narcorik.ru



САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ » Конституция РФ, статьи, комментарии, материалы » ГЛАВА 2. ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. Статья 35


ГЛАВА 2. ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. Статья 35

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Конституция РФ
Раздел I
Глава 2 Права и свободы человека и гражданина
Статья 35

1. Право частной собственности охраняется законом.
2. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.
3. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения.
4. Право наследования гарантируется.

Подпись автора

Лойер Клуб - свежие новости с юридических полей !

0

2

Статья 35

1. Важнейшим институтом социально-экономических отношений является закрепленное в Конституции РФ право частной собственности, непременное условие демократической рыночной экономики. Собственность - это основа подлинной независимости человека и его уверенности в завтрашнем дне. Государство приняло на себя обязанность защищать частную собственность, обеспечивать ее неприкосновенность. Право частной собственности регулируется многими отраслями российского права.

2. Часть 2 статьи 35 раскрывает содержание права частной собственности физических и юридических лиц. Под владением понимается фактическое обладание принадлежащей собственнику вещью (имуществом), так называемое "фактическое держание ее в своих руках". Под пользованием понимается извлечение из имущества его полезных свойств, под распоряжением - законная возможность полной или частичной передачи прав на него другим лицам. Правомочия владения, пользования и распоряжения имуществом регулируются и охраняются гражданским законодательством.

3. Часть 3 статьи устанавливает, что никто не может быть лишен имущества без вступившего в законную силу решения суда; отчуждение имущества может быть произведено только в предусмотренных законом случаях. В статье 235 ГК РФ перечислены такие случаи. Это обращение взыскания на имущество по обязательствам (статья 237); отчуждение имущества, которое в силу закона не может принадлежать данному лицу (статья 238); отчуждение недвижимого имущества в связи с изъятием участка (статья 239); выкуп бесхозяйственно содержимых культурных ценностей, домашних животных (статьи 240 и 241); реквизиция (статья 242); конфискация (статья 243) и др.

4. Под наследованием понимается переход имущества умершего физического лица. ГК РФ содержит специальную главу "Наследственное право", которая подробно регламентирует институт наследования и устанавливает ограничения свободы завещания с целью охраны интересов малолетних и нетрудоспособных наследников умершего наследодателя. Так, статья 1149 предусматривает право на обязательную долю в наследстве. Несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные родители и супруг, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону.

0

3

Статья 35

1. Статья 35 конкретизирует и детализирует более общие и абстрактные положения ч. 2 ст. 8 (см. комм. к ней) о едином праве собственности, охватывающем два основных типа этого права (частное и публичное право собственности) как одной из основ конституционного правового строя России применительно к праву частной собственности (т.е. прежде всего как институту гражданского права). Обладателями, т.е. субъектами, этого права являются, во-первых, физические лица (граждане РФ индивидуально или совместно с другими лицами; иностранные граждане и лица без гражданства) независимо от их публично-правовых правомочий и возможных должностей, исходя из того что человек, его права и свободы - это высшая ценность (см. ст. 2). Именно право частной собственности стоит на первом месте в конституционных перечнях форм права собственности (см. ст. 8, 9, 35, 36). Во-вторых, субъектами частного (т.е. гражданского) права собственности могут быть и иные, публично-правовые субъекты конституционного права (РФ, ее субъекты, местные самоуправления), нередко передающие своим органам исполнительной власти, предприятиям и др. фактическое осуществление правомочий собственника.

Кроме того, ограниченной специальной (целевой) частной правоспособностью могут обладать общественные объединения и религиозные организации некоммерческого характера согласно закону и своим уставным целям, исключающим получение доходов участниками этих объединений и организаций (см.: Кутафин О.Е. Субъекты конституционного права Российской Федерации как юридические и приравненные к ним лица. М.: Проспект, 2007). В силу ч. 3 ст. 62 Конституции иностранцы и апатриды пользуются равными с гражданами РФ правами и несут равные с ними обязанности (кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором РФ). Из ст. 8 Конституции (о признании и защите равным образом всех форм собственности) вытекает равенство всех физических и юридических лиц, т.е. всех субъектов права собственности. Поэтому статьи 35 и 36 включены в состав определяющей права и свободы человека и гражданина гл. 2 Конституции. О формах публичной (государственной, муниципальной и др.) собственности, а также о публичных юридических лицах (РФ, ее субъектах, местном самоуправлении, их органах власти), когда они действуют в этом качестве, речь идет в некоторых других главах и статьях Конституции РФ (например, в п. "д" ст. 71, п. "в", "г" ч. 1 ст. 72, ст. 130, 132 и др.).

В законодательстве, в юридической и экономической литературе, в массовом правосознании термины "собственность", "частная собственность" и т.п. нередко употребляются в различных значениях. Во-первых, из ст. 8 и 34 вытекает, что частная собственность - это форма законной хозяйственной (в частности, предпринимательской) деятельности частных физических или юридических лиц, выступающих именно в качестве частных лиц, а не носителей публичной, т.е. государственной или муниципальной, власти. Эти частные физические и юридические лица осуществляют свою хозяйственную деятельность, свободно используя свои способности и свое имущество (см. комм. к ст. 34). Во-вторых, собственностью, в том числе частной, часто называют только конкретное вещное право частного лица (физического или юридического) на принадлежащее ему имущество. В-третьих, так нередко называют даже в законах само имущество, являющееся объектом права частной собственности. Необходимая точность юридического языка требует строгого различения этих понятий.

Части 1 и 2 ст. 35 имеют в виду право частного собственника на принадлежащее ему имущество и на его использование для экономической деятельности самим собственником или созданным им совместно с другими лицами объединением (предприятием). Это право охраняется законом, предусматривающим различные: гражданско-правовые, административно-правовые, уголовно-правовые, судебные и др. меры защиты. В их числе и законная самозащита каждым его права собственности (см. ч. 2 ст. 45).

Нередко право частной собственности понимается только как индивидуальное право одного человека. Это тоже неверно. Любое коллективное, кооперативное, семейное и тому подобное право собственности тоже частное в отличие от различных форм публичного (государственного, муниципального и др.) права собственности. Однако государственная, т.е. публичная, собственность часто приобретает гражданско-правовую форму акционерного общества, в котором контрольный пакет акций (а иногда и весь акционерный капитал) принадлежит государству.

Правовое регулирование отношений частной собственности в соответствии с Конституцией дано главным образом в Гражданском кодексе РФ, а также в многочисленных иных законах РФ, в Жилищном, Земельном, Лесном, Налоговом и других кодексах.

ГК содержит соответствующие Конституции положения, подробно устанавливающие, в частности, статус физических и юридических лиц, а также положения об их праве собственности, о его приобретении, прекращении, осуществлении, защите и т.д., о наследственном праве, об авторском праве, а также о предусмотренном в ч. 1 ст. 44 Конституции праве интеллектуальной собственности, охраняемом законом.

Вместе с тем нельзя не отметить, что обеспечение права частной собственности, несмотря на определенные успехи (например, признание права частной собственности многих миллионов граждан на небольшие дачные, садовые и тому подобные земельные участки, приватизация жилищ многих граждан, некоторое развитие малого и среднего бизнеса и т.п.), в целом все еще явно недостаточно. Масса крестьян в результате обмана, фальсификации документов, злоупотреблений должностных лиц и т.п. теряет или уже утратила это право на свои земельные доли из угодий колхозов, совхозов, скупаемые земельными спекулянтами и иными недобросовестными приобретателями, в том числе незаконно застраивающими ценные сельскохозяйственные земли. Жилищные права граждан (даже собственников их жилья) часто нарушаются органами власти, новыми крупными домовладениями или предприятиями, от которых так или иначе зависит осуществление этих прав, а восстановление нарушенных прав граждан на их вклады в банках идет крайне медленно и осуществляется лишь частично и т.д.

2. Содержание права частной собственности каждого (равно защищенное и для публичной собственности) физического лица на конституционно обобщенном уровне установлено частью 2 ст. 35. Фактическое огосударствление кооперативной, включая колхозную, и ряда других форм собственности и т.п. более недействительно. Равноправие всех субъектов права собственности на любое имущество означает также и равенство ограничений, вытекающих для всех собственников из требований социально-экономической политики государства (ч. 1 ст. 7, ч. 2 ст. 36, ст. 34, 39 и др. Конституции), рационального природопользования (ч. 1 ст. 9) и т.д. Право частной собственности, вытекающее из трудовых прав каждого (ст. 37), из его жилищных прав (ст. 40) и др., распространяющееся также на некоторые объекты, для которых установлен особый режим, исходит из конституционных требований социального, экологического, здравоохранительного характера, безопасности и т.п. Это позволяет, регулируя возникновение, содержание, осуществление и защиту прав частной собственности граждан, тем самым определять и многие основные элементы других форм права собственности. Это важно иметь в виду, так как в тексте множества статей Конституции термины "каждый" и "никто", которыми начинаются, соответственно, ч. 2 и 3 ст. 35, относятся непосредственно как к физическим лицам, т.е. к человеку и гражданину, так и к их объединениям.

Конституционное определение в ч. 2 ст. 35 содержания права собственности как совокупности трех правомочий - владения (т.е. фактического обладания объектом), пользования (т.е. получения пользы от объекта) и распоряжения (т.е. купли-продажи, дарения, сдачи в аренду и других сделок по поводу объекта права собственности) - закрепляет это традиционное основное содержание права собственности (в особенности на средства производства). Конституция возвращает его в конституционно-правовую систему России после долгого периода подавления экономической свободы личности и прямого или косвенного почти тотального огосударствления экономики, отрицания частного права вообще. Вместе с тем конкретное определение права собственности определенного лица на определенный объект зависит от социально-экономического назначения данного объекта, от квалификации данного лица и т.п.

Однако восстановление "нормальных" правовых институтов этого рода сопровождается явной недооценкой мирового опыта развития права собственности за последние сто лет. Это объясняется рядом причин. Изменения в праве собственности с середины XIX в. были введены, исходя из опыта функционирования названных традиционных институтов в условиях нарастания социально-функциональных ограничений права собственности и его трех правомочий собственника, демократизации государственного строя, научно-технического прогресса и усиления публично-правового, в особенности государственного, регулирования экономики в целях осуществления гуманизирующейся социальной политики, повышения эффективности народного хозяйства. Отражением этих процессов явилась модернизация права собственности, породившая теорию и практику его социальной функции.

Для нее характерны несколько основных элементов. Во-первых, сохранение и укрепление свободного осуществления трех основных элементов права собственности (владения, пользования и распоряжения), но в пределах ограничений и требований, установленных демократическим и все более социально справедливым законом. Во-вторых, это ограничения права собственности, которые определяются новым элементом содержания права собственности, который ранее был сравнительно редким внешним ограничением этого права, а теперь во многих странах признан его внутренней составной частью - обязанностями любого собственника, а также систематическим общественным и государственным контролем за соблюдением этих обязанностей. Право собственности ограничивается также регулированием экономики со стороны правового государства, понимаемого как демократическая социальная служба и действующего преимущественно экономическими (но в необходимых случаях и властными) методами.

В соответствии с этим отпало отношение к праву собственности как к "священному и неприкосновенному", исключающему возможность вмешательства со стороны в том числе государства. Начавшийся в текущем законодательстве, этот пересмотр многих сторон должного правового института нашел свое подтверждение и закрепление и в конституционном праве.

Конституционные принципы, закрепляющие современную социальную концепцию права собственности, существуют во многих странах (Великобритания, Германия, Франция, Италия, Испания, Голландия, Бразилия и др.). Конституционные социально-функциональные ограничения (и обязанности), включенные в состав права собственности, свободы договоров и т.п. конкретизируются в публично-правовых нормах текущего законодательства, требования которых не могут быть изменены соглашением участников данного правоотношения. Эти ограничения и обязанности концентрируются вокруг требований социальной политики (например, в трудовом законодательстве), экономической политики (например, налоги подоходные, с наследства и т.п., система которых, как правило, строится на основе прогрессивной шкалы и учета налоговой платежеспособности граждан), обеспечения рационального использования дефицитных ресурсов (в том числе природных), охраны общества от неизбежных, но опасных воздействий химических, атомных и других загрязнений и объектов и т.д. Во многих случаях это выражается не только в некотором сужении меры свободного осуществления права собственности, входящих в его состав правомочий и производных от них конкретных имущественных прав, но и в ограничении круга субъектов этих прав собственности требованиями особой квалификации физических лиц, в том числе наемных работников, специализации и оборудования предприятий и т.п. (по отношению к земельным угодьям, атомным объектам, транспортным средствам, другим источникам повышенной опасности, производству продуктов питания, медикаментов и др.), государственным контролем за исполнением этих ограничений и предписаний. Все чаще, прежде чем исполнить любое частноправовое предписание закона, надо ознакомиться с содержанием публично-правовых, т.е. административно-правовых, финансово-правовых и др. законов по тому же вопросу и совершать частноправовые действия только в пределах, установленных публичным правом (например, ст. 14 ГК Нидерландов в книге о праве собственности).

Провозглашенное во Франции, а затем и в других странах "священное и неприкосновенное" право собственности, лишение или ограничение которого допускалось только в случае установленной законом несомненной общественной необходимости и при условии справедливого и предварительного возмещения (ст. 17 Декларации прав человека и гражданина 1789 г.). В 1919 г. аналогичные обобщенные положения были впервые включены текст Конституции Германии, а затем повторены в Основном законе ФРГ 1949 г. (ст. 14, 15 и др.). Право собственности и наследования гарантировались, но их содержание и пределы устанавливались теперь не только либеральным всеобщим принципом, а законом, обязывающим собственника использовать имущество не только в личных, но и в весьма конкретных общественных интересах. Лишение имущества, включая землю, средства производства и т.д., названное теперь обобществление могло быть осуществлено только законом, регулирующим виды и размеры возмещения, не упоминая об их полноте и предварительности.

В Конституции Испании 1978 г. признаны право частной собственности его наследования, содержание которых ограничено их социальной функцией, а лишение кого-либо этих прав или части ограничения возможно только ради общественной пользы и социальных интересов при соответствующем возмещении по закону (ст. 33), как и свобода предпринимательства, защищаемая властями (ст. 38). Все богатства страны независимы от характера права собственности, подчинены общим интересам (ст. 128).

Наиболее подробна в этом отношении Конституция Бразилии 1988 г., содержащая как общие положения о социальной ценности труда и свободного предпринимательства (ст. 1, 170, 174, 176), о праве собственности, его социальной функции, компенсации (теперь нередко лишь частичной, в рассрочку и т.п.) при экспроприации и др. (п. XXII-XXVI ст. 5), о праве наследования (п. ХХХ и XXXI ст. 5), о социальных правах (ст. 7), а так и отдельные главы и положения о праве городской собственности и ее социальной функции (ст. 183), по отношению к городской недвижимости (ст. 182 и 183), к сельскохозяйственной политике и аграрной реформе (ст. 184-191), экологии (ст. 225), о статусе индейцев и об их землях (ст. 231 и 232) и др.

Во многих странах социальная функция права собственности выражается иначе. Устаревшие положения об абсолютном праве собственности сохраняются, но они сопровождаются огромным количеством исключений и ограничений, ссылок на законы и т.п., что делает систему норм противоречивой и нелепой, но сохраняет ее направленность на осуществление правом собственности его социальной функции.

В Конституции РФ, Гражданском кодексе и ряде других законов России избрана другая форма: во многих случаях говорится просто об ограничениях права собственности, которые могут быть установлены законом, но без систематизации этих случаев и их обобщения системой социально-функциональных принципов и предписаний. По-видимому, это соответствует специфике переходной ситуации в России. Провозглашение регулирования социально-экономической жизни государством, даже понимаемой как демократическая и правовая социальная служба, и ограничения права собственности, даже понимаемого как социальная функция, у нас могли быть и в значительной мере оказались восприняты как бюрократическим чиновничеством, так и еще не вполне уверенными в прочности своего положения частными собственниками и другими гражданами как восстановление давно им знакомых тоталитарных порядков, как освящение государственного, ведомственного, чиновничьего произвола, как новое подавление экономических прав и свобод личности, как зеленый свет для коррупции и т.п. Для того же, чтобы защитить еще не окрепшее современное право частной собственности и в то же время оградить частное имущество от злоупотреблений этим правом на нынешнем историческом этапе, избранная российским законодателем теоретическая форма социально-правового регулирования отношений собственности, по-видимому, была сочтена достаточной.

Но вместе с тем право частной собственности нередко понимается то слишком широко, согласно "палеолиберальной" теории, как неограниченное, священное и тому подобное право, без учета всех необходимых социальных требований и ограничений. Собственники, купившие заселенные жилые дома, нередко не считаются с конституционными правами жильцов (ст. 7, 24, 40 и др.), пытаются расторгать договоры с ними и выселять их, а суды, ссылаясь на новый Жилищный кодекс, нередко это позволяют. Между тем замена одного домовладельца другим может не иметь значения для содержания договора жилищного найма домовладельца (нового) с прежним жильцом.

Некоторые политические и общественные деятели, пропагандируя понятия о собственности, соответствующие взглядам XVII-XVIII вв., все еще твердят о полной свободе собственников предприятий и других свободных "субъектов хозяйственной деятельности". Собственники средств массовой информации забывают о том, что они должны строго соблюдать свои социальные функции согласно Конституции (например, ст. 29) и законам о СМИ, определяющим права журналистов и авторов во многом независимо от права собственности на СМИ (запрет цензуры, свобода мысли, слова и информации и т.д.).

3. Часть 3 ст. 35 устанавливает правовые гарантии права частной собственности. Лишение частного физического или юридического лица принадлежащего ему имущества вопреки воле этого лица возможно только в силу судебного решения. Термин "решение" употреблен здесь не в строго юридическом, а в более широком теоретико-организационном или теоретико-управленческом смысле. Имеются в виду как собственно решения, принимаемые судом в гражданском судопроизводстве, так и приговоры, выносимые им в уголовном процессе. В последнем случае возможна конфискация имущества (как дополнительное наказание за преступление). В форме гражданско-правового решения возможно властное прекращение права собственности одной из спорящих об этом праве сторон и передача этого права и его объекта другой стороне. В этих и подобных случаях лишение имущества часто может происходить и безвозмездно.

Особый порядок установлен в ч. 3 комментируемой статьи для тех случаев, когда прекращается законное право собственности ради нужд государства.

При этом следует учитывать, что государство, согласно ст. 3 Конституции, является орудием народовластия, как и местное самоуправление. За ними стоит народ, общество. Поэтому надо полагать, что нужды государства следует понимать широко, включая в это понятие прежде всего общественные нужды и нужды местного населения. Иначе получилось бы, что муниципальные (т.е. негосударственные) власти, например, Нижнего Новгорода или Новосибирска даже ради острых общественных и городских нужд не имеют права в соответствии с законом через суд добиться изъятия частного имущества с должной компенсацией, например, земельного участка, необходимого для осуществления законных градостроительных задач. Кроме того, полное исключение упоминания об общественных нуждах из ранее употреблявшейся формулы "изъятие для государственных и общественных нужд" носило бы бюрократический, этатистский характер и противоречило бы духу и смыслу всей Конституции, ее ст. 2 и 3. Разве у демократического, правового, социального государства как такового существуют какие-то особые и законные нужды и интересы, не являющиеся непосредственно общественными?

Прекращение права собственности частного лица, физического или юридического, может быть добровольным, по договору (купли-продажи, дарения, обмена и т.д.). Но в тех случаях, когда становится необходимым принудительное отчуждение имущества для интересов в конечном счете общественных, оно может быть произведено только по решению суда (в отмеченном выше узком смысле) и только при условии предварительного и равноценного возмещения, т.е. либо выплаты лишаемому своего имущества лицу компенсации, соответствующей (но не обязательно равной) рыночной цене отчуждаемого имущества и сумме причиняемых этому лицу иных убытков, если они имеют место, либо предоставления этому лицу другого равноценного имущества, по общему правилу - с согласия и по выбору этого лица.

Конституционный Суд в Постановлении от 16 мая 2000 г. N 8-П (СЗ РФ. 2000. N 21. ст. 2258) признал не соответствующими ст. 35 (ч. 3), а также 46 (ч. 1) и 55 (ч. 2 и 3) положения п. 4 ст. 104 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в той части, в какой они по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, позволяли передавать муниципальным преобразования жилищный фонд социального назначения, детские учреждения, объекты коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимые для региона, без выплаты собственникам-должникам, находящимся в процедуре конкурсного производства, разумной и справедливой компенсации, обеспечивающей баланс между публичными и частными интересами

Требует конституционно-правовой оценки и практика досудебного или внесудебного отобрания имущества у собственника (административные штрафы, конфискации предметов контрабанды или орудий браконьерства, частичное возмещение по решению администрации материального ущерба, нанесенного предприятию его работниками, и т.п.). В этих случаях возможны две ситуации. Если этот собственник признает свою вину, считает данную санкцию законной и, не возражая, добровольно уплачивает штраф, не оспаривая его законности и т.п., то такое лишение имущества не является принудительным. В противном случае дело окончательно решается судом в соответствии со ст. 35 Конституции.

Эти правила относятся и к такому специфическому случаю отчуждения, как реквизиция, например при стихийном бедствии и тому подобных чрезвычайных обстоятельствах. Статья 56 Конституции, допуская ограничения некоторых прав и свобод граждан в условиях чрезвычайного положения, не включает ст. 35 в число тех статей Конституции, которые содержат права и свободы, не подлежащие ограничению в этих условиях.

Конкретное определение оснований, условий и порядка принудительного отчуждения имущества в РФ дано в ГК, в Земельном кодексе и других законах РФ.

4. Гарантия права наследования имущества, составляющего частную собственность физического лица, установлена частью 4 комментируемой статьи. Наследование имеет две основные формы: наследование по завещанию и наследование "по закону", точнее, как в римском праве - от незавещавшего лица (ab intestato); ведь закон регулирует обе формы наследования. Наследниками по завещанию могут быть физические и юридические лица, РФ, ее субъекты, местные самоуправления. Свобода завещания, наподобие свободы собственности и договоров, ограничивается, исходя из социальных соображений, вытекающих, в частности, из ч. 1 ст. 7 Конституции; это делается, например, с целью защиты интересов малолетних и нетрудоспособных наследников путем установления обязательной доли наследственной массы, ниже которой доля данного наследника не должна снижаться. Во многих странах права некоторых наследников, например не способных обеспечить рациональное использование наследуемого имущества (земельных участков, ферм и др.) из-за недостатка квалификации и других причин, заменяются денежной компенсацией. Вопросы наследственного права регулируются статьями 2, 8, 9, 19, 35, 36 и другими положениями Конституции и - в соответствии с ними - кодексом и - в соответствии с ним - ГК и другими законами РФ.

0

4

Статья 35

1. Собственности как элементу экономической системы в Конституции России посвящена ч. 2 ст. 8. В комментируемой статье авторы Конституции РФ отдельно подчеркнули право иметь имущество в частной собственности как субъективное право человека. Таким образом, право частной собственности включено в состав основных прав и свобод человека и гражданина.

Охрана права частной собственности представляет собой закрепление в законодательстве ряда гарантий для частных собственников, позволяющих им беспрепятственно реализовывать свои права, а также защищающих их от незаконного изъятия собственности. Конституция РФ в части первой комментируемой статьи прямо указала на необходимость принятия федерального закона, устанавливающего гарантии защиты частной собственности. При этом важные гарантии прав собственника закреплены в частях второй и третьей ст. 35 Конституции РФ. Право частной собственности охраняется целым рядом федеральных законов - от Гражданского до Уголовного кодексов РФ.

2. Часть 2 комментируемой статьи раскрывает наиболее основные правомочия собственника. Со времени римского права известна классическая триада прав собственника - право владеть, право пользоваться и право распоряжаться своим имуществом. В России эта триада впервые была закреплена в 1832 г. в Своде Законов Российской Империи (ст. 420 т. X ч. 1) и с тех пор стала традиционной*(142).

Владение (от лат. jus possidendi) - основанная на законе, т.е. юридически обеспеченная и гарантированная возможность иметь то или иное имущество у себя в хозяйстве.

Пользование (от лат. jus utendi et jus fruendi) - основанная на законе, т.е. юридически обеспеченная и гарантированная возможность использования конкретного имущества путем извлечения в процессе его использования заключенных в нем полезных качеств, т.е. возможность осуществлять потребление данного имущества.

Распоряжение (от лат. jus disponendi) - основанная на законе, т.е. юридически обеспеченная и гарантированная возможность определять судьбу имуществ, выражающаяся в следующих формах: 1) путем изменения принадлежности имущества; 2) путем изменения состояния имущества; 3) путем изменения назначения имущества. Распоряжение включает в себя возможность уничтожения вещи, хотя это право может быть ограничено, например, в отношении памятников истории и культуры.

Следует отметить также, что Конституция России упоминает о возможности существования как частной собственности одного лица, так и общей собственности. Общая собственность представляет собой нахождение имущества в собственности двух или нескольких лиц. При этом ст. 244 Гражданского кодекса РФ предусматривает возможность существования двух видов общей собственности: с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Кроме того, совместное владение, пользование и распоряжение имуществом может осуществляться путем создания юридических лиц, отсутствие упоминания которых в Конституции РФ, как мы уже отмечали, является существенным пробелом. Дело заключается и в том, что частная собственность - это собственность физических и юридических лиц, и отсутствие упоминания о них в комментируемой статье Конституции РФ может быть истолковано как нераспространение на них установленных этой статьей гарантий, что в условиях рыночной экономики недопустимо.

Формула "каждый вправе", употребляемая Конституцией РФ, означает, что Конституция РФ не ограничила круг субъектов права частной собственности, включив в них как граждан России, так и иностранных граждан и лиц без гражданства. Вместе с тем ограничение иностранных граждан и лиц без гражданства (в том числе, учредивших в иностранном государстве юридические лица) в праве иметь в частной собственности стратегически важные для России объекты, например месторождения полезных ископаемых, не противоречит Конституции РФ, в силу лаконичности ее нормы (ведь Конституция РФ не говорит о том, что в частной собственности может быть "любое имущество")*(143).

3. Часть 3 комментируемой статьи закрепляет важные гарантии прав собственника. Следует отметить, что общий принцип экономической системы государства - принцип неприкосновенности частной собственности - не нашел прямого закрепления в Конституции РФ. Гарантия, предусмотренная рассматриваемой нормой, является его частью, посвященной вопросам перехода имущества из частной собственности в государственную.

Часть 3 комментируемой статьи рассматривает две возможности:

лишение собственника имущества на основании решения суда;

2) принудительное отчуждение имущества для государственных нужд по решению административных органов, однако при соблюдении условий предварительного и равноценного возмещения.

В первом случае - лишения собственника имущества - речь идет о конфискации. Имущество может быть безвозмездно изъято у собственника по решению суда в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения в связи с тем, что оно послужило орудием или предметом преступления или правонарушения. В настоящее время конфискация предусмотрена и Кодексом РФ об административных правонарушениях (ст. 3.7), и уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст. 81). Конституция РФ устанавливает недопустимость осуществления конфискации в административном порядке. Для этого обязательно требуется решение суда.

Что касается второго случая - принудительного отчуждения для государственных нужд (национализация), - то Конституционный Суд РФ в ряде своих постановлений сформулировал принципы такого изъятия: установление справедливой, соразмерной компенсации, обеспечивающей баланс публичных и частных интересов, предварительное и равноценное возмещение за отчуждаемое в публичных целях имущество*(144). При этом равноценным, как представляется, следует считать такое возмещение, которое позволяет собственнику приобрести в собственность аналогичную вещь. Кроме того, в соответствии с положениями Гражданского кодекса РФ возмещение должно включать в себя покрытие всех убытков собственника, в том числе упущенную выгоду (ст. 15, 306 ГК РФ).

4. Одним из правомочий собственника является право передачи своего имущества по наследству. При наследовании имущество умершего собственника переходит к другим лицам. В силу этого в ч. 4 комментируемой статьи Конституция России указывает на то, что право наследования гарантируется.

Наследование может осуществляться по закону или по завещанию. Собственник вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, отменить или изменить совершенное завещание. Если завещание не было составлено, то осуществляется наследование по закону. При этом правила наследования ориентированы на максимально редкий переход имущества к государству в силу отсутствия наследников.

Часть четвертая комментируемой статьи гарантирует право наследования, т.е. как право передать имущество по наследству, так и право получить имущество по наследству в установленном законом порядке, а также все сопутствующие права наследодателя и наследников (право составлять и изменять завещание, право отказаться от наследства и т.д.).

Следует отметить краткость конституционной нормы о наследовании. В ней не содержится ни отсылок к федеральному закону, ни упоминаний о каких-либо ограничениях права наследования. Подобная лаконичность может быть воспринята как неограниченность права наследования. Однако это не так.

0

5

Статья 35

     1. Право частной собственности охраняется законом.
     2. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться
и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.
     3. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.
Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено
только при условии предварительного и равноценного возмещения.
     4. Право наследования гарантируется.

     Комментарий к статье 35

     1. Статья 35 конкретизирует и детализирует более общие и абстрактные
предписания ст. 8 о праве собственности, как одной из экономических и юридических
основ конституционного строя России, применительно к одной группе субъектов
этого права. Право частной собственности принадлежит частным лицам, то есть
физическим лицам (гражданам индивидуально или совместно) и юридическим лицам
(организациям, предприятиям). Речь идет прежде всего о гражданах России, о
лицах, не имеющих российского гражданства, но в силу ч. 3 ст. 62 Конституции
пользующихся равными с гражданами Российской Федерации правами и несущих равные
обязанности (кроме случаев, установленных федеральным законом или международным
договором Российской Федерации), а также о юридических лицах, причем из ст.
8 Конституции о признании и защите равным образом всех форм собственности
вытекает равенство физических и юридических лиц как участников частно-правовых
имущественных отношений. Поэтому ст. 35 включена в состав определяющей права
и свободы человека и гражданина гл. 2 Конституции.
     В юридической и экономической литературе термины "собственность", "частная
собственность" и т.п. употребляются в различных значениях. Во-первых, из текста
ч. 2 ст. 8 вытекает, что частная собственность - это форма законной хозяйственной
(в частности - предпринимательской) деятельности физических или юридических
лиц, выступающих в качестве частных лиц, а не носителей публичной, то есть
государственной или муниципальной власти. Эти физические и юридические лица
осуществляют свою деятельность свободно, используя свои способности и свое
имущество (см. комментарий к ст. 34). Во-вторых, частной собственностью называют
только конкретное вещное право на определенное имущество. В-третьих, так нередко
называют даже в законах само имущество, являющееся объектом права частной
собственности.
     Часть 1 ст. 35 имеет в виду право частного собственника на принадлежащее
ему имущество и на его использование для экономической деятельности самим
собственником или созданным им совместно с другими лицами объединением (предприятием).
Это право охраняется законом, предусматривающим различные гражданско-правовые,
административно-правовые, уголовно-правовые, судебные и другие меры защиты.
В их числе - и законная самозащита гражданских прав.
     Нередко право частной собственности понимается только как индивидуальное
право одного человека. Это неверно. Любое коллективное, кооперативное, семейное
и т.п. право собственности - тоже частное.
     Правовое регулирование отношений частной собственности в соответствии
с Конституцией дано главным образом в уже принятых и действующих двух частях
Гражданского кодекса (ГК) Российской Федерации, а также в ряде законов СССР
и РСФСР (по вопросам, например, наследственного права), которые должны быть
заменены третьей частью ГК.
     Первая и вторая части ГК, принятые в 1995 г. и вступившие в действие
в 1996 г., содержат соответствующие Конституции Российской Федерации положения,
подробно устанавливающие, в частности, статус физических и юридических лиц,
а также положения о праве собственности, его приобретении, прекращении, осуществлении,
защите и т.д.

     2. Содержание права собственности физических лиц на конституционно обобщенном
уровне установлено ч. 2 ст. 35. Ограничения прав личной собственности граждан,
фактическое огосударствление кооперативной, включая колхозную, и других форм
частной собственности и т.п. более недействительны. Равноправие всех субъектов
права собственности на любое имущество означает также и равенство ограничений,
вытекающих для всех собственников из требований социальной политики государства
(ч. 1 ст. 7 Конституции), рационального природопользования (ч. 1 ст. 9), из
статуса некоторых объектов, для которых установлен особый режим, исходя из
требований экологического, здравоохранительного характера, безопасности и
т.п. Это позволяет, регулируя возникновение, содержание, осуществление и защиту
прав частной собственности граждан, тем самым определять и многие основные
элементы других форм права собственности.
     Это важно иметь в виду, так как в тексте множества статей Конституции
термины "каждый" или "никто", которыми начинаются соответственно ч. 2 и 3
ст. 35, относятся только к физическим лицам, т.е. к человеку и гражданину,
как и вся гл. 2 Конституции.
     Конституционное определение содержания права собственности в ч. 2 комментируемой
статьи как совокупности трех прав - владения (т.е. фактического обладания
объектом), пользования (т.е. получения пользы от объекта) и распоряжения,
т.е. купли-продажи, дарения и других сделок по поводу объекта права собственности
- закрепляет традиционное основное содержание права собственности (в особенности
- на средства производства). Конституция возвращает его в правовую систему
России после долгого периода подавления экономической свободы личности и прямого
или косвенного тотального огосударствления экономики.
     Восстановление нормальных правовых институтов этого рода сопровождается,
однако, некоторой недооценкой мирового опыта развития права собственности
за последние 80 лет. Это объясняется рядом причин. Изменения в праве собственности
в середине и конце XX века были введены исходя из опыта функционирования названных
традиционных институтов в условиях нарастания демократизации государственного
строя, научно-технического прогресса и усиления государственного регулирования
экономики в целях осуществления гуманизирующейся социальной политики, повышения
эффективности народного хозяйства. Отражением этих процессов явилась модернизация
права собственности в духе теории его социальной функции. Для нее характерны
несколько основных элементов. Во-первых, сохранение и укрепление свободного
осуществления трех основных элементов права собственности (владения, пользования
и распоряжения), но - в пределах, установленных законом. Во-вторых, это ограничения
права собственности, которые определяются новым элементом содержания права
собственности, который ранее был сравнительно редким внешним ограничением
этого права, а теперь во многих странах признан его внутренней составной частью
- обязанностями собственника, а также систематическим контролем за соблюдением
этих обязанностей. Право собственности ограничивается также регулированием
экономики со стороны государства, понимаемого как демократическая социальная
служба и действующего преимущественно экономическими (но в необходимых случаях
- и властными) методами.
     Конституционные принципы, закрепляющие современную социальную концепцию
права собственности, существуют во многих странах. Так, ст. 14 (ч. 2) Основного
Закона ФРГ 1949 г. гласит: "Собственность обязывает. Пользование ею должно
одновременно служить общему благу". Конституция Испании 1978 г., признавая
частную и другие, в т.ч. государственную, формы собственности, предусматривает
ограничение этих прав их социальной функцией (ст. 33) и устанавливает, что
все богатство страны в его различных формах при всем разнообразии его юридического
положения подчинено всеобщим интересам (ч. 1 ст. 128). Конституция Бразилии
1988 г. во многих статьях говорит о социальной функции права собственности,
предъявляемых ею требованиях, критериях оценки исполнения этих требований,
о последствиях их неисполнения и т.п.
     Конституционные социально-функциональные ограничения и обязанности права
собственности, свободы договоров и т.п. конкретизируются в текущем законодательстве.
Они концентрируются вокруг требований социальной политики (например, в трудовом
законодательстве), экономической политики (налоги подоходные, с наследства
и т.п.), обеспечения рационального использования дефицитных ресурсов (в т.ч.
природных), охраны общества от неизбежных, но опасных воздействий атомных
и других объектов и т.д. Во многих случаях это выражается не только в некотором
сужении меры свободного осуществления права собственности, но и в ограничении
круга субъектов права собственности требованиями особой квалификации физических
лиц, специализации предприятий и т.п. (по отношению к земельным угодьям, атомным
объектам, транспортным средствам, другим источникам повышенной опасности и
др.).
     Специфическая форма закрепления современного состояния права собственности
и юридических форм его осуществления дана в Гражданском кодексе Нидерландов
1972 г. В этом Кодексе большинство статей сформулировано в чисто цивилистическом,
т.е. гражданско-правовом духе, без упоминаний о государственном вмешательстве,
ограничении или регулировании. Лишь в некоторых статьях говорится о необходимости
учитывать общественные интересы. Но отдельные, казалось бы, исключительные
положения меняют всю картину. Так в 3-й книге ("Имущественное право") ст.
14 гласит: "Полномочие, которое принадлежит любому лицу в силу частного права,
не может осуществляться в противоречии с писаными или неписаными правилами
публичного права". Итак, прежде чем исполнить любое частно-правовое предписание
закона, надо ознакомиться с содержанием публично-правовых, т.е. административно-правовых,
финансово-правовых и других властных предписаний государства по тому же вопросу
и совершать частно-правовые действия только в пределах, установленных государством.
     В Конституции Российской Федерации, Гражданском кодексе и ряде других
законов России избрана другая форма: во многих случаях говорится просто об
ограничениях права собственности, которые могут быть установлены законом,
но без систематизации этих случаев и их обобщения системой социально-функциональных
принципов. По-видимому, это соответствует специфике переходной ситуации в
России. Провозглашение государственного регулирования экономики и ограничений
прав собственности у нас могло бы быть воспринято как бюрократическим чиновничеством,
так и еще не вполне уверенными в прочности своего положения частными собственниками
как восстановление давно им знакомых авторитарных порядков, как освящение
государственного и ведомственного произвола, новое подавление экономических
прав и свобод личности, как зеленый свет для коррупции. Для того же, чтобы
защитить еще не окрепшее право частной собственности и в то же время оградить
имущество от злоупотреблений этим правом на нынешнем историческом этапе, избранная
российским законодателем форма правового регулирования отношений собственности,
по-видимому, достаточна.

     3. Часть 3 ст. 35 устанавливает правовые гарантии права частной собственности.
Лишение частного физического или юридического лица вопреки его воле принадлежащего
ему имущества возможно только в силу судебного решения. Термин "решение" употреблен
здесь не в строго юридическом, а в более широком теоретико-организационном
или теоретико-управленческом смысле. Имеются в виду как собственно решения,
принимаемые судом в гражданском судопроизводстве, так и приговоры, выносимые
в уголовном процессе. В последнем случае возможна конфискация имущества (как
дополнительное наказание за преступление). В форме гражданско-правового решения
возможно властное прекращение права собственности одной из спорящих об этом
праве сторон и передача этого права и его объекта другой стороне. В этих и
подобных случаях лишение имущества часто происходит безвозмездно.
     Особый порядок установлен в ч. 3 комментируемой статьи для тех случаев,
когда прекращается законное право собственности ради нужд государства.
     При этом следует учитывать, что государство, согласно ст. 3 Конституции,
является орудием народовластия, как и местное самоуправление. За ним стоит
народ, общество. Поэтому надо полагать, что нужды государства надо понимать
широко, включая в это понятие и общественные нужды и нужды местного населения.
Иначе получилось бы, что муниципальные власти Нижнего Новгорода или Новосибирска
даже ради острых общественных и городских нужд не имеют права в соответствии
с законом через суд добиться изъятия частного имущества с должной компенсацией.
Кроме того, исключение упоминания об общественных нуждах из ранее употреблявшейся
формулы "изъятие для государственных и общественных нужд" носило бы бюрократический,
этатистский характер и противоречило бы духу и смыслу всей Конституции.
     Прекращение права собственности частного лица, физического или юридического,
может быть добровольным, по договору (купли-продажи, дарения, обмена и т.д.).
Но в тех случаях, когда становится необходимым принудительное отчуждение имущества
для интересов в конечном счете общественных, оно может быть произведено только
по решению суда (в отмеченном выше узком смысле) и только при условии предварительного
и равноценного вознаграждения, т.е. выплаты лишаемому своего имущества лицу
компенсации, соответствующей рыночной цене отчуждаемого имущества и сумме
причиненных этому лицу иных убытков, если они имеют место.
     Требует конституционно-правовой оценки и практика досудебного или внесудебного
отобрания имущества у собственника (административные штрафы, конфискации предметов
контрабанды или орудий браконьерства, частичное возмещение по решению администрации
материального ущерба, нанесенного предприятию его работниками, и т.п.). В
этих случаях возможны две ситуации. Если этот собственник признает свою вину,
считает данную санкцию законной и, не возражая, добровольно уплачивает штраф
и т.п., принудительное лишение имущества не имеет места. В противном случае
дело окончательно решается судом в соответствии со ст. 35 Конституции Российской
Федерации.
     Эти правила относятся к такому специфическому случаю отчуждения, как
реквизиция, например, при стихийном бедствии и т.п. чрезвычайных обстоятельствах.
Статья 56 Конституции, допуская ограничения некоторых прав и свобод граждан
в условиях чрезвычайного положения, не включает ст. 35 в число тех статей
Конституции, которые содержат права и свободы, не подлежащие ограничению в
этих условиях.
     Более подробное и полное определение оснований, условий и порядка принудительного
отчуждения имущества дано в Гражданском кодексе Российской Федерации.

     4. Гарантия права наследования имущества, составляющего частную собственность
физического лица, установлена ч. 4 комментируемой статьи. Наследование имеет
две основные формы: наследование по завещанию и наследование по закону, точнее,
как в римском праве - от незавещавшего (ab intestato); ведь закон регулирует
обе формы наследования. Наследниками по завещанию могут быть юридические и
физические лица, Российская Федерация, ее субъекты, местные самоуправления.
Свобода завещания, наподобие свободы собственности и договоров, ограничивается,
исходя из социальных соображений, вытекающих, в частности, из ч. 1 ст. 7 Конституции;
это делается, например с целью защиты интересов малолетних и нетрудоспособных
наследников путем установления обязательной доли наследственной массы, ниже
которой доля данного наследника не должна снижаться. Во многих странах права
некоторых наследников, например неспособных обеспечить рациональное использование
наследуемого имущества (земельных участков, ферм и др.) из-за недостатка квалификации
и других причин, заменяются денежной компенсацией.
     В настоящее время вопросы наследственного права регулируются соответствующими
частями Основ гражданского законодательства СССР и Гражданского кодекса РСФСР,
а также общими положениями ГК РФ 1994-1995 гг. Предстоит принятие 3-й части
ГК, в которой будет содержаться и специальный раздел о наследственном праве.

0

6

Статья 35

     1. Право частной собственности охраняется законом.
     2. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться
и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.
     3. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.
Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено
только при условии предварительного и равноценного возмещения.
     4. Право наследования гарантируется.

     Комментарий к статье 35

     Термин "собственность" зачастую и в правовой литературе, и в законодательных
текстах, в том числе в Конституции, наполняют различным содержанием; это относится
и к понятию "частная собственность". Так, в ч. 2 ст. 8 Конституции под собственностью
и разными ее формами понимаются различные формы хозяйствования, осуществляемые
разнообразными субъектами. Те из них, которые не являются носителями государственной
или муниципальной власти (местного самоуправления), должны считаться частными
лицами и субъектами частной собственности, понимаемой как частная хозяйственная
(в том числе и предпринимательская) деятельность физических (индивиды) и юридических
(организации) лиц, осуществляемая на основе принадлежащего им имущества (ч.
1 ст. 34). В других случаях собственностью называют только определенное вещное
право на определенную вещь или совокупность вещей.
     В ч. 1 ст. 35 речь идет о собственности в обоих указанных значениях,
и поэтому здесь под охраной права частной собственности следует понимать как
охрану права собственности на вещь (вещи), принадлежащую частному лицу - физическому
или юридическому, так и охрану права этого частного лица на осуществление
хозяйственно-экономической деятельности на базе принадлежащего ему имущества.
Право частной собственности и его охрана предполагают право индивида самому
или совместно с другими лицами - физическими и (или) юридическими - создавать
в установленных законом порядке и формах хозяйственные предприятия. Такие
предприятия, как и сам индивид, являются частными лицами, и их собственность
считается частной собственностью. Частной собственностью является и собственность
предприятий, созданных юридическими лицами.
     Правила о праве собственности и его защите, о юридических лицах содержатся
в Основах гражданского законодательства СССР, принятых в 1991 г. и в настоящее
время действующих в Российской Федерации, в Законе РСФСР о собственности в
РСФСР от 24 декабря 1990 г., в Законе РСФСР о предприятиях и предпринимательской
деятельности от 25 декабря 1990 г., в Положении об акционерных обществах,
утвержденном Советом Министров РСФСР в 1990 г. <38>. В настоящее время разрабатываются
новый Гражданский кодекс и новые законы о хозяйственных обществах и товариществах.
     Часть 2 статьи раскрывает содержание права частной собственности физических
и юридических лиц, устраняя существовавшие согласно прежним конституциям различия
в правовом режиме собственности различных субъектов, привилегированное положение
социалистической, в особенности государственной, собственности и ограничения
личной собственности граждан. Все субъекты права собственности юридически
равны перед законом (п. 2 ст. 8 Конституции). Каждый может иметь на праве
собственности любое имущество - движимое и недвижимое, предметы потребления
и средства производства (лишь для некоторых предметов устанавливается особый
режим в интересах охраны экологической и общественной безопасности и здоровья
населения).
     Под владением понимается фактическое обладание принадлежащей собственнику
вещью (имуществом), или, как принято иногда говорить, "фактическое держание
ее в своих руках". Под пользованием понимается извлечение из имущества его
полезных свойств, под распоряжением - полная или частичная передача прав на
него другим лицам. Правомочия владения, пользования и распоряжения имуществом
регулируются и охраняются гражданским законодательством.
     При толковании и применении ч. 3 ст. 35 необходимо помнить, что лишение
лица его имущества по решению суда может иметь место только в предусмотренных
законом случаях. Это возможно либо в порядке конфискации в виде наказания
за совершенное правонарушение, либо в порядке реквизиции для государственных
нужд (в случае, например, стихийного бедствия или иного чрезвычайного происшествия
или специальных обстоятельств), о чем и идет речь в ч. 3 этой статьи. Основания,
условия и порядок реквизиции должны быть определены в Гражданском кодексе
или в специальном законе.
     Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено
завещанием. Наследниками по завещанию могут быть как физические, так и юридические
лица и государство. Основы гражданского законодательства и Гражданский кодекс
содержат специальную главу "Наследственное право", которая устанавливает ограничения
свободы завещания с целью охраны интересов малолетних и нетрудоспособных наследников
умершего наследодателя.

0

7

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 16 мая 2000 г. No. 8-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ОТДЕЛЬНЫХ
ПОЛОЖЕНИЙ ПУНКТА 4 СТАТЬИ 104 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)" В СВЯЗИ С ЖАЛОБОЙ
КОМПАНИИ "TIMBER HOLDINGS INTERNATIONAL LIMITED"

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего В.Г. Ярославцева, судей Н.С. Бондаря, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, А.Я. Сливы, О.И. Тиунова, Б.С. Эбзеева,
с участием представителя компании "Timber Holdings International Limited" - кандидата юридических наук С.В. Водолагина, постоянного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации В.В. Лазарева и представителей Совета Федерации - адвокатов Ю.С. Пилипенко и А.В. Попова,
руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности отдельных положений пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба компании "Timber Holdings International Limited" на нарушение статьей 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" предписаний статьи 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
Заслушав сообщение судьи - докладчика Г.А. Гаджиева, объяснения представителей сторон, заключение эксперта В.Ф. Попондопуло, выступление приглашенного в заседание представителя от Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации О.А. Наумова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Статья 104 Федерального закона от 8 января 1998 года "О несостоятельности (банкротстве)", определяя правовой режим имущества должника, которое не включается в конкурсную массу, устанавливает, в частности, что жилищный фонд социального использования, детские дошкольные учреждения и объекты коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимые для региона, подлежат передаче в предусмотренном пунктами 1 - 3 данной статьи порядке соответствующему муниципальному образованию (пункт 4) по фактическому состоянию без каких-либо дополнительных условий (пункт 5).
Как следует из представленных материалов, Арбитражный суд Вологодской области признал общество с ограниченной ответственностью "Судский ЛДК-А" несостоятельным (банкротом) и в целях обеспечения требований кредиторов открыл конкурсное производство. Формируя конкурсную массу, конкурсный управляющий не включил в нее котельную, входившую в принадлежащий должнику производственный комплекс, признав, что она относится к числу объектов, жизненно необходимых для поселка Суда Череповецкого района Вологодской области, поскольку является для него единственным источником теплоснабжения, и потому в силу статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" должна быть передана соответствующему муниципальному образованию. Решение конкурсного управляющего было оспорено основным кредитором ООО "Судский ЛДК-А" - компанией "Timber Holdings International Limited" в Арбитражном суде Вологодской области, который отказал в удовлетворении требований истца о признании недействительной передачи котельной либо выплате ее стоимости, обосновав свой отказ ссылкой на статью 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".
В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации компания "Timber Holdings International Limited" утверждает, что исключение того или иного имущества должника из конкурсной массы и передача его муниципальному образованию отражается в конечном счете на полноте удовлетворения требований кредитора, лишая его части причитающихся ему денежных средств. Такое изъятие, по мнению заявителя, означает, по существу, не что иное, как принудительное - в силу закона - отчуждение частной собственности без предварительного и равноценного возмещения, что противоречит требованиям статьи 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
2. Как следует из статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод проверяет конституционность закона или отдельных его положений лишь в той части, в какой они были применены в деле заявителя и затрагивают его права.
В деле компании "Timber Holdings International Limited" фактически были применены лишь положения о передаче муниципальным образованиям в процедуре конкурсного производства жизненно необходимых для них объектов, содержащиеся в пункте 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", причем в той их части, которая не касается имущественных отношений, возникающих между должником и соответствующим муниципальным образованием, а регулирует имущественные отношения должника и кредиторов: в конкурсном производстве реализация входящих в конкурсную массу материальных объектов и прав требования осуществляется с целью распределения вырученных на торгах денежных средств между кредиторами, поэтому предусмотренная пунктом 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" передача названных в нем объектов муниципальным образованиям затрагивает также имущественные права и законные интересы кредиторов.
Именно в указанной части положения пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и составляют предмет рассмотрения по настоящему делу. При этом Конституционный Суд Российской Федерации не оценивает данные положения с точки зрения обеспечения конституционных прав муниципальных образований и их защиты правосудием.
3. В силу статьи 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда; принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения.
Использованным в данной статье понятием "имущество" в его конституционно - правовом смысле охватываются, в частности, вещные права и права требования, в том числе принадлежащие кредиторам. Такой подход содержится в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 декабря 1996 года по делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года "О федеральных органах налоговой полиции" и корреспондирует толкованию этого понятия Европейским Судом по правам человека, которое лежит в основе применения им статьи 1 Протокола No. 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Следовательно, права требования и законные интересы кредиторов в рамках конкурсного производства в процедуре банкротства подлежат защите в соответствии со статьей 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
4. Жилищный фонд социального использования, детские дошкольные учреждения и объекты коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимые для региона, как объекты недвижимости, входящие в имущество должника - собственника, используются не только в его частных интересах, но и в интересах населения, подлежащих защите со стороны государства. Поэтому отношения, связанные с обеспечением функционирования и сохранения целевого назначения указанных объектов, носят публично - правовой характер. Осуществляя их регулирование, законодатель, исходя из публичных целей, вправе определять, что те или иные объекты, необходимые для жизнеобеспечения населения, в процессе конкурсного производства подлежат передаче соответствующему муниципальному образованию. Тем самым реализуется и распределение между разными уровнями публичной власти функций социального государства (статья 7 Конституции Российской Федерации).
Исключение названных объектов из конкурсной массы и передача их - в силу прямого предписания закона - муниципальным образованиям является допустимым ограничением права частной собственности должника, которое осуществляется в целях защиты прав и законных интересов других лиц (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации). При этом, однако, не могут не учитываться и частные интересы, в том числе интересы должника и кредиторов в рамках конкурсного производства.
5. В соответствии с частью второй статьи 74 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации принимает решение по делу, оценивая как буквальный смысл рассматриваемого акта, так и смысл, придаваемый ему сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из его места в системе правовых актов.
Осуществляемая в силу предписаний пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" передача указанных в нем объектов муниципальным образованиям представляет собой, по буквальному смыслу нормы, один из случаев лишения должника - собственника его имущества. Анализ же сложившейся правоприменительной практики свидетельствует о том, что эти предписания понимаются конкурсными управляющими и арбитражными судами как исключающие и какую-либо возможность компенсации должнику уменьшения конкурсной массы в результате такой передачи.
В этом смысле положения пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" представляют собой чрезмерное, не пропорциональное конституционно значимым целям, а потому произвольное ограничение права собственности должника и, следовательно, конкурсного кредитора в конкурсном производстве и умаляют конституционное право частной собственности, т.е. противоречат статье 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации. В связи с этим законодателю надлежит, исходя из принципов правового государства, регламентировать условия перехода права собственности, в частности его утраты, на основе юридического равенства и справедливости в соответствии с Конституцией Российской Федерации.
Данные требования распространяются и на предоставление компенсации должнику - собственнику имущества в процедуре конкурсного производства, - такая компенсация должна быть соразмерной с точки зрения обеспечения справедливого баланса между публичными и частными интересами. Аналогичную правовую позицию сформулировал Европейский Суд по правам человека, который исходит из того, что компенсация за вмешательство в осуществление права собственности вытекает из статьи 1 Протокола No. 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающей, в частности, что "никто не может быть лишен своего имущества кроме как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права".
Согласно этой правовой позиции Европейского Суда по правам человека лишение собственности без предоставления разумной компенсации с учетом ее стоимости, как правило, представляет собой несоразмерное вмешательство, которое не может считаться оправданным. Вместе с тем статья 1 Протокола No. 1 не рассматривается им как предоставляющая право на получение полной компенсации, поскольку при определенных фактических обстоятельствах учет публичных интересов, связанных с необходимостью обеспечения большей социальной справедливости, может обусловливать выплату возмещения ниже рыночной стоимости (решение от 23 сентября 1982 года по делу Sporrong and Lonnroth, Series A no. 52, para. 69; решение от 21 февраля 1986 года по делу James and Others, Series A no. 98, paras. 50, 54; решение от 8 июля 1986 года по делу Lithgow and Others, Series A no. 102, paras. 109, 122).
6. Статья 8 (часть 2) Конституции Российской Федерации в качестве одной из основ конституционного строя Российской Федерации провозглашает признание и равную защиту частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности. Такая защита при определении размеров разумной компенсации в связи с изъятием имущества в публичных целях должна вместе с тем осуществляться на основе принципа справедливости.
Данному принципу не отвечало бы предоставление компенсации в полном объеме за передачу муниципальным образованиям жилищного фонда социального назначения (при существующих ставках оплаты жилых помещений), детских дошкольных учреждений и объектов коммунальной инфраструктуры, поскольку такое имущество не только не приносит доходы, но и обременено, как правило, дополнительными расходами, связанными с его содержанием. Кроме того, права муниципальных образований по распоряжению объектами, перечисленными в пункте 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", существенно ограничиваются обязанностью сохранения целевого назначения этих объектов. По тем же основаниям передача указанных объектов не может рассматриваться и как предоставление муниципальным образованиям преимущественного права на удовлетворение их требований в качестве кредиторов (например, при наличии недоимок по местным налогам).
Следовательно, само социальное предназначение объектов, перечисленных в пункте 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", является таким обременением, которое снижает их рыночную стоимость. Поэтому законодатель в данном случае вправе предусмотреть разумные пределы, в которых возможна компенсация в целях защиты имущественных прав и законных интересов должника и, соответственно, конкурсных кредиторов. Установлением справедливой, соразмерной компенсации, обеспечивающей баланс публичных и частных интересов, не нарушается вытекающее из статьи 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации требование о предварительном и равноценном возмещении за отчуждаемое в публичных целях имущество.
Положения же пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", поскольку по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, они исключают возможность выплаты должнику - собственнику разумной компенсации, обеспечивающей справедливый баланс между публичными и частными интересами при передаче указанных в них объектов муниципальным образованиям, не соответствуют в этой части статье 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.
7. Согласно статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что в определенных случаях, когда изъятие имущества необходимо в публичных целях и в качестве превентивной меры, способом реализации конституционной гарантии права частной собственности, закрепленной в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации, является последующий судебный контроль (Постановления от 17 декабря 1996 года по делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации "О федеральных органах налоговой полиции", от 20 мая 1997 года по делу о проверке конституционности пунктов 4 и 6 статьи 242 и статьи 280 Таможенного кодекса Российской Федерации и от 11 марта 1998 года по делу о проверке конституционности статьи 266 Таможенного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 85 и статьи 222 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях).
Передача муниципальным образованиям объектов, исключенных из конкурсной массы в порядке пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", осуществляется в публичных целях, которые оправдывают применение такого изъятия как превентивной меры, обеспечивающей жизненные интересы населения. Вместе с тем возможность его последующего судебного обжалования не может ограничиваться.
При этом судебная проверка законности и обоснованности передачи имущества муниципальным образованиям в случае, предусмотренном пунктом 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", не может сводиться к формальному подтверждению наличия оснований для применения указанной нормы. Напротив, в порядке судебного контроля необходимо устанавливать по существу, относятся ли передаваемые объекты к жилищному фонду социального использования, детским дошкольным учреждениям либо объектам коммунальной инфраструктуры, в какой мере они являются жизненно необходимыми для региона, за счет каких средств они создавались. Споры, возникающие между должником, кредиторами и государством по поводу размера компенсации в связи с передачей конкретного объекта, также подлежат разрешению в судах.
Положения же пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, исключают реальную судебную защиту прав должников - собственников и конкурсных кредиторов и потому противоречат статьям 35 (часть 3) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации.
8. Согласно части четвертой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" в случае, если признание нормативного акта неконституционным создало пробел в правовом регулировании, непосредственно применяется Конституция Российской Федерации.
В силу данного требования передача муниципальным образованиям на основании пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" перечисленных в нем объектов должна осуществляться исходя из закрепленных Конституцией Российской Федерации принципов защиты частной собственности, включая недопустимость ее чрезмерного ограничения (статья 8, часть 2; статья 35 и статья 55, часть 3), что предполагает выплату должникам - собственникам передаваемых объектов разумной компенсации. При этом впредь до законодательного урегулирования размеров компенсации и механизма межбюджетных отношений, который обеспечил бы реализацию решений федеральных органов государственной власти, приводящих к увеличению расходов бюджетов разных уровней, необходимо руководствоваться действующим гражданским и финансовым законодательством. С учетом выводов, содержащихся в настоящем Постановлении, подлежит применению, в частности, статья 306 ГК Российской Федерации, в соответствии с которой в случае принятия Российской Федерацией закона, прекращающего право собственности, убытки, причиненные собственнику в результате принятия этого акта, в том числе стоимость имущества, возмещаются государством. Споры же о размерах компенсации, возникающие между должником, кредитором и государством, подлежат рассмотрению арбитражными судами.
Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать не противоречащими Конституции Российской Федерации положения пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в той части, в какой они предусматривают передачу муниципальным образованиям жилищного фонда социального использования, детских дошкольных учреждений и объектов коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимых для региона, для обеспечения их использования в соответствии с целевым назначением.
Признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (часть 3), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), положения пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в той части, в какой они по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, позволяют передавать соответствующим муниципальным образованиям жилищный фонд социального использования, детские дошкольные учреждения и объекты коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимые для региона, без выплаты должникам - собственникам, находящимся в процедуре конкурсного производства, разумной, справедливой компенсации, обеспечивающей баланс между публичными и частными интересами, а также не допускают судебной проверки такой передачи по существу.
2. Законодателю надлежит предусмотреть размер и порядок выплаты разумной и соразмерной компенсации должникам, находящимся в процедуре конкурсного производства, и механизм реализации решений федеральных органов государственной власти, приводящих к увеличению расходов бюджетов разных уровней.
3. В соответствии с пунктом 12 части первой статьи 75 и частью четвертой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" установить, что впредь до внесения в законодательство необходимых изменений суды, другие правоприменительные органы и должностные лица в целях обеспечения гарантий, предусмотренных в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации, должны непосредственно применять - с учетом выводов, содержащихся в настоящем Постановлении, - нормы Конституции Российской Федерации, а также гражданского и финансового законодательства.
4. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.
5. В соответствии с частью второй статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" дело компании "Timber Holdings International Limited" подлежит пересмотру в установленном порядке.
6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".

Конституционный Суд
Российской Федерации

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » САЙТ ПРО ЗОНЫ и ЗАКОНЫ - ОФИЦИАЛЬНЫЙ ЧАТ И ФОРУМ » Конституция РФ, статьи, комментарии, материалы » ГЛАВА 2. ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА. Статья 35