуществляться не на их основе, а исходя из прямых предписаний уголовно-процессуального законодательства. При этом участие в качестве защитников в уголовном судопроизводстве лиц, не являющихся адвокатами, никоим образом не вступает в противоречие с Конституцией - оно может выступать в качестве дополнительной, по отношению к основной - закрепленной в ч. 2 комментируемой статьи, гарантии права подозреваемого (обвиняемого) на защиту в уголовном судопроизводстве, допускаемой в соответствии с ч. 2 ст. 45 Конституции. С учетом этого у законодателя и правоприменительной практики есть возможность с учетом конкретной социально-правовой ситуации (недостаток численности адвокатов, необходимость преодоления монополизма адвокатских образований, высокий уровень оплаты адвокатских услуг, уровень профессионализма членов правозащитных организаций и сотрудников юридических фирм и т.д.) выработать наиболее эффективную и целесообразную позицию относительно возможности расширения круга лиц (причем не только профессиональных юристов), могущих осуществлять в уголовном судопроизводстве функции защиты. В настоящее время иное, помимо адвоката, лицо может участвовать в уголовном деле в качестве защитника при наличии следующих условий: 1) о допуске его в уголовное дело ходатайствует обвиняемый; 2) такое ходатайство заявлено в судебных стадиях производства по уголовному делу; 3) в деле участвует защитник-адвокат; 4) судом вынесено определение (постановление) о допуске такого лица в качестве защитника.

Право пользоваться помощью адвоката (защитника) возникает у лица с момента фактического выдвижения в отношении него органами уголовного преследования или потерпевшим (по делам частного обвинения) притязаний (подозрения или обвинения), связанных с фактом совершения преступления.

Такой вывод не противоречит тому, что комментируемая норма прямо указывает на право задержанного, заключенного под стражу, обвиняемого в совершении преступления пользоваться помощью адвоката (защитника) лишь с момента, соответственно, задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. Как отметил Конституционный Суд в Постановлении от 27 июня 2000 г. N 11-П (СЗ РФ. 2000. N 27. ст. 2882), закрепляя право на помощь адвоката (защитника) как непосредственно действующее, Конституция не связывает предоставление помощи адвоката (защитника) с формальным признанием лица подозреваемым либо обвиняемым, а следовательно, и с моментом принятия органом дознания, следствия или прокуратуры какого-либо процессуального акта и не наделяет федерального законодателя правом устанавливать ограничительные условия его реализации.

Норма ст. 48 (ч. 2) Конституции определенно указывает на сущностные признаки, характеризующие фактическое положение лица как нуждающегося в правовой помощи в силу того, что его конституционные права, прежде всего на свободу и личную неприкосновенность, ограничены, в том числе в связи с уголовным преследованием в целях установления его виновности. Поэтому конституционное право пользоваться помощью адвоката (защитника) возникает у конкретного лица, независимо от его формального процессуального статуса, в том числе от признания задержанным, подозреваемым или обвиняемым (в смысле, придаваемом этим понятиям уголовно-процессуальным законом), уже с того момента, когда управомоченными органами власти в отношении него предприняты меры, реально ограничивающие права, в том числе право на свободу и личную неприкосновенность.

Означенный подход согласуется и с нормами международного права, являющимися составной частью правовой системы России (ч. 4 ст. 15; ч. 1 ст. 17 Конституции), согласно которым каждому арестованному или задержанному сообщаются незамедлительно причины ареста и предъявляемое обвинение и обеспечивается право на безотлагательное решение судом вопроса о законности задержания и справедливое публичное разбирательство дела при предоставлении возможности защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника, а если обвиняемый не имеет защитника, он вправе быть уведомлен об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда того требуют интересы правосудия, безвозмездно для него, когда у него недостаточно средств для оплаты этого защитника (ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 5 и 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Рассматривая право обвиняемого на получение помощи адвоката, Европейский суд по правам человека сформулировал ряд положений, согласно которым отказ задержанному в доступе к адвокату в течение первых часов допросов полицией в ситуации, когда праву на защиту мог быть нанесен невосполнимый ущерб, является - каким бы ни было основание для такого отказа - несовместимым с правами обвиняемого, предусмотренными статьей 6 (п. 3с) Конвенции о защите прав человека и основных свобод (решение от 8 февраля 1996 г. по делу Murray, 1996-1, para 66). При этом под обвинением в смысле ст. 6 Конвенции Европейский суд понимает не только официальное уведомление об обвинении, но и иные меры, связанные с подозрением в совершении преступления, которые влекут серьезные последствия или существенным образом сказываются на положении подозреваемого (решение от 27 февраля 1980 г. по делу Deweer, Series A, no. 35, para 44, 46; решение от 15 июля 1982 г. по делу Eckle, Series A, no. 51, para 73; решение от 10 декабря 1982 г. по делу Foti, Series A, no. 56, para 52), т.е. считает необходимым исходить из содержательного, а не формального понимания обвинения.

Основываясь на правовых позициях, сформулированных в названных документах, федеральный законодатель предусмотрел в ч. 3 ст. 49 УПК, что защитник участвует в уголовном деле: 1) с момента вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого; 2) с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица; 3) с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления; 4) с момента вручения уведомления о подозрении в совершении преступления в порядке; 5) с момента объявления лицу, подозреваемому в совершении преступления, постановления о назначении судебно-психиатрической экспертизы; 6) с момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления.

По делам частного обвинения, возбуждаемым путем подачи потерпевшим жалобы в суд, лицо, которое обвиняется в совершении преступления, может пользоваться помощью защитника с момента принятия мировым судьей жалобы к своему производству (ст. 318 УПК).

В случае если к моменту начала соответствующего следственного или иного процессуального действия участие защитника в судопроизводстве не обеспечивается, подозреваемый или обвиняемый может отказаться от дачи показаний и от участия в иных процессуальных действиях, а лицо, производящее дознание, следователь и суд должны воздерживаться от проведения таких действий. Как подчеркнул Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 31 октября 1995 г. N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", при нарушении конституционного права пользоваться помощью адвоката (защитника) "все показания задержанного, заключенного под стражу, обвиняемого и результаты следственных действий, проведенных с их участием, должны рассматриваться судом как доказательства, полученные с нарушением закона" (БВС РФ. 1996. N 1. С. 3).

Устанавливая момент, с которого защитник допускается к участию в производстве по уголовному делу, законодатель не мог не учитывать то, что в определенных случаях незамедлительное приглашение защитника может оказаться технически невозможным как вследствие безотлагательности (внезапности) проведения процессуального действия, так и ввиду затруднительности обеспечения подозреваемому (обвиняемому) возможности выбора защитника в данный момент по его усмотрению. В этой связи он предусматривает, что если в течение 24 часов с момента задержания подозреваемого или заключения подозреваемого, обвиняемого под стражу явка защитника, приглашенного им, невозможна, то дознаватель, следователь или прокурор должен принять меры по назначению защитника. При отказе подозреваемого, обвиняемого от назначенного защитника следственные действия с участием подозреваемого, обвиняемого могут быть произведены без участия защитника, за исключением случаев, когда в соответствии с п. 2-7 ч. 1 ст. 51 УПК участие защитника является обязательным. В иных случаях при неявке или невозможности явки приглашенного защитника в течение 5 суток со дня заявления ходатайства о его приглашении дознаватель, следователь, прокурор или суд вправе предложить подозреваемому, обвиняемому пригласить другого защитника, а в случае его отказа принять меры по назначению защитника; если участвующий в уголовном деле защитник в течение 5 суток не может принять участие в производстве конкретного процессуального действия, а подозреваемый, обвиняемый не приглашает другого защитника и не ходатайствует о его назначении, то дознаватель, следователь вправе произвести данное процессуальное действие без участия защитника, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2-7 ч. 1 ст. 51 УПК.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 5 марта 2004 г. N 1 "О применении судами норм УПК РФ" (БВС РФ. 2004. N 5) и Конституционный Суд в Определении от 25 января 2007 г. N 31-О-О признали, что не только при рассмотрении уголовных дел по существу, но и при решении в ходе уголовного судопроизводства иных вопросов (в том числе о возможности продления срока содержания обвиняемого под стражей) суд при отсутствии отказа обвиняемого от защитника обязан обеспечивать его участие в судебном заседании, исходя из того что Конституция (ч. 2 ст. 48) гарантирует каждому обвиняемому право пользоваться помощью адвоката (защитника), а УПК (п. 1 ч. 1 ст. 51, ч. 3 и 4 ст. 50) предусматривает, что участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если обвиняемый не отказался от него, и что при невозможности явки приглашенного обвиняемым защитника дознаватель, следователь, прокурор и суд должны принять меры к назначению защитника.

На практике право обвиняемого пользоваться в ходе уголовного судопроизводства помощью адвоката (защитника) нередко ограничивается только стадиями предварительного расследования, подготовки к судебному заседанию (предварительного слушания) и судебного разбирательства. Однако такое сужение сферы реализации данного права не вытекает ни из Конституции, ни из уголовно-процессуального законодательства. В ч. 2 ст. 48 Конституции указан лишь начальный момент, с которого возможно участие в деле адвоката, но конечные процессуальные границы такого участия не установлены. Из ч. 2 ст. 47 УПК между тем следует, что обвиняемым является как то лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого, так и то лицо, дело в отношении которого принято к производству судом (подсудимый) и в отношении которого вынесен обвинительный или оправдательный приговор (соответственно осужденный или оправданный). Таким образом, до тех пор пока уголовно-процессуальная деятельность по конкретному уголовному делу не завершена, обвиняемый в этом деле (в том числе в стадиях кассационного или надзорного производства, а также в стадии исполнения приговора) в полном объеме должен пользоваться всеми правами, включая и право на помощь защитника.

То, что право пользоваться помощью адвоката (защитника) не ограничивается отдельными стадиями уголовного судопроизводства и не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, признал и Конституционный Суд в Определении от 8 февраля 2007 г. N 257-О-П. В этом решении Конституционный Суд солидаризировался с Европейским Судом по правам человека, который в постановлениях от 13 мая 1980 г. по делу "Артико (Artico) против Италии" и от 25 апреля 1983 года по делу "Пакелли (Pakelli) против Федеративной Республики Германии" признал, что непредоставление осужденному, если у него нет достаточных средств для оплаты услуг защитника и если того требуют интересы правосудия, такой помощи является нарушением прав, гарантированных подпунктом "с" п. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Данная правовая позиция была распространена Конституционным Судом не только на стадию кассационного производства, но и на надзорное производство, точнее, на ту его часть, в которой суд надзорной инстанции проверяет законность и обоснованность вступившего в законную силу судебного решения в судебном заседании, поскольку необходимость обеспечения участия защитника в надзорном производстве возникает лишь с того момента, когда суд надзорной инстанции приступает к рассмотрению дела по существу в соответствии с принципами уголовного судопроизводства.

В то же время право осужденного на участие в заседании суда надзорной инстанции выбранного им защитника либо на получение (по просьбе осужденного) помощи защитника по назначению не означает возложения на суд обязанности обеспечить осужденному бесплатную помощь защитника для подготовки надзорной жалобы, а также для участия в предварительной процедуре рассмотрения надзорных жалоб или представлений (ст. 406 УПК), так как на этом этапе производство по уголовному делу, завершенному вступившим в законную силу приговором, ведется в особом порядке, не предполагающем, в частности, вызов сторон и проведение судебного заседания. Это, впрочем, не лишает осужденного права в соответствии с ч. 8 ст. 12 УИК самостоятельно обращаться за юридической помощью (в написании надзорной жалобы и др.) по уголовному делу в соответствующее адвокатское образование либо к иным лицам, управомоченным на оказание такой помощи.

Важной гарантией права подозреваемого, обвиняемого на помощь адвоката (защитника) является установленное пунктом 1 ч. 1 ст. 51 УПК правило, в соответствии с которым участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если подозреваемый, обвиняемый не отказался от него в установленном порядке. Это, в частности, предполагает обязанность дознавателя, следователя, прокурора во всяком случае привлечения лица в качестве подозреваемого или обвиняемого предоставить ему защитника, и только в случае письменного отказа от его помощи производство по делу может вестись без участия защитника. Нужно, правда, заметить, что в соответствии с ч. 2 ст. 52 УПК отказ от защитника не является обязательным для органов расследования или суда, поэтому в случаях, когда имеются основания предполагать его вынужденный или неосознанный характер либо неспособность обвиняемого или подозреваемого в силу особенностей его личности или обстоятельств дела самостоятельно осуществлять свою защиту, а также в целях предотвращения в последующем безосновательных ссылок на нарушение права на защиту отказ от защитника может быть отклонен.

Статья 51 УПК предусматривает также ряд других оснований, связанных с особенностями личности подозреваемого, обвиняемого, особенностями инкриминируемого ему преступления или особенностями процедуры судебного разбирательства, которые предполагают обязательность участия защитника в деле. Речь идет о делах: 1) несовершеннолетних; 2) лиц, которые в силу физических или психических недостатков не могут самостоятельно осуществлять свое право на защиту; 3) по которым судебное разбирательство проводится в отсутствие подсудимого, уклоняющегося от явки в суд; 4) лиц, не владеющих языком, на котором ведется производство по уголовному делу; 5) лиц, обвиняемых в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь; 6) подлежащих рассмотрению судом с участием присяжных заседателей; 7) подлежащих рассмотрению по ходатайству обвиняемого в особом, упрощенном порядке, установленном главой 40 УПК. Обязательность участия защитника по уголовному делу означает, что если подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем или иными лицами с его согласия защитник не был приглашен, то дознаватель, следователь, прокурор или суд обязаны предоставить ему защитника по назначению.

Рассматривая положения ч. 2 ст. 48 Конституции в системной связи с общепризнанными нормами международного права, и в частности со ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, предусматривающей право каждого при рассмотрении предъявленного ему обвинения сноситься с выбранным им самим защитником и защищать себя через его посредство, следует подчеркнуть, что конституционное право пользоваться помощью адвоката (защитника) предполагает правомочие подозреваемого и обвиняемого самостоятельно выбирать себе защитника.

Именно к такому выводу пришел Конституционный Суд, признав в Постановлении от 27 марта 1996 г. N 8-П (СЗ РФ. 1996. N 15. ст. 1768), что распространение положений ст. 21 Закона РФ от 21 июля 1993 г. "О государственной тайне" об обязательности оформления специального допуска к государственной тайне на адвокатов, участвующих в уголовном судопроизводстве, и отстранение их от участия в деле в связи с отсутствием такого допуска не соответствует ст. 48, 123 (ч. 3) Конституции. Отказ обвиняемому (подозреваемому) в приглашении выбранного им адвоката по мотивам отсутствия у последнего допуска к государственной тайне, равно как и предложение обвиняемому (подозреваемому) выбрать защитника из определенного круга адвокатов, имеющих такой допуск, по мнению Конституционного Суда, "неправомерно ограничивают конституционное право гражданина на получение квалифицированной юридической помощи и право на самостоятельный выбор защитника", тогда как указанные конституционные права не могут быть ограничены ни при каких обстоятельствах. С учетом сформулированной в данном Постановлении правовой позиции в УПК РФ 2001 г. была включена норма, исключающая возможность отказа в допуске адвоката (защитника) к делу по мотиву отсутствия у него допуска к государственной тайне, но в то же время обеспечивающая сохранность такой тайны: согласно ч. 5 ст. 49, в случае если защитник участвует в производстве по уголовному делу, в материалах которого содержатся сведения, составляющие государственную тайну, и не имеет соответствующего допуска к указанным сведениям, он обязан дать подписку об их неразглашении.

Конституционное право пользоваться помощью защитника может считаться обеспеченным лишь при условии, если защитнику предоставлена возможность активно участвовать в производстве по уголовному делу. Соответственно те конкретные процессуальные права, которыми защитник (адвокат) наделяется в ходе уголовного судопроизводства (ст. 53 УПК), фактически становятся составной частью права подозреваемого, обвиняемого на помощь защитника; умаление же или ограничение прав защитника должно признаваться умалением или ограничением права подозреваемого либо обвиняемого на защиту.

0

4

Статья 48

1. Под квалифицированной юридической помощью подразумевается главным образом адвокатская юридическая помощь. Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 28 января 1997 г. N 2-П, "гарантируя право на получение именно квалифицированной юридической помощи, государство должно, во-первых, обеспечить условия, способствующие подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, и, во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии".

Часть 3 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека особо оговаривает гарантии права на юридическое представительство по уголовным делам. Европейский Суд постановил, что "право каждого обвиняемого в совершении уголовного преступления на защиту адвоката, в необходимых случаях назначенного официально, является одной из фундаментальных черт справедливого судебного разбирательства".

Процессуальными правами адвокат наделяется только с момента вступления в гражданское дело. До этого он может оказывать юридическую помощь любому обратившемуся к нему лицу, давая консультации, разъясняя законодательство, составляя документы правового характера. Человек вправе обратиться в любую коллегию адвокатов.

В России действует Федеральный закон от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Закон об адвокатуре)*(240), пришедший на смену Положению об адвокатуре в РСФСР от 20 ноября 1980 г.

Согласно ч. 1 ст. 1 Закона об адвокатуре, адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката, физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию.

Адвокатура - это профессиональное сообщество адвокатов, которое, как институт гражданского общества, не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления, действует на основе принципов законности, независимости, самоуправления, корпоративности и принципа равноправия адвокатов.

Законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции РФ и состоит из Закона об адвокатуре, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами нормативных правовых актов Правительства РФ и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых законов и иных нормативных правовых актов субъектов РФ. Таким образом, диспозиция комментируемой статьи получила законодательную конкретизацию.

2. Под задержанным понимается лицо, в отношении которого органом дознания, дознавателем, следователем или прокурором применена мера процессуального принуждения на срок не более 48 часов с момента его фактического задержания по подозрению в совершении преступления.

Заключенный под стражу - лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления, либо обвиняемый, к которому применена мера пресечения в виде заключения под стражу в следственном изоляторе либо ином месте, определяемом федеральным законом.

Обвиняемый - лицо, в отношении которого выдвинуто утверждение о совершении им деяния, запрещенного уголовным законом.

Свое продолжение комментируемая конституционная норма получила в ст. 49 УПК РФ, согласно которой защитник допускается к участию в уголовном деле с момента фактического задержания лица в качестве подозреваемого в определенных законом случаях, в частности: при применении к лицу заключения под стражу, с момента возбуждения уголовного дела по делам частного обвинения, по всем остальным делам - с момента вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. В качестве защитников допускаются адвокаты. По определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть допущены наряду с адвокатом один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый. При производстве у мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката.

0

5

Статья 48

     1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической
помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается
бесплатно.
     2. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении
преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента
соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

     Комментарий к статье 48

     1. Потребность в получении юридической помощи возникает постоянно и повсеместно.
Практически нет такой сферы жизни или человеческой деятельности, в которой
не нужно было бы знать и применять те или иные правовые нормы. Идет ли речь
о работе или учебе, приобретении или продаже товаров, получении услуг, необходимости
обращения в государственные или иные органы, участии в деятельности общественных
организаций, выборах в парламент и др. - везде может потребоваться квалифицированная
помощь юриста.
     Реализация закрепленных в Конституции основных прав и свобод граждан
невозможна без включения правового механизма. Гарантия государственной защиты
прав и свобод человека (ст. 45 Конституции) в свою очередь требует гарантий
на получение квалифицированной правовой помощи. Реализация права каждого защищать
свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, требует знания
об этих запретах. Определить орган, полномочный разрешить жалобу или заявление,
помочь гражданину составить соответствующий документ, - задача юристов. Составление
документов, участие в судах в качестве представителей жалобщиков, истцов,
ответчиков, третьих лиц в гражданском судопроизводстве, оказание юридической
помощи лицу, привлекаемому к административной ответственности, - все это требует
квалифицированной юридической помощи.
     Юридические службы имеются в министерствах и ведомствах, органах государственной
власти и местного самоуправления, на многих предприятиях, в учреждениях, организациях,
общественных объединениях. В них работают юристы, знающие специфику соответствующих
отраслей народного хозяйства, участков работы. Они оказывают определенную
правовую помощь и работающим там сотрудникам.
     Часть потребностей в юридическом обеспечении обеспечивает нотариат. Основы
законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. (ВВС
РФ, 1993, N 10, ст. 357) возлагают на нотариат защиту прав и законных интересов
граждан и юридических лиц путем совершения нотариусами предусмотренных законодательством
нотариальных действий от имени Российской Федерации.
     При отсутствии в населенном пункте нотариуса нотариальные действия совершают
должностные лица органов исполнительной власти, уполномоченные на совершение
этих действий.
     Нотариусы, в частности, удостоверяют сделки; выдают свидетельства о праве
собственности на долю в общем имуществе супругов; свидетельствуют верность
копий документов и выписок из них, подписей на документах, перевода документов
с одного языка на другой; совершают исполнительные надписи; принимают на хранение
документы. Свидетельства о праве на наследство выдают нотариусы, работающие
в государственных конторах, а в предусмотренном Основами случае - и нотариусы,
занимающиеся частной практикой. Так, при отсутствии в нотариальном округе
государственной нотариальной конторы совершение этого нотариального действия
поручается совместным решением органа юстиции и нотариальной палаты одному
из нотариусов, занимающихся частной практикой.
     Ряд норм об оказании юридической помощи населению по государственной
и общественной защите прав потребителей содержится в Законе Российской Федерации
"О защите прав потребителей" от 7 февраля 1992 г. (в редакции от 9 января
1996 г. СЗ РФ, 1996, N 3, ст. 140). В нем, например, предусмотрено, что федеральный
антимонопольный орган и его территориальные органы вправе обращаться в суд
в защиту прав потребителей в случае обнаружения их нарушения. Широкие возможности
по оказанию юридической помощи потребителям предоставляются общественным объединениям
потребителей, их ассоциациям, союзам. Они наделены, в частности, правом проверять
соблюдение прав потребителей и правил торгового, бытового и иных видов обслуживания,
участвовать в проведении экспертиз по фактам нарушений прав потребителей.
     Оказание юридической помощи гражданам и организациям является основной
задачей адвокатуры. Она отделена от государства, адвокаты им не оплачиваются.
В то же время адвокатура не преследует коммерческих целей. Она независима
и может противостоять какому бы то ни было стремлению государственных или
иных органов либо должностных лиц влиять на нее.
     Адвокат может объективно и независимо вести порученные ему дела. Этому
способствует ряд законодательных норм. Например, в соответствии со ст. 72
УПК адвокат, защищающий обвиняемого, не может допрашиваться в качестве свидетеля
об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с выполнением обязанностей
защитника или представителя профессионального союза либо другой общественной
организации.
     Полномочия, порядок организации и деятельности адвокатуры определяются
Положением об адвокатуре РСФСР, утвержденным Законом РСФСР от 20 ноября 1980
г. (ВВС РСФСР, 1980, N 48, ст. 1596) и иными законодательными актами Российской
Федерации. Права и обязанности адвокатов при выполнении поручений по гражданским,
уголовным делам и делам об административных правонарушениях регламентируются
соответствующим законодательством, прежде всего УПК, ГПК и КоАП.
     Коллегии адвокатов являются добровольными объединениями лиц, занимающихся
адвокатской деятельностью. В члены таких коллегий принимаются граждане Российской
Федерации, имеющие высшее юридическое образование и стаж работы по специальности
юриста не менее двух лет. Прием в члены коллегии может быть обусловлен прохождением
испытательного срока продолжительностью до трех месяцев. Все это направлено
на то, чтобы юридическая помощь оказывалась адвокатами квалифицированно. Юридическую
помощь оказывают адвокаты, и не состоящие в коллегиях, занимающиеся частной
практикой по лицензиям. Порядок выдачи лицензий на оказание платных юридических
услуг и условия их осуществления на территории Российской Федерации определяются
Положением о лицензировании деятельности по оказанию платных юридических услуг
на территории Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства
от 15 апреля 1995 г. N 344 (СЗ РФ, 1995, N 17, ст. 1550).
     В соответствии с п. 3 этого Положения платные юридические услуги могут
оказывать физические лица, имеющие диплом образовательного учреждения Российской
Федерации о высшем юридическом образовании, стаж работы по юридической специальности
не менее трех лет.
     Это повышает качество правовой помощи благодаря конкуренции. Значение
имеет и то обстоятельство, что существует специализация адвокатов.
     Для организации работы адвокатов по оказанию юридической помощи президиумами
коллегий адвокатов создаются юридические консультации. Места их нахождения
и количество работающих в них адвокатов определяются президиумами коллегий
адвокатов по согласованию с органами юстиции. Адвокаты оказывают разнообразную
юридическую помощь: дают консультации и разъяснения по юридическим вопросам,
устные и письменные справки по законодательству; составляют заявления, жалобы
и другие документы правового характера; осуществляют представительство в суде
и других государственных органах по гражданским делам и делам об административных
правонарушениях, участвуют на предварительном следствии и в суде по уголовным
делам в качестве защитников, представителей потерпевших, гражданских истцов,
гражданских ответчиков. Адвокаты вправе оказывать и иную юридическую помощь.
Такая помощь, например, в соответствии со ст. 27 ИТК РСФСР оказывается осужденным
к лишению свободы. Выражается она обычно в написании жалоб в суды, прокуратуру,
иные инстанции, ходатайств о помиловании, доверенностей и других документов.
     Для получения юридической помощи можно обращаться в любую юридическую
консультацию или к имеющему частную практику адвокату независимо от места
жительства.
     Юридическая помощь оказывается за плату, определяемую соглашением между
адвокатом и клиентом, но в некоторых случаях она оказывается бесплатно. В
ст. 22 Положения об адвокатуре установлено, что коллегии адвокатов оказывают
бесплатно юридическую помощь, в частности, истцам в судах первой инстанции
при ведении дел о взыскании алиментов и трудовых дел; о возмещении вреда,
причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с работой;
о возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, наступившей в связи с
работой, а также гражданам при составлении заявлений о назначении пенсий и
пособий.
     Президиум коллегии адвокатов, а также заведующий юридической консультацией
вправе освободить клиента от оплаты юридической помощи полностью или частично
с учетом имущественного положения и по другим причинам. Расходы по оказанию
юридической помощи в указанных случаях берет на себя коллегия адвокатов.
     Юридическая помощь оказывается бесплатно и в других случаях, предусмотренных
законом, когда лицо не может оплатить юридическую помощь. В производстве по
уголовным делам такие случаи связаны с требованиями ст. 49 УПК об обязательном
участии при производстве дознания, предварительного следствия, в суде; обязательно
по делам несовершеннолетних; немых, глухих, слепых и других лиц, которые в
силу физических или психических недостатков не могут сами осуществлять свое
право на защиту, лиц, обвиняемых в совершении преступлений, за которые в качестве
меры наказания может быть назначена смертная казнь, и некоторым другим делам.
     Орган дознания, предварительного следствия и суд, в производстве которых
находится дело, вправе, исходя из имущественного положения гражданина, освободить
его полностью или частично от оплаты юридической помощи.
     Во всех указанных случаях оплата труда адвоката или другого лица, выполняющего
обязанности защитника, производится за счет государства.
     В соответствии с Законом РСФСР от 18 октября 1991 г. "О реабилитации
жертв политических репрессий" (ВВС, 1991, N 44, ст. 1428; 1993, N 1, ст. 21;
Российская газета, 15 октября 1993 г.) юридическая помощь оказывается бесплатно.
     Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 октября 1993 г.
"Об оплате труда адвокатов за счет государства" в соответствии со ст. 47 УПК
установлено, что Министерство финансов должно предусматривать в проектах республиканского
бюджета выделение Министерству юстиции, Министерству внутренних дел, Министерству
обороны, Генеральной прокуратуре и ряду других ведомств средств на оплату
труда адвокатов по защите лиц, освобожденных от оплаты полностью или частично
органом дознания, предварительного следствия, прокурором или судом, в производстве
которых находится дело, и отнесение расходов на оплату юридической помощи
на счет государства, а также при участии их в производстве дознания, предварительного
следствия или в суде по назначению (САПП, 1993, N 41, ст. 3927).
     Приведенные положения об участии адвоката в уголовном судопроизводстве
и возможности освобождения от оплаты его труда обвиняемого соответствуют требованиям
п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, в которой
установлено, что каждый имеет право при рассмотрении любого предъявленного
ему обвинения "быть судимым в его присутствии и защищать себя лично или через
посредство выбранного им самим защитника; если он не имеет защитника, быть
уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае,
когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком
случае, когда у него нет достаточно средств для оплаты этого защитника".

     2. Особым видом квалифицированной юридической помощи является помощь,
которая оказывается в рамках уголовного судопроизводства лицам, подозреваемым
или обвиняемым в совершении преступления, их защитниками. Причем Конституция
недвусмысленно связывает помощь защитника (как процессуальной фигуры) с деятельностью
адвокатов - лиц, состоящих в соответствии с Положением об адвокатуре РСФСР
в одной из действующих на территории Российской Федерации коллегий адвокатов.
И хотя ч. 4 ст. 47 УПК предусматривается возможность допуска в качестве защитников
не только адвокатов, но и представителей профессиональных союзов и других
общественных организаций по делам членов этих организаций, равно как и других
лиц, в случаях, предусмотренных законом, их участие в производстве по уголовному
делу не может расцениваться как выполнение требований ч. 2 ст. 48.
     Основываясь на таких исходных позициях, как представляется, следует подходить
и к решению весьма актуального для последнего времени вопроса о возможности
допуска к участию в качестве защитников на предварительном следствии лиц,
оказывающих платные юридические услуги гражданам по лицензии Минюста Российской
Федерации (см. об этом комментарий к ч. 1 ст. 48). Так как названные лица
не являются членами коллегий адвокатов, вопрос об их участии в уголовном деле
выходит за рамки положений ч. 2 ст. 48 Конституции и, следовательно, не может
быть решен на их основе. Следует вместе с тем отметить, что участие юристов-лицензиатов
в качестве защитников в уголовном судопроизводстве никоим образом не противоречило
бы Конституции. В этих условиях законодателю и правоприменительной практике
представляется возможность с учетом нынешней правовой ситуации (обнаружившийся
недостаток численности адвокатов, необходимость преодоления монополизма "официальных"
коллегий адвокатов, уровень профессионализма юристов-лицензиатов) выработать
наиболее эффективную и целесообразную позицию. В решениях по конкретным уголовным
делам Верховный Суд Российской Федерации, в частности, отмечал недопустимость
участия членов правовых кооперативов и юридических фирм в качестве защитников
на предварительном следствии (БВС РФ, 1991, N 4, с. 9-10; 1993, N 6, с. 6).
   Право пользоваться помощью адвоката (защитника) возникает у лица с
    момента официального предъявления ему притязаний (подозрения или
обвинения), связанных с фактом преступления. Лицо, задержанное в качестве
   подозреваемого в совершении преступления, имеет право пользоваться
  помощью защитника с момента задержания, т.е. с момента объявления ему
     составленного в установленном УПК порядке протокола задержания
(ч. 1 ст. 47 УПК; ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 15 июля 1995 г. "О
     содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении
преступлений". - СЗ РФ, 1995, N 29, ст. 2759). И хотя фактически свобода
    человека начинает ограничиваться раньше (при его непосредственном
доставлении в дежурную часть ОВД), право на помощь защитника, как и иные
    процессуальные права подозреваемого, он приобретает только после
                  объявления ему протокола задержания.
     Лицо, в отношении которого до предъявления обвинения применена мера пресечения
в виде заключения под стражу (ст. 90, 96 УПК), приобретает право пользоваться
помощью защитника с момента заключения его под стражу. Под этим моментом УПК
(ч. 1 ст. 47) подразумевает объявление подозреваемому постановления о применении
в отношении его меры пресечения.
     Обвиняемому, т.е. лицу, в отношении которого вынесено постановление о
привлечении в качестве обвиняемого (ч. 1 ст. 46 УПК), помощь защитника предоставляется
с момента предъявления ему обвинения, т.е. с момента объявления ему постановления
органа дознания, следователя или прокурора о привлечении в качестве обвиняемого
и разъяснения сущности предъявленного обвинения (ст. 148 УПК). Предъявление
обвинения должно последовать не позднее двух суток с момента вынесения постановления
о привлечении в качестве обвиняемого.
     По делам, предварительное расследование которых не проводилось (дела
так называемого "частного обвинения" и дела, досудебная подготовка по которым
осуществлялась в протокольной форме), защитник допускается к участию в деле
с момента принятия судьей дела к своему рассмотрению.
     Устанавливая момент, с которого возможен допуск защитника к участию в
производстве по уголовному делу, законодатель не исключает того, что незамедлительное
приглашение защитника может оказаться технически невозможным. В этой связи
он предусматривает, что, если явка защитника, избранного подозреваемым или
обвиняемым, невозможна в течение 24 часов с момента задержания или заключения
под стражу, лицо, производящее дознание, следователь, прокурор вправе предложить
подозреваемому или обвиняемому пригласить другого защитника либо обеспечивают
ему защитника через консультацию (ч. 2 ст. 47 УПК). В таких случаях до прибытия
защитника подозреваемый или обвиняемый может отказаться от дачи показаний
и от участия в иных следственных действиях, а лицо, производящее дознание,
и следователь должны воздерживаться от проведения таких следственных действий.
Как подчеркнул Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении
от 31 октября 1995 г. "О некоторых вопросах применения судами Конституции
Российской Федерации при осуществлении правосудия", при нарушении конституционного
права пользоваться помощью адвоката (защитника) "все показания задержанного,
заключенного под стражу, обвиняемого и результаты следственных действий, проведенных
с их участием, должны рассматриваться судом как доказательства, полученные
с нарушением закона" (БВС РФ, 1996, N 1, с. 3).
     Часто на практике право обвиняемого пользоваться помощью адвоката (защитника)
ограничивается предварительным расследованием, а также стадиями производства
в судах первой и кассационной инстанций.
     Такое сужение этого права не вытекает ни из Конституции, ни из уголовно-процессуального
законодательства. В ч. 2 ст. 48 Конституции указан лишь начальный момент,
с которого возможно участие в деле адвоката, но конечные процессуальные границы
такого участия не установлены. Из статьи же 46 УПК видно, что обвиняемым является
как то лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении в качестве
обвиняемого, так и то, дело в отношении которого принято к производству судом
(подсудимый) и в отношении которого вынесен обвинительный или оправдательный
приговор (осужденный или оправданный). Таким образом, до тех пор, пока уголовно-процессуальная
деятельность по конкретному уголовному делу не завершена, обвиняемый в этом
деле (будь то в стадии надзорного производства или в стадии исполнения приговора)
в полном объеме должен пользоваться всеми правами, включая и право на помощь
защитника.
     По делам, 1) в которых участвует государственный или общественный обвинитель;
2) несовершеннолетних; 3) немых, глухих, слепых и других лиц, которые в силу
своих физических или психических недостатков не могут сами осуществлять свое
право на защиту; 4) лиц, не владеющих языком, на котором ведется судопроизводство;
5) лиц, обвиняемых в совершении преступлений, за которые в качестве меры наказания
может быть назначена смертная казнь; 6) лиц, между интересами которых имеются
противоречия и если хотя бы одно из них имеет защитника, участие защитника
является обязательным (ст. 49 УПК). Причем в четырех из шести перечисленных
категорий дел (п. 2-5) участие защитника является обязательным уже с момента
задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. Обязательность
участия защитника означает, что, если подозреваемым, обвиняемым, его законным
представителем или другими лицами по его поручению защитник не был приглашен,
орган дознания, следователь, прокурор или суд обязаны сделать это сами.
     Рассматривая положения ч. 2 ст. 48 Конституции в системной связи с общепризнанными
нормами международного права, и в частности и со ст. 14 Международного пакта
о гражданских и политических правах, предусматривающей право каждого при рассмотрении
предъявленного ему обвинения сноситься с выбранным им самим защитником и защищать
себя через его посредство, следует признать, что конституционное право пользоваться
помощью адвоката (защитника) включает в себя и правомочия по самостоятельному
выбору защитника.
     Именно к такому выводу пришел Конституционный Суд Российской Федерации,
рассмотревший 27 марта 1996 г. по жалобам ряда граждан дело о проверке конституционности
ст. 1 и 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. "О государственной
тайне". В постановлении по данному делу Конституционный Суд признал, что распространение
положений ст. 21 обжалуемого Закона об обязательности оформления специального
допуска к государственной тайне на адвокатов, участвующих в уголовном судопроизводстве,
и отстранение их от участия в деле в связи с отсутствием такого допуска не
соответствует ст. 48, 123 (ч. 3) Конституции. Отказ обвиняемому (подозреваемому)
в приглашении выбранного им адвоката по мотивам отсутствия у последнего допуска
к государственной тайне, а также предложение обвиняемому (подозреваемому)
выбрать защитника из определенного круга адвокатов, имеющих такой допуск,
по мнению Конституционного Суда, "неправомерно ограничивают конституционное
право гражданина на получение квалифицированной юридической помощи и право
на самостоятельный выбор защитника", тогда как указанные конституционные права
не могут быть ограничены ни при каких обстоятельствах (см.: ВКС, 1996, N 2,
с. 34).
     Конституционное право пользоваться помощью защитника может считаться
обеспеченным лишь при условии, если защитнику предоставлена возможность активно
участвовать в производстве по уголовному делу. Иными словами, составной частью
в содержание этого права должны включаться и те конкретные процессуальные
права, которыми защитник (адвокат) наделяется в ходе уголовного судопроизводства
(ст. 51 УПК). Умаление этих прав или их ограничение должно признаваться соответственно
умалением или ограничением права обвиняемого пользоваться помощью защитника.

0

6

Статья 48

     1. Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической
помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается
бесплатно.
     2. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении
преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента
соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

     Комментарий к статье 48

     Часть 1 статьи гарантирует право получения квалифицированной юридической
помощи. Каждый человек вправе обратиться за такой помощью к адвокату. В Положении
об адвокатуре Российской Федерации <61> указывается, что адвокаты дают консультацию,
составляют документы по вопросам правового характера, участвуют в уголовном
и гражданском судопроизводстве, а также по делам об административных правонарушениях,
оказывают не только гражданам, но и организациям иную юридическую помощь.
     Процессуальными правами адвокат наделяется лишь с момента вступления
в уголовное или гражданское дело либо в административное производство, а до
этого он может оказывать юридическую помощь любому обратившемуся к нему лицу,
давая консультации, разъясняя законодательство, составляя документы правового
характера, например исковые заявления, претензии и т.п.
     Особая необходимость в юридической помощи возникает в уголовном судопроизводстве.
Лишение обвиняемого права на защиту является существенным нарушением уголовно-процессуального
закона, что влечет за собой возвращение дела на дополнительное расследование,
отмену приговора и принятие иного решения.
     Основанием для отмены решения по гражданскому делу также может явиться
лишение права истца или ответчика на защиту их интересов.
     В ст. 48 говорится не просто о правовых услугах, а о квалифицированной
юридической помощи.
     К адвокату предъявляются повышенные требования. Он должен обладать разносторонними
знаниями, высокими моральными и деловыми качествами.
     Юридическая помощь должна быть доступна всему населению. Однако не каждый
гражданин, нуждающийся в ней, в состоянии оплатить услуги адвоката. Положение
об адвокатуре предусматривает случаи оказания гражданам бесплатной правовой
помощи.
     Бесплатная юридическая помощь оказывается истцам в судах первой инстанции
при ведении дел о взыскании алиментов и трудовых споров; о возмещении вреда,
причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с работой;
о возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, наступившей в связи с
работой; гражданам при составлении заявлений о назначении пенсий и пособий
и в некоторых других случаях, предусмотренных законодательством. Бесплатная
юридическая помощь может быть оказана в предусмотренных законом случаях и
по уголовному делу.
     Согласно ст. 49 УПК участие защитника в суде, при производстве дознания
и предварительного следствия обязательно по делам: несовершеннолетних; немых,
глухих, слепых и других лиц, которые в силу физических или психических недостатков
не могут сами осуществлять свое право на защиту; лиц, не владеющих языком,
на котором ведется судопроизводство; лиц, обвиняемых в совершении преступлений,
за которые в качестве меры наказания может быть назначена смертная казнь.
Кроме того, участие защитника в судебном разбирательстве обязательно по делам,
в которых участвует государственный или общественный обвинитель.
     Части 2 статьи соответствует действующее законодательство. Уголовно-процессуальным
законом установлен момент, с которого защитник допускается к участию в уголовном
деле. Согласно ст. 47 УПК - с момента предъявления обвинения.
     В случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, либо
применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу до предъявления
обвинения защитник допускается к участию в деле с момента объявления протокола
задержания или постановления о заключении под стражу.
     По делам, по которым дознание (предварительное следствие) не производилось,
защитник допускается к участию в деле с момента принятия дела судом к своему
производству.

0

7

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 28 января 1997 г. No. 2-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ЧАСТИ ЧЕТВЕРТОЙ
СТАТЬИ 47 УГОЛОВНО - ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РСФСР В СВЯЗИ
С ЖАЛОБАМИ ГРАЖДАН Б.В. АНТИПОВА,
Р.Л. ГИТИСА И С.В. АБРАМОВА

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего Н.Т. Ведерникова, судей Э.М. Аметистова, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, В.О. Лучина, В.И. Олейника, В.Г. Стрекозова, В.А. Туманова, О.С. Хохряковой,
с участием представителей граждан, обратившихся с жалобами в Конституционный Суд Российской Федерации, адвоката - Н.Д. Писаревского и кандидата юридических наук В.М. Жуковского; представителя Совета Федерации Федерального Собрания - доктора юридических наук В.И. Власова,
руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности части четвертой статьи 47 УПК РСФСР.
Поводом к рассмотрению дела явились индивидуальные жалобы граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С.В. Абрамова на нарушение их конституционных прав положением части четвертой статьи 47 УПК РСФСР, согласно которому в качестве защитников при производстве по уголовным делам допускаются лишь адвокаты и представители профессиональных союзов и других общественных объединений.
Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли указанное положение УПК РСФСР Конституции Российской Федерации.
Заслушав сообщение судьи - докладчика В.И. Олейника, объяснения представителей сторон, заключение эксперта, выступления приглашенных в заседание представителей Министерства юстиции Российской Федерации, Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации, Федерального союза адвокатов России, Гильдии российских адвокатов, выступление полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации, исследовав имеющиеся материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Граждане Б.В. Антипов и Р.Л. Гитис, привлеченные в качестве обвиняемых по различным уголовным делам, заявили в ходе предварительного следствия ходатайства о допуске в качестве их защитников выбранных ими частнопрактикующих юристов, не являющихся членами коллегий адвокатов.
Следователями, осуществлявшими расследование по этим делам, в удовлетворении заявленных ходатайств было отказано со ссылкой на то, что часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР (в редакции от 23 мая 1992 года) предусматривает возможность допуска в качестве защитников на предварительном следствии только лиц, состоящих в коллегиях адвокатов или являющихся представителями профсоюзных и иных общественных организаций по делам членов этих организаций. Лица, оказывающие юридическую помощь гражданам на основе лицензии, выдаваемой органами юстиции в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 1995 г. No. 344, и доверенности не относятся ни к одной из названных категорий и потому, по мнению следственных органов, не могут допускаться на предварительное следствие в качестве защитников. К такому же выводу пришли прокурорские, а также судебные инстанции, признавшие решения следователей законными с точки зрения требований части четвертой статьи 47 УПК РСФСР.
Федеральным законом от 15 июня 1996 года часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР была изложена в новой редакции, однако положение, согласно которому в качестве защитников допускаются лишь адвокаты и представители профессиональных союзов и других общественных объединений, в ней было сохранено. Отказ в допуске защитника, не являющегося членом коллегии адвокатов и не представляющего общественное объединение, со ссылкой на часть четвертую статьи 47 УПК РСФСР в ее новой редакции послужил причиной обращения в Конституционный Суд Российской Федерации гражданина С.В. Абрамова.
Учитывая, что указанные жалобы касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", соединил дела по этим жалобам в одном производстве.
2. Часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР предусматривает, что в качестве защитников допускаются: адвокат по предъявлении им ордера юридической консультации, представитель профессионального союза или другого общественного объединения, являющийся защитником, по предъявлении соответствующего протокола, а также документа, удостоверяющего его личность. В соответствии с частью пятой статьи 47 УПК РСФСР по определению суда или постановлению судьи в качестве защитников могут быть допущены близкие родственники и законные представители обвиняемого, а также другие лица. Из этого следует, что оспариваемая заявителями норма, устанавливая правила допуска защитников в уголовном судопроизводстве, определяет круг лиц, которые могут быть допущены в качестве защитников на стадии дознания и предварительного следствия, включая в него лишь адвокатов и представителей профессионального союза или иного общественного объединения.
Согласно статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. Статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах предусматривает, что каждый при рассмотрении предъявленного ему обвинения вправе сноситься с выбранным им самим защитником и защищать себя через его посредство. Право гражданина на самостоятельный выбор адвоката (защитника) подтверждено Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 27 марта 1996 года по делу о проверке конституционности статей 1 и 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года "О государственной тайне" в связи с жалобами граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина.
Однако по своему содержанию право на самостоятельный выбор адвоката (защитника) не означает право выбирать в качестве защитника любое лицо по усмотрению подозреваемого или обвиняемого и не предполагает возможность участия в уголовном процессе любого лица в качестве защитника. Закрепленное в статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации право пользоваться помощью адвоката (защитника) является одним из проявлений более общего права, гарантированного статьей 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому человеку, - права на получение квалифицированной юридической помощи. Поэтому положения части 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации не могут быть истолкованы в отрыве и без учета положений части 1 этой же статьи.
3. Гарантируя право на получение именно квалифицированной юридической помощи, государство должно, во-первых, обеспечить условия, способствующие подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, в том числе в уголовном судопроизводстве, и, во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии. Участие в качестве защитника в ходе предварительного расследования дела любого лица по выбору подозреваемого или обвиняемого может привести к тому, что защитником окажется лицо, не обладающее необходимыми профессиональными навыками, что несовместимо с задачами правосудия и обязанностью государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь.
Критерии квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве, исходя из необходимости обеспечения принципа состязательности и равноправия сторон, закрепленного в статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, устанавливает законодатель путем определения соответствующих условий допуска тех или иных лиц в качестве защитников.
4. В настоящее время организационно - правовой формой деятельности адвокатов являются коллегии адвокатов, создаваемые на основании Положения об адвокатуре РСФСР, утвержденного Законом РСФСР от 20 ноября 1980 года, и в установленном им же порядке. В названном Положении формулируются и определенные профессиональные требования к адвокатам, призванные обеспечивать квалифицированный характер оказываемой ими юридической помощи с учетом высокой значимости для личности и общества в целом принимаемых в уголовном судопроизводстве решений.
Таким образом, положение части четвертой статьи 47 УПК РСФСР, предусматривающее допуск в качестве защитника по уголовному делу адвоката по предъявлении им ордера юридической консультации, не противоречит Конституции Российской Федерации.
Конституция Российской Федерации не содержит указания на критерии, соблюдение которых свидетельствует о должном уровне квалификации лиц, оказывающих гражданам юридическую помощь.
Определение таких критериев для лиц, допускаемых к оказанию юридической помощи по уголовным делам в качестве защитников подозреваемых и обвиняемых, относится к компетенции законодателя. Только законодатель вправе при условии обеспечения каждому обвиняемому (подозреваемому) права на получение квалифицированной юридической помощи и в интересах правосудия в целом предусмотреть возможность допуска в качестве защитников иных, помимо адвокатов, избранных самим обвиняемым лиц, в том числе имеющих лицензию на оказание платных юридических услуг.
5. Часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР предусматривает, что в качестве защитника допускается не только адвокат, но и представитель профессионального союза или другого общественного объединения, предъявивший соответствующий протокол, а также документ, удостоверяющий его личность. При этом наличия у такого представителя юридического образования, каких-либо профессиональных знаний и опыта закон не требует, что ставит под сомнение возможность обеспечить обвиняемому (подозреваемому) право на получение квалифицированной юридической помощи в тех случаях, когда защитником на предварительном следствии является не адвокат, а представитель профсоюза или другого общественного объединения. Однако поскольку заявителями такой вопрос не ставится, проверить конституционность этого положения части четвертой статьи 47 УПК РСФСР при рассмотрении данного дела Конституционный Суд Российской Федерации в силу части третьей статьи 74 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" не вправе.
6. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Б.В. Антипов обосновывает неконституционность части четвертой статьи 47 УПК РСФСР также и тем, что оспариваемая норма допускает отстранение адвоката от участия в уголовном судопроизводстве в качестве защитника в связи с прекращением его членства в коллегии адвокатов, а гражданин С.В. Абрамов - тем, что в данной норме нет запрета отстранять от участия в деле защитника - представителя общественного объединения в связи с отзывом ранее принятого решения соответствующего общественного объединения о его направлении для участия в уголовном деле.
Анализ содержания части четвертой статьи 47 УПК РСФСР не дает оснований для вывода о том, что она не только устанавливает условия и порядок допуска тех или иных лиц в качестве защитников, но и регламентирует основания и порядок последующего отстранения от участия в уголовном судопроизводстве уже допущенных в него лиц. Обстоятельства, исключающие участие в деле адвоката, представителя общественного объединения в качестве защитника, предусмотрены в другой статье УПК РСФСР, а именно в статье 67.1, однако ее содержание в жалобах не оспаривается.
Вопрос о том, насколько обоснованными были решения следователей об отстранении от участия в уголовном судопроизводстве защитников заявителей и насколько правомерна в них ссылка на часть четвертую статьи 47 УПК РСФСР, не может быть решен Конституционным Судом Российской Федерации, поскольку в силу частей второй и третьей статьи 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" установление и устранение фактов нарушения права на защиту, связанных с неправильным применением части четвертой статьи 47 УПК РСФСР при рассмотрении дел заявителей, неподведомственно Конституционному Суду Российской Федерации.
На основании изложенного и руководствуясь частью первой статьи 71, статьями 72, 74, 75 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать положение части четвертой статьи 47 Уголовно - процессуального кодекса РСФСР, согласно которому в качестве защитника допускается адвокат по предъявлении им ордера юридической консультации, не противоречащим Конституции Российской Федерации.
Иные условия, профессиональные критерии и организационно - правовые формы, обеспечивающие оказание квалифицированной юридической помощи в уголовном процессе, определяются законодателем.
2. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.
3. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации



ОСОБОЕ МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
В.О. ЛУЧИНА

1. Проверив по жалобам граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С.В. Абрамова конституционность части четвертой статьи 47 УПК РСФСР, Конституционный Суд Российской Федерации признал положение этой нормы, согласно которому в качестве защитника допускается адвокат по предъявлении им ордера юридической консультации, не противоречащим Конституции Российской Федерации.
Сам по себе этот вывод не вызывает возражений, однако нельзя не заметить, что, во-первых, формулировка "признать положение... не противоречащим Конституции Российской Федерации" не предусмотрена статьей 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", а во-вторых, он не дает по существу ответа на вопрос, поставленный заявителями.
Никто из обратившихся в Конституционный Суд граждан не просил признать неконституционным возможность допуска в качестве защитников адвокатов и не возражал против того, что адвокат, вступая в процесс, должен предъявить ордер юридической консультации. Все они оспаривали другое - сложившееся в правоприменительной практике и опирающееся на положения части четвертой статьи 47 УПК РСФСР исключение из числа защитников иных, кроме адвокатов и представителей общественных объединений, лиц, даже если у них имеются лицензии на оказание платных юридических услуг. Однако эти их требования не только не получили разрешения в резолютивной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации, но и были весьма непоследовательно оценены в его мотивировочной части.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, придя к выводу, что закрепленное в части 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации право обвиняемого (подозреваемого) пользоваться помощью адвоката (защитника) является одним из проявлений более общего конституционного права, принадлежащего согласно части 1 этой же статьи каждому человеку, права на получение квалифицированной юридической помощи, признал право и обязанность законодателя определить условия допуска тех или иных лиц в качестве защитников (в том числе и связанные с профессиональными характеристиками этих лиц как членов коллегий адвокатов).
Однако такой, в целом правильный вывод не дает оснований считать именно часть четвертую статьи 47 УПК РСФСР той нормой, которая в настоящее время определяет критерии профессионализма оказываемой обвиняемому юридической помощи и в качестве таковой не противоречит Конституции Российской Федерации. В тексте этой статьи вообще ничего не говорится о юридической квалификации и профессионализме защитника, а лишь указывается на его принадлежность либо к коллегии адвокатов, либо к общественному объединению. В настоящее время отсутствует федеральный закон, определяющий критерии квалифицированности юридической помощи, оказываемой обвиняемому или подозреваемому его защитником. В связи с этим в сфере уголовного судопроизводства должны действовать общие требования к лицам, оказывающим гражданам юридическую помощь. Следовательно, нет оснований не допускать в качестве защитников лиц, имеющих лицензии на оказание платных юридических услуг гражданам, официально, от имени государства подтверждающих наличие у них необходимой профессиональной подготовки. Возможность оказания юристами - лицензиатами юридических услуг вытекает из положений части 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, а также из норм Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 23 и глава 4) и Постановления Правительства Российской Федерации от 15 апреля 1995 г. No. 344. Эти нормативные акты не предусматривают каких бы то ни было ограничений для оказания юридических услуг в сфере уголовного судопроизводства, в том числе и в качестве защитника.
3. Закрепление в части 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации права каждого обвиняемого (подозреваемого) пользоваться помощью адвоката не может рассматриваться как наличие у него обязанности обращаться за оказанием помощи по защите от обвинения только к членам коллегии адвокатов. Отсутствие у обвиняемого такой обязанности подтверждается предоставлением ему возможности вообще отказаться от помощи защитника и самостоятельно осуществлять свою защиту (статья 50 УПК РСФСР).
Такая трактовка положений статьи 48 Конституции Российской Федерации в полной мере совпадает с признанными Российской Федерацией международно - правовыми стандартами в области обеспечения прав лиц, обвиняемых в совершении преступлений. Так, согласно подпункту "d" пункта 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах каждый обвиняемый в уголовном судопроизводстве имеет право защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника. Это право, как следует из принятых Восьмым конгрессом Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями Основных принципов, касающихся роли юристов, предполагает возможность обвиняемого обратиться к любому юристу (в том числе к лицам, выполняющим функции юристов) за помощью для отстаивания и защиты его прав на всех стадиях уголовного разбирательства.
Таким образом, смысл указания в части 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации на право каждого задержанного, заключенного под стражу и обвиняемого пользоваться помощью адвоката (защитника) состоит не в том, чтобы ограничить обвиняемого в праве обратиться за помощью к другим лицам, а в том, чтобы обязать соответствующие правоприменительные органы обеспечить обвиняемому помощь именно адвоката даже в том случае, когда сам он по тем или иным причинам лишен возможности пригласить выбранного им защитника.
4. Оценивая с учетом изложенного часть четвертую статьи 47 УПК РСФСР, можно констатировать, что сама по себе эта норма не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку по буквальному своему смыслу она не ограничивает права обвиняемого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, и пользоваться помощью адвоката (защитника).
Однако правоприменительной практикой положения этой нормы трактуются как фактически устанавливающие запрет на участие в качестве защитников каких бы то ни было категорий лиц, кроме тех, которые прямо в ней названы. Именно такой смысл был придан части четвертой статьи 47 УПК РСФСР в тех правоприменительных решениях, которые послужили поводом для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса, С.В. Абрамова. При таком истолковании этой нормы обвиняемому не гарантируется свободный выбор защитника при условии оказания ему квалифицированной юридической помощи. Тем самым ее положения становятся препятствием для реализации гражданами своих прав, предусмотренных статьями 45 (часть 2) и 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации.
На основании изложенного и принимая во внимание требования статьи 74 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", считаю необходимым признать часть четвертую статьи 47 УПК РСФСР как ограничивающую по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, право подозреваемых и обвиняемых пользоваться квалифицированной юридической помощью лиц, не являющихся членами коллегий адвокатов, не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 45 (часть 2) и 48 (часть 1).



ОСОБОЕ МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Э.М. АМЕТИСТОВА

1. Основная проблема, которую необходимо решить в рамках рассмотрения данного дела, состоит в следующем: позволяет ли статья 48 Конституции Российской Федерации пользоваться помощью не только адвокатов, но и других защитников, а именно частнопрактикующих юристов, не являющихся членами коллегии адвокатов?
Это, в свою очередь, дает возможность проверить конституционность части 4 статьи 47 УПК РСФСР, на основании которой в качестве защитников допускается лишь адвокат по предъявлении ордера юридической консультации и представитель профессионального союза или другой общественной организации и не допускаются частнопрактикующие юристы, не являющиеся членами коллегии адвокатов.
Часть 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации устанавливает, что каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи.
В части 2 статьи 48 указывается, что каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.
В Постановлении по данному делу (пункт 2) Конституционный Суд подчеркнул, что положения части 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации не могут быть истолкованы в отрыве и без учета положений части 1 этой же статьи. Столь же справедливым представляется и обратное утверждение: истолкование части 1 статьи 48 непременно требует уяснения смысла части 2 той же статьи.
В данном случае необходимо ответить на вопрос: использует ли Конституция употребляемые в части 2 статьи 48 термины "адвокат" и "защитник" в качестве синонимов или предполагает, что один из них по своему содержанию шире другого?
Если исходить из предположения, что они используются как синонимы, то есть тождественные по содержанию слова, то придется прийти к выводу, что термин "защитник", помещенный в скобках, имеет своей единственной целью лишь разъяснение значения термина "адвокат".
Такой вывод был бы весьма сомнительным, учитывая, что термин "адвокат" с давних пор широко распространен в российской лексике и современный читатель Конституции вряд ли нуждается в его разъяснении.
Из анализа значений слов "адвокат" и "защитник" в толковых словарях современного русского литературного языка следует, что слово "адвокат" уже по сфере употребления, так как относится только к деятельности профессиональных юристов. Слово "защитник" - шире, так как относится к деятельности любого лица, занимающегося защитой или представительством чьих-либо интересов в суде, судопроизводстве. Отсюда можно сделать вывод, что, используя это слово в части 2 статьи 48, Конституция предоставляет гражданам право пользоваться юридической помощью не только адвокатов, то есть членов коллегии адвокатов, но и других защитников.
Подлинные намерения авторов Конституции в данном случае можно уяснить из материалов Конституционного Совещания 1993 года, на котором разрабатывался и обсуждался проект ныне действующей Конституции Российской Федерации.
В ходе Конституционного Совещания неоднократно предпринимались попытки внести в проект нынешней статьи 48 поправки, имевшие целью сузить круг лиц, оказывающих юридическую помощь, только членами коллегии адвокатов. Все эти поправки были отклонены в связи с тем, что их принятие, как указывалось на Совещании, привело бы к созданию "закрытых профсоюзов" для адвокатов, лишающих практики тех, кто не вступил в коллегию, создающих "монопольное право" адвокатов оказывать юридическую помощь. При этом участники Конституционного Совещания подчеркивали, что допуск на стадии предварительного следствия только представителей коллегии адвокатов существенно ущемляет права граждан, и что, напротив, представленный проект обсуждаемой статьи (позволявший допускать на этой стадии участие других лиц), отвечает принципу свободного выбора защитника (см. Конституционное Совещание. Стенограммы, материал, документы. 29 апреля - 10 ноября 1993 г." Т. 4., стр. 16 - 17, 110 - 116; Т. 19, стр. 56). "Главное, - говорил один из представителей органов государственной власти субъектов Российской Федерации на Совещании, - то, чтобы у человека при осуществлении его права на защиту был выбор независимого защитника по его убеждению. Не всегда существующие адвокатские структуры независимы от органов власти и поэтому предоставление альтернативы для человека: обратиться в коллегию ли адвокатов, в "Союз юристов" или к частному юристу, защитнику, это реализация в полной мере его права на осуществление защиты" (там же, Т. 4, стр. 115).
Все вышеизложенное позволяет прийти к выводу о том, что создатели действующей Конституции Российской Федерации намеревались в окончательном тексте ее статьи 48 установить и обеспечить право задержанных, заключенных под стражу и обвиняемых в совершении преступлений на самостоятельный и максимально широкий выбор защитников. Это намерение и отразилось в формулировке части 2 статьи 48, где понятие "защитник" по своему буквальному смыслу и смыслу, который стремились придать ему авторы Конституции, определенно шире понятия "адвокат", что означает право подозреваемых и обвиняемых пользоваться помощью не только адвокатов, но и других защитников по своему выбору, включая, как следует из материалов Конституционного Совещания, и частнопрактикующих юристов, не являющихся членами коллегии адвокатов.
Указанное право, закрепленное в части 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации, соответствует положению Международного пакта о гражданских и политических правах, в котором установлено, что каждый имеет право при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения сноситься "с выбранным им самим защитником" (пункт 3 "b" статьи 14). Таким образом, Международный пакт о гражданских и политических правах также подразумевает право каждого на самостоятельный выбор защитника.
С учетом сказанного следует толковать и часть 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации. Содержащееся здесь положение о том, что каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, означает конституционную обязанность государства обеспечить каждому желающему достаточно высокий уровень любого из видов предоставляемой юридической помощи - не только в уголовном процессе, но и в любой другой сфере деятельности, где возникает необходимость в такой помощи. Но не означает обязанности гражданина непременно пользоваться помощью только такого уровня, если, конечно, при этом не нарушаются конституционные принципы судопроизводства, а также права и интересы других лиц.
2. В свете вышеизложенного толкования статьи 48 Конституции Российской Федерации положение части 4 статьи 47 УПК РСФСР само по себе не противоречит Конституции. Оно дает подозреваемым и обвиняемым право воспользоваться помощью как адвоката, так и другого защитника в лице представителя общественной организации, то есть осуществить выбор между ними. Оно также предоставляет возможность выбора между различными квалификационными уровнями предоставляемой юридической помощи - адвоката, чья квалификация подтверждается предъявлением ордера юридической консультации, и представителя общественной организации, от которого подтверждения квалификации не требуется.
Устанавливая столь разные условия для допуска к защите, законодатель, очевидно, исходит из того, что различный уровень формальной квалификации защитников еще не свидетельствует о наличии их способностей, необходимых для осуществления защиты. Различие в уровнях квалификации может компенсироваться другими качествами этих лиц и не влечет их фактического неравенства в процессе. Следовательно, такой подход законодателя не противоречит принципам состязательности и равенства, на основе которых осуществляется судопроизводство в соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации. По крайней мере обратного пока не доказано.
Косвенным подтверждением этому служит часть 1 статьи 50 УПК РСФСР, предоставляющая обвиняемому возможность вообще отказаться от защиты и, следовательно, защищать себя самостоятельно без какого бы то ни было доказательства своей квалификации.
Однако как только та же самая часть 4 статьи 47 УПК РСФСР позволяет правоприменителю использовать ее для отказа в допуске к защите частнопрактикующих юристов, она становится неконституционной.
В результате такого применения указанной нормы ограничиваются права человека и гражданина, предоставляемые:
а) частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Уголовно - процессуальный закон определенно не запрещает пользоваться помощью частнопрактикующих юристов - они просто не упоминаются в нем;
б) частью 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации, предоставляющей подозреваемым и обвиняемым право выбирать в качестве защитников как адвокатов, так и других лиц, в число которых могут входить не только представители общественных организаций, но и, как явствует из прямых намерений авторов Конституции, частнопрактикующие юристы;
в) частью 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право на получение квалифицированной юридической помощи. Вместо того чтобы иметь возможность пользоваться помощью не только адвоката, но и частнопрактикующего юриста, к квалификации которых законодательство предъявляет хотя и разные, но достаточно высокие требования, лицо, желающее получить квалифицированную юридическую помощь, вынуждено выбирать лишь между помощью адвоката и представителя общественной организации, от которого вообще не требуется какой-либо квалификации в области права.
Все эти ограничения конституционных прав в свою очередь не соответствуют и условиям части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, согласно которым права и свободы человека могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Допуск частнопрактикующих юристов к защите подозреваемых и обвиняемых не посягает ни на одну из этих ценностей. С учетом позиции законодателя, допускающего к защите лиц, от которых вообще не требуется подтверждения их квалификации, и даже позволяющего обвиняемым отказываться от защиты и защищать себя самостоятельно, следует признать также, что допуск к защите частнопрактикующих юристов, работающих по лицензии Министерства юстиции Российской Федерации, тем более не противоречит основам судопроизводства, закрепленным в части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации.



ОСОБОЕ МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
В.И. ОЛЕЙНИКА

1. Конституционный Суд Российской Федерации, признав часть четвертую статьи 47 УПК РСФСР не противоречащей Конституции Российской Федерации, ограничился оценкой текстуально закрепленного в ней положения, предусматривающего возможность допуска в качестве защитника адвоката по предъявлении им ордера юридической консультации. То же, что эта норма уголовно - процессуального закона как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, фактически исключает допуск в качестве защитника иных лиц, не являющихся членами коллегий адвокатов, не стало предметом оценки Конституционного Суда, хотя необходимость именно такой оценки предопределялась как требованиями заявителей, так и предписаниями части второй статьи 74 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
2. Рассматривая вопрос о конституционности части четвертой статьи 47 УПК РСФСР, нельзя пройти мимо того, что согласно статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеют право пользоваться помощью "адвоката (защитника)", а не просто "адвоката". Такая конституционная формулировка этого права представляется неслучайной. Как было подчеркнуто в экспертном заключении Института русского языка им. В.В. Виноградова Российской Академии наук, слово "адвокат" уже по сфере употребления, так как относится только к деятельности профессиональных юристов. Слово "защитник" - шире, так как относится к деятельности любого лица, занимающегося защитой или представительством чьих-либо интересов в судопроизводстве".
В нашей стране практически до конца 80-х годов правовая помощь обвиняемым в уголовном процессе оказывалась лишь членами коллегий адвокатов, выступавшими в качестве защитников. В условиях отсутствия в этой сфере правоприменительной деятельности частной юридической практики привело к укоренению в теории и практике ограничительной трактовки понятия защитника как юриста, являющегося членом добровольного объединения - коллегии адвокатов и получающего допуск к защите интересов и прав граждан лишь на основании ордера юридической консультации. Однако в настоящее время широкое распространение получило оказание юридической помощи в иных организационно - правовых формах - юридическими кооперативами и фирмами, юристами - лицензиатами. Эти изменения как раз и нашли отражение в статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации, гарантирующей обвиняемому и подозреваемому право на получение помощи не только адвоката, но и любого другого защитника.
Часть же четвертая статьи 47 УПК РСФСР реализации данного конституционного права препятствует, так как по-прежнему предусматривает возможность допуска в качестве защитника лишь адвоката или представителя общественного объединения.
3. В силу статей 2, 18, 45 (часть 2) и 48 Конституции Российской Федерации, а также в соответствии с подпунктом "d" пункта 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, имеет право защищать свои права и свободы всеми избранными им способами, не запрещенными законом, как лично, так и посредством выбранного им защитника. Такое право, как следует из статьи 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, ни при каких обстоятельствах не подлежит ограничению.
Как явствует из утвержденных резолюцией Восьмого Конгресса Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями Основных принципов, касающихся роли юристов, это право предполагает возможность обратиться к любому юристу (в том числе к лицу, не имеющему такого официального статуса, но выполняющему функции юриста) за помощью для защиты и отстаивания своих прав и защиты на всех стадиях уголовного судопроизводства.
При этом исключительное право выбора защитника принадлежит самому субъекту защиты, а не следователю, прокурору или какому-либо другому лицу. Отказ органов и должностных лиц в признании обоснованности сделанного гражданином выбора защитника и в допуске выбранного защитника к участию в деле может быть обжалован в суд на основании статьи 46 Конституции Российской Федерации.
Государство, гарантируя каждому обвиняемому и подозреваемому право на получение квалифицированной юридической помощи адвоката (статья 48 Конституции Российской Федерации), тем самым берет на себя обязательство предоставить ему по его просьбе именно такую помощь, в том числе в случаях, когда сам обвиняемый по тем или иным причинам лишен возможности самостоятельно пригласить избранного им защитника. В силу статьи 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации эти конституционные положения, однако, не должны толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина, в частности права привлечь для осуществления своей защиты наряду с защитником - адвокатом других специалистов в самых различных областях знаний, включая правоведение. В соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Очевидно, что допуск того или иного лица, даже если оно не является членом коллегии адвокатов, в качестве защитника по уголовному делу никоим образом не способен нанести вред названным ценностям.
Таким образом, часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР, как препятствующая допуску в качестве защитников на стадии предварительного расследования выбранных обвиняемым или подозреваемым лиц, не являющихся членами коллегий адвокатов, не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 45 (часть 2) и 48.



ОСОБОЕ МНЕНИЕ
СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Н.Т. ВЕДЕРНИКОВА

На основании части первой статьи 76 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" излагаю свое особое мнение по Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 1997 года.
1. Заявители в своих жалобах ставили перед Конституционным Судом вопрос о признании не соответствующей Конституции Российской Федерации части четвертой статьи 47 УПК РСФСР, поскольку установленное данной нормой ограничение круга лиц, из которых обвиняемый (подозреваемый) вправе выбрать себе защитника, только адвокатами и представителями профессионального союза или иного общественного объединения нарушает их конституционное право на самостоятельный выбор защитника, в частности право выбрать защитника из числа частнопрактикующих юристов, не являющихся членами коллегий адвокатов.
Конституционность же участия в качестве защитников на предварительном следствии членов коллегий адвокатов заявителями не ставилась под сомнение. Следовательно, Конституционному Суду необходимо было ответить на вопрос, соответствует ли Конституции Российской Федерации основанный на части четвертой статьи 47 УПК РСФСР отказ обвиняемому (подозреваемому) в праве пригласить защитника из числа лиц, не перечисленных в названной норме.
Конституционный Суд, ограничившись лишь признанием не противоречащим Конституции Российской Федерации участия в качестве защитника на предварительном следствии адвоката при предъявлении им ордера юридической консультации, по существу, уклонился от ответа на вопрос, поставленный перед ним заявителями.
2. Согласно выводам Конституционного Суда Конституция Российской Федерации не содержит указания на критерии, соблюдение которых свидетельствует о должном уровне квалификации лиц, оказывающих гражданам юридическую помощь, в том числе в сфере уголовного судопроизводства; определение таких критериев относится к компетенции законодателя.
При таких выводах производство по делу в соответствии со статьей 68 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" подлежало прекращению, поскольку вопрос, разрешаемый оспариваемым законом, по своему характеру и значению не относится к числу конституционных.
3. Конституционный Суд, однако, исследовал в совокупности конституционные нормы и Положение об адвокатуре РСФСР, утвержденное Законом РСФСР от 20 ноября 1980 года, и пришел к выводу о том, что предъявляемые к адвокатам профессиональные требования обеспечивают реализацию положений статьи 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации. В силу этого Конституционный Суд признал положение части четвертой статьи 47 УПК РСФСР, предусматривающее допуск в качестве защитника по уголовному делу адвоката при предъявлении им ордера юридической консультации, не противоречащим Конституции Российской Федерации.
Признав конституционным допуск в качестве защитника по уголовному делу членов коллегий адвокатов, Конституционный Суд придал названному вопросу конституционное значение. При этом, однако, он отказался рассматривать и разрешать вопрос о конституционности отказа в допуске в качестве защитника по уголовному делу другим категориям лиц, оказывающим правовую помощь, посчитав его компетенцией законодателя, чего не вправе был делать после признания конституционного значения проблемы. Конституционный Суд должен был дать ответ на вопрос, соответствует или не соответствует Конституции Российской Федерации отказ в допуске в качестве защитника (со ссылкой на часть четвертую статьи 47 УПК РСФСР) профессиональным юристам, не являющимся членами коллегий адвокатов, но получившим подтверждение своей юридической квалификации со стороны государства (в форме лицензии или другого разрешения).
4. При оценке конституционности части четвертой статьи 47 УПК РСФСР в указанном ракурсе необходимо учитывать следующее.
Используемый в статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации термин "защитник" обозначает понятие более широкое, нежели понятие "адвокат", что было подтверждено в ходе судебного заседания заключением эксперта - лингвиста. Право пользоваться помощью защитника (часть 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации) является самостоятельным конституционным правом и существует наряду с правом на получение квалифицированной юридической помощи (часть 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации), и его нельзя сводить к оказанию лишь юридической помощи подозреваемому и обвиняемому.
Закрепление в статье 48 Конституции Российской Федерации права каждого обвиняемого пользоваться при защите от обвинения квалифицированной юридической помощью защитника не может расцениваться как наличие у него обязанности обращаться за оказанием юридической помощи только к членам коллегий адвокатов. Более того, обвиняемый может вообще отказаться от услуг защитника и защищать себя сам либо не защищаться вообще и такой отказ не будет нарушением его права на защиту, за исключением случаев, когда в силу требований закона участие защитника обязательно (статья 49 УПК РСФСР). Как известно, однако, и по данной категории дел отказ обвиняемого от адвоката может быть удовлетворен полномочным органом.
Кроме того, в соответствии со статьей 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать своих права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Поскольку Уголовно - процессуальный кодекс РСФСР не запрещает обвиняемому (подозреваемому) пригласить в качестве защитника иное, кроме члена коллегии адвокатов, лицо, поскольку часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР не может служить препятствием для допуска в качестве защитников по уголовным делам лиц, не являющихся членами коллегий адвокатов. Если же указанная норма в правоприменительной практике используется как основание для отказа в допуске в качестве защитников лиц, не являющихся адвокатами, то она не соответствует конституционным положениям.
5. Государство, выдавая гражданам в соответствии с Положением о лицензировании деятельности по оказанию платных юридических услуг на территории Российской Федерации, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 1995 г. No. 344, лицензии на оказание платных юридических услуг, подтверждает наличие у них достаточной квалификации для оказания надлежащей юридической помощи. Отсутствие у лица, обращающегося за получением лицензии, необходимой профессиональной подготовки или возможности обеспечивать оказание юридических услуг в соответствии с требованиями действующего законодательства является основанием к отказу в выдаче лицензии. Кроме того, названное Положение не запрещает юристам - лицензиатам оказывать юридические услуги в сфере уголовного судопроизводства.
Таким образом, реализация положений части 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации о праве на получение квалифицированной юридической помощи обеспечивается не только членами коллегий адвокатов, но и иными лицами, получившими от государства в установленном порядке подтверждение своей квалификации (лицензию). Часть 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации также не предусматривает какого-либо ограничения на получение квалифицированной юридической помощи в зависимости от организационных форм деятельности соответствующих специалистов.
Следовательно, часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР в той мере, в которой она препятствует допуску в качестве защитников по уголовным делам профессиональных юристов, не являющихся членами коллегий адвокатов, но получивших от государства подтверждение своей юридической квалификации, не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 45 (часть 2) и 48 (часть 1).
6. Статьей 8 Конституции Российской Федерации гарантируются поддержка конкуренции и свобода экономической деятельности. Закрепление за членами коллегий адвокатов монопольного права на осуществление защиты по уголовным делам на предварительном следствии не только не способствует конкуренции между лицами, оказывающими правовые услуги в указанной области, но и препятствует ее развитию. Поскольку коллегии адвокатов вправе самостоятельно определять свою численность, может быть искусственно создан дефицит правовых услуг, что приведет к нарушению конституционных прав, предусмотренных статьей 48 Конституции Российской Федерации. Следовательно, ограничение круга лиц, имеющих право быть допущенными в качестве защитников на стадии предварительного следствия, только членами коллегий адвокатов, нарушает также статью 8 Конституции Российской Федерации.
В силу изложенного, часть четвертая статьи 47 УПК РСФСР в той мере, в какой она препятствует допуску в качестве защитников по уголовным делам профессиональных юристов, не являющихся членами коллегий адвокатов, но получивших от государства подтверждение своей юридической квалификации, не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 8, 45 (часть 2) и 48 (часть 1).

0

8

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 27 июня 2000 г. No. 11-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
ПОЛОЖЕНИЙ ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 47 И ЧАСТИ ВТОРОЙ
СТАТЬИ 51 УГОЛОВНО - ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РСФСР
В СВЯЗИ С ЖАЛОБОЙ ГРАЖДАНИНА В.И. МАСЛОВА

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего О.И. Тиунова, судей Н.С. Бондаря, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, А.Я. Сливы, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,
с участием представителя гражданина В.И. Маслова - адвоката Б.Б. Грузда, постоянного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации В.В. Лазарева и представителя Совета Федерации - адвоката А.Я. Клейменова,
руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 УПК РСФСР.
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина В.И. Маслова на нарушение его конституционных прав указанными положениями УПК РСФСР.
Заслушав сообщение судьи - докладчика А.Л. Кононова, объяснения представителей сторон, выступления приглашенных в заседание судьи Верховного Суда Российской Федерации С.А. Разумова, а также представителей: от Генеральной прокуратуры Российской Федерации - А.П. Короткова, от Министерства внутренних дел Российской Федерации - Б.Я. Гаврилова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Как следует из жалобы, 2 октября 1997 года в рамках расследования по уголовному делу, возбужденному по признакам преступления, предусмотренного статьей 163 УК Российской Федерации, следственными органами при ГУВД города Санкт - Петербурга и Ленинградской области был произведен обыск по месту жительства гражданина В.И. Маслова, после чего он был принудительно доставлен в региональное управление по борьбе с организованной преступностью, где удерживался более 16 часов. За это время в отношении него был проведен ряд других следственных действий - опознание, допрос в качестве свидетеля, очная ставка.
В ответ на ходатайство В.И. Маслова об обеспечении помощи адвоката (защитника) следователь разъяснил ему, что в соответствии с частью первой статьи 47 УПК РСФСР такая помощь предоставляется только обвиняемому - с момента предъявления обвинения и подозреваемому - с момента объявления ему протокола задержания или постановления о применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, а поскольку В.И. Маслов в данный момент по своему процессуальному положению является свидетелем, его просьба не может быть удовлетворена. Протокол же о задержании в качестве подозреваемого был объявлен В.И. Маслову после того, как он уже длительное время находился в положении фактически задержанного и в отношении него были проведены опознание, допрос в качестве свидетеля и очная ставка.
После предъявления В.И. Маслову обвинения осуществляющий его защиту адвокат заявил ходатайство об ознакомлении с протоколами следственных действий, проведенных с участием В.И. Маслова до признания его подозреваемым, в чем ему было отказано, так же, как и в производстве выписок из материалов, предоставленных для ознакомления, на том основании, что, по мнению следователя, в силу части второй статьи 51 УПК РСФСР эти права защитник может реализовать лишь после окончания следствия.
Действия следователя неоднократно обжаловались В.И. Масловым и его защитником в прокуратуру и суд, которые, однако, не усмотрели в них каких-либо нарушений права В.И. Маслова пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента задержания. Только после рассмотрения судом кассационной инстанции их требования в части, касающейся применения части второй статьи 51 УПК РСФСР, были удовлетворены: признан незаконным отказ защитнику в предоставлении для ознакомления протоколов следственных действий, проведенных с участием его подзащитного, и в производстве выписок из процессуальных документов.
Гражданин В.И. Маслов, полагая, что его конституционным правам в уголовном процессе причинен невосполнимый ущерб, поскольку они своевременно не были реализованы на важной для защиты стадии уголовного процесса, обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с просьбой проверить конституционность примененных в его деле положений УПК РСФСР, как противоречащих статьям 45 (часть 2), 48 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Таким образом, предметом рассмотрения по настоящему делу являются положения части первой статьи 47 УПК РСФСР, которые допускают защитника к участию в деле с момента объявления лицу, подозреваемому в совершении преступления, протокола задержания либо постановления о применении до предъявления обвинения меры пресечения в виде заключения под стражу; а также положения части второй статьи 51 УПК РСФСР, которые толкуются правоприменительной практикой как не предоставляющие защитнику до окончания расследования по делу право знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с участием его подзащитного до того, как он был признан подозреваемым, и документами, которые предъявлялись либо должны предъявляться подозреваемому и обвиняемому, и исключающие право выписывать необходимые сведения из материалов, с которыми защитник был ознакомлен.
2. Конституция Российской Федерации, гарантируя государственную защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 2; статья 45, часть 1), предоставляет каждому право на получение квалифицированной юридической помощи (статья 48, часть 1) и, кроме того, прямо предусматривает, что "каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения" (статья 48, часть 2).
Закрепляя это право как непосредственно действующее, Конституция Российской Федерации не связывает предоставление помощи адвоката (защитника) с формальным признанием лица подозреваемым либо обвиняемым, а следовательно, и с моментом принятия органом дознания, следствия или прокуратуры какого-либо процессуального акта, и не наделяет федерального законодателя правом устанавливать ограничительные условия его реализации.
Норма статьи 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации определенно указывает на сущностные признаки, характеризующие фактическое положение лица как нуждающегося в правовой помощи в силу того, что его конституционные права, прежде всего на свободу и личную неприкосновенность, ограничены, в том числе в связи с уголовным преследованием в целях установления его виновности. Поэтому конституционное право пользоваться помощью адвоката (защитника) возникает у конкретного лица с того момента, когда ограничение его прав становится реальным.
По буквальному смыслу положений, закрепленных в статьях 2, 45 и 48 Конституции Российской Федерации, право на получение юридической помощи адвоката гарантируется каждому лицу независимо от его формального процессуального статуса, в том числе от признания задержанным и подозреваемым, если управомоченными органами власти в отношении этого лица предприняты меры, которыми реально ограничиваются свобода и личная неприкосновенность, включая свободу передвижения, - удержание официальными властями, принудительный привод или доставление в органы дознания и следствия, содержание в изоляции без каких-либо контактов, а также какие-либо иные действия, существенно ограничивающие свободу и личную неприкосновенность.
В противоречие с требованиями статьи 48 Конституции Российской Федерации оспариваемые положения части первой статьи 47 УПК РСФСР препятствуют реализации права на помощь адвоката (защитника), допуская ее не с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, а лишь с момента объявления ему органами дознания и следствия протокола задержания или постановления об аресте, в результате чего реализация права на защиту и права пользоваться помощью адвоката (защитника) ставится в зависимость от усмотрения этих органов.
Такое усмотрение открывает возможность для недопустимых произвольных властных действий в отношении лица, чьи конституционные права и свободы ограничиваются, что не только противоречит принципам свободы и личной неприкосновенности (статья 22, часть 1, Конституции Российской Федерации), но и умаляет достоинство личности как основу признания и уважения ее прав и свобод (статья 21, часть 1, Конституции Российской Федерации).
3. Закрепленное в статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации право пользоваться помощью адвоката (защитника) является конкретизацией более общего права, предусмотренного частью 1 той же статьи, - права каждого на получение квалифицированной юридической помощи (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 1997 года по делу о проверке конституционности части четвертой статьи 47 УПК РСФСР). Поэтому статья 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации, дополнительно гарантирующая защиту от необоснованных ограничений предусмотренного статьей 22 Конституции Российской Федерации права на свободу и личную неприкосновенность, не может толковаться как ограничивающая право на квалифицированную юридическую помощь адвоката - такая помощь должна быть предоставлена каждому лицу, в том числе в рамках уголовного преследования в любых его формах. Иное истолкование было бы умалением конституционного права каждого на получение квалифицированной юридической помощи, которое не может быть ограничено ни при каких обстоятельствах и противоречило бы статьям 55 (часть 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 марта 1996 года по делу о проверке конституционности статей 1 и 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне").
Поскольку конституционное право на помощь адвоката (защитника) не может быть ограничено федеральным законом, то применительно к его обеспечению понятия "задержанный", "обвиняемый", "предъявление обвинения" должны толковаться в их конституционно - правовом, а не в придаваемом им Уголовно - процессуальным кодексом РСФСР более узком смысле. В целях реализации названного конституционного права необходимо учитывать не только формальное процессуальное, но и фактическое положение лица, в отношении которого осуществляется публичное уголовное преследование. При этом факт уголовного преследования и, следовательно, направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться актом о возбуждении в отношении данного лица уголовного дела, проведением в отношении него следственных действий (обыска, опознания, допроса и др.) и иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрений против него (в частности, разъяснением в соответствии со статьей 51 (часть 1) Конституции Российской Федерации права не давать показаний против себя самого). Поскольку такие действия направлены на выявление уличающих лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование, фактов и обстоятельств, ему должна быть безотлагательно предоставлена возможность обратиться за помощью к адвокату (защитнику). Тем самым обеспечиваются условия, позволяющие этому лицу получить должное представление о своих правах и обязанностях, о выдвигаемом против него обвинении и, следовательно, эффективно защищаться, и гарантирующие в дальнейшем от признания недопустимыми полученных в ходе расследования доказательств (статья 50, часть 2, Конституции Российской Федерации).
Изложенное понимание конституционных норм о праве каждого при осуществлении в отношении него уголовного преследования на доступ к адвокату согласуется также с нормами международного права, в соответствии с которыми в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина (статья 15, часть 4; статья 17, часть 1, Конституции Российской Федерации).
Доступ к адвокату как неотъемлемая гарантия права на защиту в случае уголовного обвинения предусмотрен статьей 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, а также статьями 5 и 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которым каждому арестованному или задержанному сообщаются незамедлительно причины ареста и предъявляемое обвинение и обеспечивается право на безотлагательное решение судом вопроса о законности задержания и справедливое публичное разбирательство дела при предоставлении возможности защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника.
Рассматривая право обвиняемого на получение помощи адвоката как распространяющееся на досудебные стадии производства (решение от 24 мая 1991 года по делу Quaranta, Series A, no. 205, para 27; решение от 24 ноября 1993 года по делу Ymbrioscia, Series A, no. 275, para 36), Европейский суд по правам человека сформулировал ряд положений, согласно которым отказ задержанному в доступе к адвокату в течение первых часов допросов полицией в ситуации, когда праву на защиту мог быть нанесен невосполнимый ущерб, является - каким бы ни было основание такого отказа - несовместимым с правами обвиняемого, предусмотренными статьей 6 (пункт 3с) Конвенции о защите прав человека и основных свобод (решение от 8 февраля 1996 года по делу Murray, 1996-1, para 66). При этом под обвинением в смысле статьи 6 Конвенции Европейский суд по правам человека понимает не только официальное уведомление об обвинении, но и иные меры, связанные с подозрением в совершении преступления, которые влекут серьезные последствия или существенным образом сказываются на положении подозреваемого (решение от 27 февраля 1980 года по делу Deweer, Series A, no. 35, para 44, 46; решение от 15 июля 1982 года по делу Eckle, Series A, no. 51, para 73; решение от 10 декабря 1982 года по делу Foti, Series A, no. 56, para 52), т.е. считает необходимым исходить из содержательного, а не формального понимания обвинения.
Таким образом, оспариваемые положения части первой статьи 47 УПК РСФСР, согласно которым лицо, подозреваемое в совершении преступления, получает право пользоваться помощью защитника с момента объявления ему либо протокола задержания, либо постановления о применении до предъявления обвинения меры пресечения в виде заключения под стражу, исходя из их буквального смысла, ограничивают право каждого на досудебных стадиях уголовного судопроизводства пользоваться помощью адвоката (защитника) во всех случаях, когда его права и свободы могут быть существенно затронуты действиями и мерами, связанными с уголовным преследованием, и, следовательно, не соответствуют статьям 17 (часть 1), 21 (часть 1), 22 (часть 1), 48 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
4. Оспариваемые положения части второй статьи 51 УПК РСФСР, по их буквальному смыслу, не предусматривают право защитника до окончания расследования по делу знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с участием подзащитного до признания его подозреваемым, и с документами, которые предъявлялись либо должны предъявляться подозреваемому и обвиняемому, а также право выписывать из материалов, с которыми защитник был ознакомлен, любые сведения в любом объеме. Именно таким образом эти положения были истолкованы в деле заявителя органами следствия, прокуратуры и в первоначальных решениях - судом.
Данное правоприменителем истолкование, однако, не вытекает из этих норм УПК РСФСР, если их рассматривать во взаимосвязи с положениями, которые устанавливают право и обязанность защитника в уголовном судопроизводстве использовать любые средства и способы защиты, не противоречащие закону (часть первая статьи 51 УПК РСФСР, статья 16 Положения об адвокатуре РСФСР).
Оспариваемые положения части второй статьи 51 УПК РСФСР обязывают следствие предъявить защитнику подозреваемого как материалы следственных действий с участием подозреваемого, так и документы, которые предъявлялись подозреваемому либо должны быть ему предъявлены, а также которые подтверждают законность и обоснованность применения к нему меры пресечения. Отказ защитнику в ознакомлении с материалами следствия, которые были добыты с участием подозреваемого или стали ему известны иным образом до признания его подозреваемым, как и ограничение права защитника выписывать из материалов, с которыми он был ознакомлен до окончания следствия, любые сведения и в любом объеме не имеют разумного основания, не могут быть оправданы интересами следствия или иными конституционно значимыми целями, допускающими соразмерные ограничения прав и свобод (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).
Иное истолкование оспариваемых положений части второй статьи 51 УПК РСФСР противоречило бы также смыслу статьи 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации, согласно которой в Российской Федерации гарантируется государственная защита прав и свобод, и статьи 48 Конституции Российской Федерации, закрепляющей право каждого на получение квалифицированной юридической помощи, в том числе право пользоваться помощью адвоката (защитника) по уголовным делам.
Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 1), 21 (часть 1), 22 (часть 1), 48 и 55 (часть 3), положения части первой статьи 47 Уголовно - процессуального кодекса РСФСР, которые - по их буквальному смыслу - предоставляют лицу, подозреваемому в совершении преступления, право пользоваться помощью защитника лишь с момента объявления ему протокола задержания либо постановления о применении до предъявления обвинения меры пресечения в виде заключения под стражу и, следовательно, ограничивают право каждого на досудебных стадиях уголовного судопроизводства пользоваться помощью адвоката (защитника) во всех случаях, когда его права и свободы существенно затрагиваются или могут быть существенно затронуты действиями и мерами, связанными с уголовным преследованием.
Впредь до введения федеральным законодателем нового урегулирования подлежит применению непосредственно положение статьи 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации в его истолковании, данном в настоящем Постановлении.
2. Признать положения части второй статьи 51 Уголовно - процессуального кодекса РСФСР не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку они, будучи истолкованы в конституционно - правовом смысле, не ограничивают право защитника до окончания расследования по уголовному делу знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с участием подзащитного до признания его подозреваемым, и с документами, которые предъявлялись либо должны предъявляться подозреваемому и обвиняемому, а также право выписывать из материалов, с которыми защитник был ознакомлен, любые сведения и в любом объеме.
3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
4. С учетом выводов, содержащихся в настоящем Постановлении, гражданину В.И. Маслову должна быть обеспечена возможность обратиться за защитой своих прав и законных интересов, которые могли быть нарушены применением признанного не соответствующим Конституции Российской Федерации положения части первой статьи 47 УПК РСФСР.
5. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

0

9

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 января 2007 г. N 31-О-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ
ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА РУБЦОВА ВИКТОРА ВЯЧЕСЛАВОВИЧА
НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ЧЕТВЕРТОЙ
СТАТЬИ 108 И СТАТЬЕЙ 125 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина В.В. Рубцова вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин В.В. Рубцов оспаривает конституционность части четвертой статьи 108 УПК Российской Федерации, согласно которой неявка без уважительных причин сторон, своевременно извещенных о времени судебного заседания по рассмотрению ходатайства об избрании (продлении) в отношении обвиняемого (подозреваемого) меры пресечения в виде заключения под стражу, не является препятствием для его рассмотрения, кроме случаев неявки обвиняемого. Как утверждает заявитель, названная норма, позволившая провести судебное заседание Тракторозаводского районного суда города Челябинска по рассмотрению ходатайства следователя о продлении В.В. Рубцову срока содержания под стражей без участия его адвоката, но с участием следователя, не соответствует Конституции Российской Федерации, в том числе ее статье 123 (часть 3).
Кроме того, В.В. Рубцов просит признать нарушающей его права, гарантированные статьями 2, 15 (часть 1), 17 (часть 2), 18, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45, 46 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, статью 125 УПК Российской Федерации, как не предусматривающую право осужденного после вступления в законную силу приговора суда обжаловать решения об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении прокурора, следователя, эксперта, принимавших участие в расследовании уголовного дела в отношении этого осужденного.
Секретариат Конституционного Суда Российской Федерации в порядке части второй статьи 40 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" ранее уведомлял заявителя о том, что его жалоба не соответствует требованиям названного Федерального конституционного закона.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод (статья 46, часть 1), возлагает на суд обязанность обеспечить справедливую процедуру принятия судебных решений, что в силу статей 22, 46 (часть 1), 48, 118, 120 и 123 (части 1, 2 и 3) Конституции Российской Федерации предполагает в том числе адекватные судебные гарантии защиты прав и законных интересов заинтересованных лиц, одной из которых является предоставляемая им реальная возможность довести до сведения суда свою позицию относительно всех аспектов рассматриваемого в судебном заседании дела (Постановление от 10 декабря 1998 г. N 27-П, Определения от 10 декабря 2002 г. N 315-О и от 25 марта 2004 г. N 61-О).
Обеспечивая права сторон при разрешении вопроса о применении меры пресечения в виде заключения под стражу, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации устанавливает в статье 108 правила принятия судом соответствующего процессуального решения, предусматривающие, в частности, необходимость проведения судебного заседания с участием подозреваемого или обвиняемого, его защитника и прокурора, а также законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого), следователя и дознавателя. При этом в целях недопущения неоправданной задержки в принятии решения по существу дела и обеспечения прав участников уголовного судопроизводства уголовно-процессуальный закон допускает возможность проведения судебного заседания в отсутствие не явившихся без уважительных причин сторон, за исключением подозреваемого или обвиняемого. В свою очередь, неявившиеся в судебное заседание стороны не лишены возможности изложить суду свою позицию в письменной форме, а также вправе ходатайствовать перед судом об отложении судебного заседания.
Кроме того, суд, решая вопрос о возможности продления срока содержания обвиняемого под стражей в отсутствие неявившегося защитника, должен исходить из того, что Конституция Российской Федерации (статья 48, часть 2) гарантирует каждому обвиняемому право пользоваться помощью адвоката (защитника), а Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает, что участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если обвиняемый не отказался от него (пункт 1 части первой статьи 51), и что при невозможности явки приглашенного обвиняемым защитника дознаватель, следователь, прокурор и суд должны принять меры к назначению защитника (части третья и четвертая статьи 50).
Как отмечается в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 г. N 1 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", если участие защитника в судебном заседании в соответствии с требованиями статьи 51 УПК Российской Федерации является обязательным, а приглашенный подозреваемым или обвиняемым защитник, будучи надлежащим образом извещенным о месте и времени судебного заседания о рассмотрении ходатайства в порядке статьи 108 УПК Российской Федерации, в суд не явился, дознаватель, следователь или прокурор в силу части четвертой статьи 50 УПК Российской Федерации принимает меры к назначению защитника. В тех же случаях, когда при решении вопроса об избрании подозреваемому или обвиняемому в качестве меры пресечения заключения под стражу явка в судебное заседание приглашенного им защитника невозможна (например, в связи с занятостью в другом судебном процессе), а от защитника, назначенного в порядке части четвертой статьи 50 УПК Российской Федерации, подозреваемый или обвиняемый отказался, судья, разъяснив последствия такого отказа, может рассмотреть ходатайство об избрании подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу без участия защитника, за исключением случаев, указанных в пунктах 2 - 7 части первой статьи 51 УПК Российской Федерации.
Оценка правильности применения норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении судом вопроса о продлении В.В. Рубцову срока содержания под стражей относится к ведению вышестоящих судов общей юрисдикции и в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации не входит.
2.2. Статья 125 УПК Российской Федерации, не предполагая подмену установленных уголовно-процессуальным законом средств пересмотра вступивших в законную силу судебных решений контролем постановлений органов предварительного расследования, во взаимосвязи со статьей 413 данного Кодекса, предусматривающей возможность отмены вступившего в законную силу приговора, определения или постановления суда и возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, в том числе в связи с установленной вступившим в законную силу приговором суда неправомерностью действий следователя, не может рассматриваться как исключающая обжалование постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении преступных действий, совершенных в ходе производства по уголовному делу, по которому постановлен вступивший в законную силу приговор, в связи с чем нет оснований полагать, что данной нормой нарушаются конституционные права заявителя.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы Рубцова Виктора Вячеславовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Судья-секретарь
Конституционного Суда
Российской Федерации
Ю.М.ДАНИЛОВ

0

10

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 февраля 2007 г. N 257-О-П

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНКИ МУРТАЗИНОЙ ЛИЛИИ ДМИТРИЕВНЫ
НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ ЧАСТЕЙ
ВТОРОЙ И ПЯТОЙ СТАТЬИ 50 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Л.М. Жарковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданки Л.Д. Муртазиной,

установил:

1. Гражданка Л.Д. Муртазина в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривает конституционность положений статьи 50 "Приглашение, назначение и замена защитника, оплата его труда" УПК Российской Федерации, согласно которым по просьбе подозреваемого, обвиняемого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем, прокурором или судом (часть вторая); в случае, если адвокат участвует в производстве предварительного расследования или судебном разбирательстве по назначению, расходы на оплату его труда компенсируются за счет средств федерального бюджета (часть пятая).
По мнению заявительницы, названные законоположения противоречат статьям 2, 6 (часть 2), 7, 15 (часть 4), 16 (часть 1), 17 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 48, 50 (часть 3), 55 (части 2 и 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они не обязывают государство предоставить обвиняемому, не имеющему материальной возможности пригласить адвоката (защитника) по своему выбору, адвоката по назначению для участия в уголовном судопроизводстве в кассационной и надзорной инстанциях, а также для оказания обвиняемому квалифицированной юридической помощи в составлении соответствующих жалоб и ходатайств.
Как следует из представленных материалов, кассационная жалоба Л.Д. Муртазиной, осужденной по приговору Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 18 февраля 2002 года к восьми годам лишения свободы, была рассмотрена судебной коллегией по уголовным делам Верховного суда Республики Татарстан без участия защитника. В удовлетворении данной жалобы ей было отказано (определение от 22 марта 2002 года). Ходатайства доверенного лица Л.Д. Муртазиной о назначении ей адвоката для оказания юридической помощи в надзорной инстанции оставлены без удовлетворения судьей Верховного суда Республики Татарстан и судьей Верховного Суда Российской Федерации.
2. Согласно статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления, имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.
2.1. Раскрывая конституционное содержание данного права, которое для указанных лиц служит гарантией осуществления других закрепленных в Конституции Российской Федерации прав - на получение квалифицированной юридической помощи (статья 48, часть 1), на защиту своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2), на судебную защиту (статья 46), на разбирательство дела судом на основе состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3) и находится во взаимосвязи с ними, Конституционный Суд Российской Федерации в ряде решений (Постановления от 27 марта 1996 года N 8-П, от 25 октября 2001 года N 14-П, от 26 декабря 2003 года N 20-П и др.) сформулировал следующие правовые позиции.
Права и свободы человека и гражданина, в том числе право пользоваться помощью адвоката (защитника), признаются и гарантируются в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти и обеспечиваются правосудием (статьи 1, 2, 17 и 18 Конституции Российской Федерации), а их признание, соблюдение и защита, в силу предписаний Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им общепризнанных принципов и норм международного права, - обязанность государства и одно из необходимых условий справедливого правосудия.
Из статей 71 (пункты "в", "о") и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 55 (часть 3) следует, что право, закрепленное статьей 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации, в уголовном судопроизводстве регулируется уголовно-процессуальным законодательством и что федеральный законодатель вправе конкретизировать содержание данного права и устанавливать правовые механизмы его осуществления, условия и порядок реализации, не допуская при этом искажения существа данного права, самой его сути, и введения таких его ограничений, которые не согласовывались бы с конституционно значимыми целями. Исходя из того, что Конституция Российской Федерации определяет начальный, но не конечный момент осуществления обвиняемым права пользоваться помощью адвоката (защитника), оно должно обеспечиваться ему на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при производстве в надзорной инстанции, а также при исполнении приговора.
2.2. Как одно из наиболее значимых, право на помощь адвоката (защитника) провозглашается и в международных правовых актах - Международном пакте о гражданских и политических правах (подпункт "d" пункта 3 статьи 14) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подпункт "c" пункта 3 статьи 6), в соответствии с которыми каждый при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения вправе защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника, а если он не имеет защитника - вправе быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда того требуют интересы правосудия, безвозмездно для него, когда у него недостаточно средств для оплаты этого защитника.
Разрешая вопрос об обеспечении права на помощь защитника лицу, в отношении которого уже вынесен приговор, при рассмотрении его дела судом второй инстанции, Европейский Суд по правам человека в Постановлениях от 13 мая 1980 года по делу "Артико (Artico) против Италии" и от 25 апреля 1983 года по делу "Пакелли (Pakelli) против Федеративной Республики Германии" исходил из того, что непредоставление осужденному, если у него нет достаточных средств для оплаты услуг защитника и если того требуют интересы правосудия, такой помощи является нарушением прав, гарантированных подпунктом "c" пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
3. Конституционные положения о праве на получение квалифицированной юридической помощи и праве обвиняемого на помощь адвоката (защитника) конкретизированы в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, которым к категории обвиняемых отнесены не только лица, в отношении которых вынесены постановление о привлечении в качестве обвиняемого или обвинительный акт, но и подсудимые - обвиняемые, по уголовному делу которых назначено судебное разбирательство, а также осужденные - обвиняемые, в отношении которых вынесен обвинительный приговор, и оправданные - обвиняемые, в отношении которых вынесен оправдательный приговор (части первая и вторая статьи 47).
Регламентируя условия и порядок реализации названных конституционных прав, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации связывает их осуществление как с волеизъявлением обвиняемого, по просьбе которого участие защитника обеспечивается дознавателем, следователем, прокурором или судом (часть вторая статьи 50), так и с конкретными обстоятельствами, при наличии которых участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, а именно когда обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном статьей 52 данного Кодекса, является несовершеннолетним, в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту, не владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу, а также когда лицо обвиняется в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненное лишение свободы или смертная казнь, когда уголовное дело подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей и когда обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 (часть первая статьи 51). При этом, по смыслу статьи 16 УПК Российской Федерации, обвиняемый, не имеющий возможности, в частности материальной, пригласить адвоката по своему выбору, вправе ходатайствовать о предоставлении ему защитника по назначению.
Поскольку суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять обвиняемому его права и обязанности, а также обеспечивать возможность осуществления этих прав (часть первая статьи 11, части первая и вторая статьи 16 УПК Российской Федерации), то при наличии обстоятельств, указывающих на необходимость обязательного участия защитника в деле, если защитник не приглашен самим обвиняемым, его законным представителем либо другими лицами по поручению или с согласия обвиняемого, суд обязан обеспечить ему участие адвоката (часть третья статьи 16 и часть третья статьи 51 УПК Российской Федерации). Отказ от помощи защитника допускается в любой момент производства по уголовному делу, однако только по инициативе обвиняемого, и заявляется в письменном виде (часть первая статьи 52).
Из приведенных законоположений в их нормативном единстве следует, что право пользоваться помощью адвоката (защитника) не ограничивается отдельными стадиями уголовного судопроизводства и не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, при которых участие в уголовном судопроизводстве защитника, в том числе по назначению, обязательно.
Таким образом, нормативные положения частей второй и пятой статьи 50 УПК Российской Федерации - в системе норм уголовно-процессуального законодательства - не могут расцениваться как допускающие возможность ограничения права обвиняемого на получение квалифицированной юридической помощи адвоката (защитника), поскольку при отсутствии отказа обвиняемого от защитника или при наличии других обстоятельств, указанных в части первой статьи 51 данного Кодекса, они не исключают обязанность суда обеспечить участие защитника при производстве в суде кассационной инстанции.
Иное истолкование данных нормативных положений ограничивало бы для обвиняемого возможность воспользоваться в кассационной инстанции гарантированным ему Конституцией Российской Федерации правом на судебную защиту, ограничение которого, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть оправдано целями, указанными в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и недопустимо ни при каких обстоятельствах.
4. Производство по пересмотру вступивших в законную силу судебных решений, в том числе в надзорной инстанции, является дополнительным способом обеспечения их правосудности.
Рассматривая вопросы процессуальных гарантий прав граждан на стадии рассмотрения уголовных дел в надзорном порядке, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что объем процессуальных прав, предоставленных сторонам в надзорной инстанции, исходя из конкретных целей и особенностей этой процессуальной стадии, может быть меньше, чем в суде первой инстанции, рассматривающем дело по существу на основе непосредственного исследования всех имеющихся доказательств. Однако при определении таких прав законодатель должен учитывать конституционные требования об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон. Это означает, что на всех судебных стадиях уголовного процесса, в том числе в надзорной инстанции, прокурор и обвиняемый (осужденный, оправданный) должны обладать соответственно равными процессуальными правами; гарантии права на судебную защиту могут быть реализованы предоставлением осужденному, оправданному возможности поручать осуществление своей защиты избранным ими защитникам, представлять свои письменные возражения на доводы, приводимые в протесте, и т.п. Конституционно значимым при этом является требование в интересах правосудия обеспечить осужденному, оправданному, их защитникам реальную возможность изложить свою позицию относительно всех аспектов дела и довести ее до сведения суда (Постановление от 14 февраля 2000 года N 2-П).
Положения частей второй и пятой статьи 50 УПК Российской Федерации в их единстве с положениями статей 16, 47, 51, частями второй и шестой статьи 407 УПК Российской Федерации, гарантируя реализацию закрепленных в статьях 45, 46 (часть 1) и 48 Конституции Российской Федерации прав, не исключают обязанность суда обеспечить гражданину в случае возбуждения надзорного производства право на участие в заседании суда надзорной инстанции выбранного им защитника либо назначить защитника (по просьбе осужденного), а сам по себе переход от одной процессуальной стадии к другой не может влечь за собой ограничение права на защиту, закрепленного в качестве принципа уголовного судопроизводства.
Вместе с тем это не означает возложение на суд обязанности обеспечить осужденному бесплатную помощь защитника для подготовки надзорной жалобы, а также для участия в предварительной процедуре рассмотрения надзорных жалоб или представлений (статья 406 УПК Российской Федерации). На этом этапе судебное производство по уголовному делу, завершенному вступившим в законную силу приговором, ведется в особом порядке, не предполагающем, в частности, вызов сторон и проведение судебного заседания. Соответственно, необходимость обеспечения участия защитника в надзорном производстве возникает лишь с того момента, когда суд надзорной инстанции приступает к рассмотрению дела по существу в соответствии с принципами уголовного судопроизводства.
При этом осужденный не лишается права в соответствии с частью восьмой статьи 12 УИК Российской Федерации самостоятельно обращаться за юридической помощью (в написании надзорной жалобы и др.) по уголовному делу в соответствующее адвокатское образование либо к иным лицам, управомоченным на оказание такой помощи.
5. В силу закрепленных в Конституции Российской Федерации гарантий права на судебную защиту, а также принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации; статья 15 УПК Российской Федерации) суд обязан обеспечивать равенство прав участников судебного разбирательства, в том числе при рассмотрении ходатайств обвиняемого (осужденного) об обеспечении права на помощь адвоката, о назначении адвоката в установленном порядке.
Исследование и оценка фактических обстоятельств, вследствие которых осужденному или оправданному не была обеспечена помощь адвоката (защитника) в ходе кассационного и надзорного производства, равно как проверка законности и обоснованности вынесенных по делу судебных решений - прерогатива вышестоящих инстанций системы судов общей юрисдикции. Разрешение таких вопросов в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, установленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не входит.
Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Признать жалобу гражданки Муртазиной Лилии Дмитриевны не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного в ней вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.
2. Правоприменительные решения по делу гражданки Муртазиной Лилии Дмитриевны, основанные на положениях частей второй и пятой статьи 50 УПК Российской Федерации в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Определении на основе правовых позиций, изложенных Конституционным Судом Российской Федерации в сохраняющих силу постановлениях, должны быть пересмотрены в установленном порядке, если для этого не имеется других препятствий.
3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
4. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН

Судья-секретарь
Конституционного Суда
Российской Федерации
Ю.М.ДАНИЛОВ

0

11

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 27 марта 1996 г. No. 8-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
СТАТЕЙ 1 И 21 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОТ 21 ИЮЛЯ 1993 ГОДА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ТАЙНЕ"
В СВЯЗИ С ЖАЛОБАМИ ГРАЖДАН В.М. ГУРДЖИЯНЦА,
В.Н. СИНЦОВА, В.Н. БУГРОВА  И А.К. НИКИТИНА

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего О.С. Хохряковой, судей Э.М. Аметистова, Н.Т. Ведерникова, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, В.Г. Стрекозова, В.А. Туманова, с участием представителей граждан, обратившихся с жалобами в Конституционный Суд Российской Федерации, - адвокатов Д.Д. Штейнберга, С.Л. Арии, В.М. Волкова, Ю.М. Шмидта, руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности статей 1 и 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года "О государственной тайне".
Поводом к рассмотрению дела явились индивидуальные жалобы граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина на нарушение их конституционных прав статьями 1 и 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне".
Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации положения названного Закона, допускающие возможность отстранения адвоката от участия в качестве защитника в производстве по уголовным делам, связанным с государственной тайной, ввиду отсутствия у него специального допуска к государственной тайне.
Заслушав сообщение судьи - докладчика Н.Т. Ведерникова, объяснения представителей граждан, обратившихся в Конституционный Суд Российской Федерации, заключения экспертов, выступления специалистов, а также исследовав имеющиеся материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Военный суд Московского военного округа, рассматривавший уголовное дело по обвинению В.М. Гурджиянца в совершении преступления, предусмотренного статьей 64 УК РСФСР, отказался допустить к участию в деле в качестве защитника обвиняемого адвоката Д.Д. Штейнберга. Основанием для такого отказа послужило отсутствие у последнего специального допуска по установленной форме к государственной тайне, предусмотренного статьей 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне". В обоснование своего решения суд сослался на то, что согласно статье 1 того же Закона его положения обязательны для исполнения на территории Российской Федерации и за ее пределами органами представительной, исполнительной и судебной властей, а также должностными лицами и гражданами.
Полагая, что в результате применения судом положений статей 1 и 21 названного Закона было нарушено его конституционное право на получение квалифицированной юридической помощи, включая помощь адвоката, В.М. Гурджиянц обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой о проверке конституционности этих правовых норм.
Жалобы с аналогичными требованиями поступили от граждан В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина, которым следователями органов прокуратуры и Федеральной службы безопасности Российской Федерации также было отказано в допуске к участию в деле избранных ими защитников со ссылкой на предписания статьи 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне".
Поскольку указанные жалобы касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", соединил дела по этим жалобам в одном производстве.
В соответствии с требованиями статьи 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" жалобы граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина являются допустимыми, так как обжалуемые в них статьи Закона Российской Федерации "О государственной тайне" затрагивают конституционные права граждан и применены в качестве основания для отказа в допуске адвокатов к участию в конкретных уголовных делах. Учитывая, что поводом к обращению граждан в Конституционный Суд Российской Федерации послужило применение статей 1 и 21 названного Закона в уголовном судопроизводстве, Конституционный Суд Российской Федерации проверяет конституционность этих норм лишь в той части, в какой они применяются при производстве по уголовным делам.
2. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, в то же время предусматривает, что федеральным законом определяется перечень сведений, составляющих государственную тайну (статья 29, часть 4). Такое решение вызвано необходимостью защиты суверенитета России, обеспечения ее обороны и безопасности и соотносится с предписаниями статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, допускающей в указанных целях ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина, а следовательно, и права на информацию. Исходя из этого законодатель вправе устанавливать перечень сведений, которые могут быть отнесены к государственной тайне, регулировать отношения, связанные с их рассекречиванием и защитой, определять порядок допуска и доступа граждан к таким сведениям.
Согласно статье 1 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" его положения обязательны для исполнения на территории Российской Федерации и за ее пределами органами представительной, исполнительной и судебной властей, местного самоуправления, предприятиями, учреждениями и организациями независимо от их организационно-правовой формы и формы собственности, должностными лицами и гражданами Российской Федерации, взявшими на себя обязательства либо обязанными по своему статусу исполнять требования законодательства Российской Федерации о государственной тайне.
Обязанность соблюдать законодательство о государственной тайне вытекает из общеправовой обязанности органов государственной власти, местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы (статья 15, часть 2, Конституции Российской Федерации). Следовательно, статья 1 Закона Российской Федерации "О государственной тайне", воспроизводящая применительно к определенной сфере общественных отношений требования статей 15 (часть 2) и 29 (часть 4) Конституции Российской Федерации, соответствует ее положениям.
3. Обжалуемая заявителями статья 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" устанавливает, что допуск должностных лиц и граждан к государственной тайне осуществляется в добровольном порядке по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации после проведения соответствующих проверочных мероприятий. Цель такой проверки - выявление обстоятельств, которые в соответствии со статьей 22 данного Закона могут служить основанием для отказа в допуске к государственной тайне. Решение об отказе должностному лицу или гражданину в допуске к государственной тайне согласно части второй той же статьи может быть обжаловано в вышестоящую организацию или в суд.
Такой порядок, призванный обеспечивать сохранность государственной тайны, в основе своей соответствует целям, указанным в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, не противоречит другим ее нормам, а также общепризнанным принципам демократического правового государства. Исходя из буквального смысла статьи 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" устанавливаемый ею порядок носит характер общего правила, не исключающего, однако, возможности использования иных способов доступа к государственным секретам и защиты государственной тайны, само существование которых обусловлено, в частности, особенностями правового статуса отдельных категорий лиц, вытекающего из Конституции Российской Федерации или непосредственно предусмотренного законом. В этой связи предписания статьи 21 о порядке допуска к сведениям, составляющим государственную тайну (предварительная проверка и решение руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации о допуске), не могут быть распространены, например, на депутатов Федерального Собрания или судей, поскольку это противоречит природе их конституционного статуса, особенностям занятия должности (избрание или особый порядок назначения) и выполняемых ими функций. Сохранность государственной тайны в таких случаях гарантируется путем использования соответствующих механизмов ответственности.
Из статьи 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации и статьи 47 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР следует, что адвокат, осуществляющий защиту по уголовным делам, является участником процесса. Порядок производства по уголовным делам, как это установлено статьей 1 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР (с изменениями и дополнениями, внесенными в него на момент рассмотрения настоящего дела, т.е. уже после принятия Закона Российской Федерации "О государственной тайне"), является единым и обязательным по всем уголовным делам и для всех судов, органов прокуратуры, предварительного следствия и дознания и определяется именно данным Кодексом, а не каким-либо иным федеральным законом. Следовательно, порядок участия адвоката в уголовном судопроизводстве, в том числе по делам, связанным со сведениями, составляющими государственную тайну, также определяется именно названным Кодексом.
Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР не содержит требований о какой-либо предварительной проверке адвоката и особом разрешении на участие в такого рода делах, что согласуется с положениями Конституции Российской Федерации. Таким образом, обжалуемое положение о порядке допуска к государственной тайне не может быть применено и к адвокату, участвующему в уголовном судопроизводстве в качестве защитника.
Однако, как установлено в ходе судебного заседания, органы, осуществляющие производство по уголовным делам, связанным с государственной тайной, основываясь на положениях статьи 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне", признают отсутствие такого допуска у адвоката в качестве обстоятельства, исключающего возможность его участия в процессе. Тем самым данной статье придается смысл, в соответствии с которым именно она, а не уголовно-процессуальные нормы, является единственным и достаточным правовым основанием для отстранения от участия в уголовном деле адвоката, не имеющего допуска к государственной тайне.
4. Конституция Российской Федерации, международно-правовые акты по правам человека, федеральные законы требуют от государства предоставления лицам, вовлекаемым в сферу уголовного судопроизводства, адекватных гарантий защиты их прав и свобод.
Из статьи 48 Конституции Российской Федерации следуют право каждого на получение квалифицированной юридической помощи и право пользоваться помощью адвоката (защитника) на всех стадиях уголовного судопроизводства. В соответствии со статьей 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, являющегося составной частью правовой системы Российской Федерации, каждый при рассмотрении предъявленного ему обвинения вправе сноситься с выбранным им самим защитником и защищать себя через его посредство.
Поэтому отказ обвиняемому (подозреваемому) в приглашении выбранного им адвоката по мотивам отсутствия у последнего допуска к государственной тайне, а также предложение обвиняемому (подозреваемому) выбрать защитника из определенного круга адвокатов, имеющих такой допуск, обусловленные распространением положений статьи 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" на сферу уголовного судопроизводства, неправомерно ограничивают конституционное право гражданина на получение квалифицированной юридической помощи и право на самостоятельный выбор защитника (статья 48 Конституции Российской Федерации, статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах). Указанные конституционные права в силу статьи 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации не могут быть ограничены ни при каких обстоятельствах.
5. Зависимость выбора обвиняемым адвоката от наличия у последнего допуска к государственной тайне противоречит также принципу состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, закрепленному в статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Расследование большинства уголовных дел, в материалах которых содержатся сведения, составляющие государственную тайну, в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством возложено на органы Федеральной службы безопасности. Эти же органы согласно статьям 21 и 22 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" проводят проверочные мероприятия в отношении лиц, которым оформляется допуск к государственной тайне, и тем самым фактически предопределяют решение о его выдаче. При таких обстоятельствах адвокат объективно оказывается в зависимости от органов, осуществляющих уголовное преследование, что ставит защиту и обвинение в неравное положение.
6. Человек, его права и свободы согласно статье 2 Конституции Российской Федерации являются высшей ценностью. Права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
Исходя из этих конституционных положений законодатель, определяя средства и способы защиты государственной тайны, должен использовать лишь те из них, которые в конкретной правоприменительной ситуации исключают возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина. В рамках уголовного судопроизводства такими средствами могут, в частности, выступать проведение закрытого судебного заседания, предупреждение участников процесса о неразглашении государственной тайны, ставшей им известной в связи с производством по уголовному делу, и привлечение этих лиц к уголовной ответственности в случае ее разглашения. Сохранность государственной тайны в уголовном судопроизводстве обеспечивается также нормами Положения об адвокатуре РСФСР, утвержденного Законом РСФСР от 20 ноября 1980 года, которыми предусматривается обязанность адвоката хранить профессиональную тайну, не допускать проступков, не совместимых с пребыванием в коллегии, быть образцом безукоризненного поведения (статьи 13, 16).
Законодатель вправе устанавливать и иные способы защиты государственной тайны в уголовном судопроизводстве, которые, однако, должны носить уголовно-процессуальный характер и быть соизмеримыми как со значимостью охраняемой тайны, так и с правовым статусом соответствующих участников уголовного процесса.
На основании изложенного и руководствуясь частью первой статьи 71, статьями 72, 74, 75 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать статью 1 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" соответствующей Конституции Российской Федерации.
2. Признать статью 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне" по ее буквальному смыслу соответствующей Конституции Российской Федерации.
Распространение положений данной статьи на адвокатов, участвующих в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, и отстранение их от участия в деле в связи с отсутствием допуска к государственной тайне не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 48 и 123 (часть 3).
3. Федеральному Собранию Российской Федерации с учетом пункта 2 резолютивной части настоящего Постановления надлежит внести необходимые уточнения в действующее законодательство.
4. Согласно части второй статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" дела граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова, А.К. Никитина, разрешенные на основании положений статьи 21 Закона Российской Федерации "О государственной тайне", подлежат пересмотру в установленном порядке в соответствии с пунктом 2 резолютивной части настоящего Постановления.
5. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.
6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", иных официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации. Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ » Конституция РФ, статьи, комментарии, материалы » ГЛАВА 2. ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. Статья 48